Коммерческая и экологичная: какой видят Арктику в Сеуле

Наука Транспорт и логистика Энергетика
Дмитрий Михайличенко
11 Августа, 2020, 14:29
Коммерческая и экологичная: какой видят Арктику в Сеуле
Фото: propertylistings.ft.com

Южная Корея, как и целый ряд других неарктических государств, в последние годы усилила свой интерес к этому региону. Приоритетное значение для Южной Кореи имеет коммерческая выгода, но страна пытается влиять и на исследования Арктики. Находясь в фарватере США, Сеул стратегически поддерживает практически все инициативы Вашингтона.

 

Арктический исследователь

Южная Корея стала проявлять государственный интерес к Арктике относительно поздно: в середине 1980-х гг. В 1987 г. в южнокорейском Институте исследований и освоения мирового океана был создан полярный исследовательский центр. В этом же году был открыт Корейский национальный комитет по антарктическим исследованиям.

    


Открытие Корейского института полярных исследований, 1987 г. Фото: Корейский институт полярных исследований

 

Как отмечает В. Гутенев, в 1986 г. Южная Корея ратифицировала договор об Антарктике, но об активизации политики можно говорить лишь с начала 2000-х гг. Впрочем, уже к 1990-м годам Южная Корея становится одним из ведущих участников полярных исследований, многие из которых делаются совместно с Японией и Норвегией. В 1999 г. корейцы участвовали в совместной экспедиции с китайцами на знаменитом арктическом ледоколе «Снежный дракон». Примерно к этому периоду, кстати, и относятся совместные арктические исследования с российскими учеными (август 2000 г.).

В 2001 г. был создан корейский научный комитет по Арктике, а в 2002 г. Сеул присоединился к Международному арктическому научному комитету. У страны появилась научно-исследовательская станция «Дасан» на Шпицбергене (Ню-Олесунн).

Мировая общественность высоко ценит исследования южнокорейских ученых, углубленных в изучение растительности тундры, которая выживает в сложных условиях. Также актуален мониторинг черного углерода, который влияет на изменения климата и сложную цепочку последствий в арктическом регионе.

 

Арктическая научно-исследовательская станция «Дасан» на Шпицбергене. Фото: Корейский институт полярных исследований

   

Расширенное присутствие в регионе

В 2013 г. южнокорейские власти объявили о расширенном присутствии в регионе. Акцент был сделан на участии в различных научных программах и проектах. Среди прочего был и проект оказания «поддержки коренному населению народов Севера», с целью способствовать сохранению их мест традиционного проживания. В этом проекте, очевидно, просматривается влияния североамериканцев, традиционно много внимания уделяющих этому аспекту. Однако, в отличии от них, Южная Корея никак не связана территориально с северными народами и такой программный пункт арктической стратегии вызывал удивление.

 

Судостроители

В 2009 г. у Южной Кореи появился первый ледокол «Араон», который позволил стране осуществлять самостоятельную научно-исследовательскую деятельность в Северном ледовитом океане.

Южная Корея имеет не только торговый интерес к Северному морскому пути. Корейские гиганты, такие как Hyundai Heavy Industries, Daewoo, Samsung Heavy Industries строят ледоколы высокого класса, котирующиеся во всем мире. Еще одна корейская компания Marine Engineering (DSME) производит танкеры-метановозы ледового класса и модульные наземные станции, сжижающие газ. Россия неоднократно заказывала газовозы ледового класса у южнокорейцев, но сейчас ориентируется на собственное производство.

 

Ледокол «Араон». Фото: russiancouncil.ru

 

Энергетическая безопасность

Один из ключевых интересов Южной Кореи к Арктике вызван необходимостью обеспечения энергетической безопасности страны, доступ которой к энергоресурсам ограничен.

Как и в случае Японии, изменения климата и уменьшение площади морских льдов в акватории Северного ледовитого океана открывает огромные перспективы для судоходства. Например, в настоящий момент путь из корейского морского порта Пусан до европейского Роттердама через Суэцкий канал составляет 20,1 тыс. км. Навигация по северному морскому пути сократит навигационное расстояние до 12,7 тыс. км. (сроки доставки грузов уменьшится на 7-10 дней).


Эксперты отмечают приоритетный интерес Южной Кореи к Северному морскому пути и энергоресурсам на российской части Арктики. Тем не менее, южнокорейцы не торопятся инвестировать в российскую инфраструктуру, необходимую для полноценного функционирования Северного морского пути. Сеул рассчитывает воспользоваться российским вкладом в развитие Арктики, продвигая идею интернационализации региона. Будучи зависимой в политическом смысле от США, Южная Корея не будет концептуально менять подход к региону, однако в качестве одного из приоритетов станут предполагать собственную энергетическую безопасность и коммерческую выгоду.

 

***

Дмитрий Михайличенко, специально для GoArctic

далее в рубрике