Сейчас в Арктике:
Арктическая зима

Гренландский кит: долгожитель среди млекопитающих

Гренландский кит: долгожитель среди млекопитающих
17 Декабря, 2019, 11:17
Комментарии
Поделиться в соцсетях

Одно из мест обитания гренландского кита, Земля Франца-Иосифа. Фото С.Е. Беликова.


Гренландский или полярный кит (Balaena mysticetus Linnaeus, 1758) - единственный вид рода гренландских китов, семейство гладкие киты (Balaenidae)). В циркумполярном регионе выделяют четыре популяции гренландского кита, три из них постоянно или временно обитают в водах России. Эти популяции фигурируют в Красной книге Российской Федерации под разными категориями редкости. В категорию 1 (находящиеся под угрозой исчезновения) занесены шпицбергенская или североатлантическая и охотоморская популяции, в категорию 5 (восстанавливающаяся) – берингово-чукотская или берингово-чукотско-бофортовская популяция. Наименование "гренландский" получено китом от первых китобоев во время охоты на него ещё в начале XVII века у островов архипелага Шпицберген (последний считался в то время частью Восточной Гренландии).

Длина взрослых особей около 14-18 м, новорождённых – 3,5-4,5 м и у оканчивающих молочное питание – 7-8,5 м. Взрослые самки на 1-2 м больше самцов, длина отдельных самок может достигать 21 м. Вес некоторых взрослых животных достигает ста тонн. Жировой слой надёжно защищает гренландского кита от холода арктических морей и служит запасом на зиму, когда пищи становится меньше. 



Туловище у гренландского кита короткое, толстое с широкой гладкой спиной Спинной плавник отсутствует. Шейный перехват хорошо выражен. Голова большая и занимает примерено треть длины тела, у самцов она крупнее, чем у самок. На голове кожа гладкая, без роговых наростов и шишек. Короткие и широкие грудные плавники с закpуглёнными концами. Ширина хвостовых лопастей составляет около трети длины тела. У пожилых особей хвостовой стебель белеет. Глаза маленькие, расположены низко, около уголков рта. Ушные отверстия открываются позади и немного ниже глаз. Рот животного большой и изогнутый. Имеется резко очерченная впадина позади дыхательного отверстия. Дыхательное отверстие парное с широкими разделёнными ноздрями. Фонтан высокий, V-образный. Большое тело, как правило, чёрного цвета, лишь у некоторых животных в  области горла может быть светлое пятно неопределённой формы. 


 Скелет гренландского кита: 1 – пластины китового уса; 2 – остатки тазового пояса.


Китовый ус высокий, его высота может достигать 350, а иногда и до 450 см, очень эластичный, темного цвета, с волосовидной бахромой (её толщина 0,08-0,2 мм). Характерной особенностью уса гренландских китов является его необычайно тонкая структура, что позволяет животному отфильтровывать необходимую пищу. Правый и левый ряды спереди разъединены и каждый содержит в среднем около четырёхсот пластин. У новорождённых пластины китового уса серого цвета, высотой по 10-11 см. Функциональный скачок в росте уса происходит после перехода детёныша на самостоятельное питание, и отмечается при достижении длины тела 7-8,5 м. Толщина подкожного жира наибольшая среди китов, в некоторых местах он может быть до 50 см, а у отдельных особей и более.


Расположение пластин китового уса в ротовой полости: 1 – верхняя челюсть; 2 – нижняя челюсть; 3 – пластины уса.

Половой зрелости самцы достигают к 23-25 годам, самки, по-видимому, несколько раньше. Сексуальная активность может наблюдаться в любое время года, но непосредственно период спаривания приходится на зимне-весенние месяцы. Период беременности длится около 13-14 месяцев, детёныши рождаются в промежуток с апреля по июнь включительно. Длина новорождённого составляет примерно 4-4,5 м, вес – около тонны. Еще в утробе матери у него формируется толстый (до 15 см) слой подкожного жира, защищающий его от гибели при родах в холодной воде. Грудное вскармливание длится чуть менее года, и к следующему лету детёныш способен вести самостоятельный образ жизни. В период кормления наблюдается интенсивный рост, и годовалые китята в это время могут достичь восьми, а иногда и девяти метров в длину.

Гренландские киты питаются зоопланктоном. Спектр питания весьма широк и включает около шестидесяти видов зоопланктона, преимущественно состоящих из представителей мелких планктонных ракообразных. Главным образом, это представители отрядов калянид и эуфазиид, в ряде районов большое место в питании занимает один из мелких крылоногих моллюсков. На мелководье они питаются также гаммаридами и мизидами. Киты круглогодично кормятся как в приповерхностных водах, так и у дна. Высказывается предположение, что в поисках корма киты используют обоняние, и при этом определяется направление ветра с помощью вибрисс, расположенных двумя рядами за дыхалом. Во время кормления кит движется сквозь толщу воды с открытым ртом, и ракообразные, осевшие на пластинах уса, соскребаются языком и заглатываются

Вся жизнь гренландского кита неразрывно связана с ледовым покровом. Здесь киты находят укрытие от хищников (косатка); нет здесь и конкурентов. Летом киты встречаются небольшими группами или поодиночке. Питаясь, киты обычно ныряют на короткое время и держатся под водой до десяти минут, но иногда продолжительность ныряния в спокойном состоянии доходит до получаса.  Вынырнув, они держатся на поверхности моря около трёх минут, при этом часто неглубоко погружаются. На поверхности  они выпускают двухструйные фонтаны высотой до 5-6 м. Киты в спокойном состоянии перемещаются со скоростью до четырёх миль в час, но в случае необходимости скорость достигает 8-9 миль в час. Вокальный репертуар гренландских китов очень разнообразен, и пик вокальной активности приходится на период спаривания зимой. Это животное – рекордсмен среди млекопитающих по продолжительности жизни. Отдельные особи доживают до полутораста, а возможно – до двухсот лет. 

Гренландский кит – самый крупный постоянный обитатель арктических и субарктических вод. Основная часть самой южной – охотоморской – популяции проводит лето в западной части Охотского моря, от Сахалинского залива до залива Удская губа, где лёд иногда не тает до середины лета. Местоположение зимовок китов неизвестно. Весной стадо разделяется, и часть китов перемещается к заливу Шелихова, а часть движется в направлении Шантарского архипелага. К середине лета обе части воссоединяются. Киты охотоморской популяции изолированы от основного ареала вида.

Ареал берингово-чукотской популяции огромен. В летний период популяция распространена от восточной части Восточно-Сибирского моря до залива Амундсена в море Бофорта. Её северную границу определяет кромка многолетнего дрейфующего льда. Большая часть животных в летний нагульный период обосновывается в восточной части Чукотского моря и в море Бофорта, но небольшие группы китов (или даже обособленные летние стада) остаются у восточного и северного побережья Чукотки и могут заходить на запад до Новосибирских островов. Зимует популяция преимущественно в западной части Берингова моря, куда мигрирует вдоль азиатского и американского побережий. Северное и восточное побережья полуострова Чукотка в осенний период и Анадырский залив зимой рассматриваются как основные сезонные местообитания популяции в российских водах.

Киты шпицбергенской популяции распространены от восточного побережья Гренландии на западе до архипелага Северная Земля на востоке. Восточная граница распространения популяции достаточно условна, так как встречи китов, хотя и единичные, в начале XX в. наблюдались вдоль всего сибирского побережья. Во второй половине XX в. гренландские киты шпицбергенской популяции изредка отмечались у северо-восточного побережья Гренландии, в районах архипелагов Шпицберген, Новая Земля и Северная Земля. В текущем столетии встречи китов участились в весенне-летний период у северо-восточной оконечности Гренландии, в проливе Фрама, севернее Шпицбергена и в акватории Земли Франца-Иосифа. Отмечены летне-осенние встречи гренландских китов в различных частях Карского моря. Зимние места обитания неизвестны, но данные акустического мониторинга свидетельствуют о постоянном присутствии китов в проливе Фрама в зимний период.

Обитание китов в том или ином месте связано с дрейфующими льдами (чаще там, где сплочённость ледового покрытия составляет около 60-70%). Короткие сезонные миграции связанны с разрушением или становлением и движением льда (северного летом, южного зимой). Наблюдения у побережья в районе мыса Барроу показали, что во время весенней миграции в море Бофорта киты избегают больших областей многолетнего льда. В то же время они оказались достаточно способными преодолевать участки, покрытые льдом толщиной до двадцати сантиметров. Для дыхания животные взламывали лёд головой, так что в месте удара образовывался ледяной холмик с трещинами. Часто животных не было видно в подобных случаях, но были слышны звуки при выдыхании воздуха. Предполагается, что некоторые киты во время миграций в покрытых льдом районах могли использовать звуковые сигналы для оценки толщины льда. Это помогало им избежать районов, покрытых толстым льдом. В то же время известны случаи гибели гренландских китов в ледяных ловушках.

IMG_1790.JPG

Гренландский кит в привычной среде обитания.


Вплоть до середины прошлого столетия китобойный промысел процветал во многих странах мира, имеющих выход к морю. Наибольшей интенсивности он достиг в XX веке, когда его продукты использовались в пищевой, кожевенной, мыловаренной, текстильной, химической, а также в парфюмерной и косметической промышленности

В итоге коммерческий китобойный промысел XVII–XX веков нанёс огромный урон мировой численности гренландского кита. Особенно катастрофическому истреблению подверглись шпицбергенская и охотоморская популяции.

Международная китобойная комиссия в 1982 г. приняла решение о введении моратория на коммерческий китобойный промысел любых видов, начиная с 1985-86 г. Данный мораторий не затрагивает аборигенный промысел китов, разрешённый для коренного населения Чукотки (Россия, серый и гренландский киты), Гренландии (Дания, финвал и малый полосатик), Аляски (США, серый и гренландский киты), Сент-Винсента и Гренадин (горбатый кит).

Коммерческий промысел китов шпицбергенской популяции начался в середине ХVII века и проводился вплоть до начала XX столетия. С 1660 по 1912 гг. в ходе промысла было добыто свыше девяноста тысяч китов. В результате первоначальная численность популяции – ориентировочно двадцать пять тысяч особей – катастрофически сократилась к началу ХХ столетия. В первой половине XX столетия она считалась даже исчезнувшей. Но в последней четверти прошлого столетия появились первые наблюдения гренландских китов данной популяции. Так, в 1981 году во время проведения учёта берлог белого медведя на Земле Франца-Иосифа мы наблюдали в полынье у южного побережья архипелага около десятка гренландских китов, среди которых были детёныши. В последующее время, как показали недавно проведённые исследования, популяция начала восстанавливаться. В 2015 году численность китов вдоль ледовой кромки севернее Шпицбергена была оценена в 343 особи, а в акватории архипелага Земля Франца-Иосифа в 2010 году прямыми наблюдениями было зафиксировано тридцать четыре кита.

В Охотском море до начала китобойного промысла, по разным оценкам, обитало от двух-трёх до более чем двадцати тысяч гренландских китов. В 1980-е гг. численность летнего шантарского стада охотоморской популяции экспертно оценивалась в 250–300 голов. В последующие годы роста поголовья не наблюдалось, поэтому можно сделать вывод, что общая современная численность популяции вряд ли превышает четыре сотни особей.

Берингово-чукотская популяция гренландского кита в предпромысловый период оценивалась в восемнадцать тысяч особей. Многие годы эскимосы Аляски охотились на китов, но их промысел не наносил существенного ущерба популяции. Но, как и другие популяции вида, она подверглась крупномасштабной нерегулируемой добыче в XIX-XX веках и многократно сократила свою численность. Учитывая это, в 1977 г. Научный комитет Международной китобойной комиссии (МКК) рекомендовал прекратить добычу гренландских китов. Эскимосы же настаивали на продолжении промысла гренландских китов, так как он поддерживает не только экономику жителей прибрежных посёлков, но и их культуру, и традиционный образ жизни. Учитывая это, МКК выделила им квоту, которая контролируется Аляскинской эскимосской китобойной комиссией. Исследователи пришли к заключению, что размер популяции (8200 в 1993 г.) позволяет выделить на нужды эскимосов пятьдесят шесть китов ежегодно. После принятых международных и национальных мер её охраны популяция начала восстанавливаться, и в настоящее время составляет около семнадцати тысяч особей. Недавние исследование показали, что популяция полярных китов увеличивается примерно на 3% в год, даже несмотря на промысел коренного населения.

В 2018 году на 67-м заседании МКК, состоявшемся в Бразилии, была одобрена семилетняя (2019-2025 гг.) квота на аборигенную добычу гренландского кита берингово-чукотской популяции. Она не должна превышать 392 особи. Подавляющая часть квоты используется коренными жителями Аляски, на Чукотке ежегодно добывается всего по нескольку гренландских китов. 


Автор: Беликов Станислав Егорович, член Группы специалистов по белому медведю Международного союза охраны природы.


Литература

Атлас морских млекопитающих СССР (под ред. В.А. Земского). Москва, "Пищевая промышленность", 1980, 183 с.

Беликов С.Е. 1985. Гренландский кит: надежды на восстановление вида. "Природа", N 11. С. 116-117.

Беликов С.Е. Морские млекопитающие Российской Арктики: изменения численности и среды обитания под воздействием антропогенных и природных факторов. Наземные и морские экосистемы. ООО «Паулсен», Москва – Санкт-Петербург, 2011, с. 211-256.

Берзин А.А. 1981. Современное состояние популяций гренландского кита. Природа, N 6. С. 81-83.

Богословская Л. С. Киты Чукотки. Пособие для морских охотников // ред. В. А. Земский. – М.: Институт Наследия, 2003. – 324 с. ISBN 5-86443-079-Х.

 Дорошенко Н. В. Полярные киты Охотского моря // Известия ТИНРО. – 1996. – № 121. – С. 14-25.

Мельников В.В. Китообразные (Cetacea) тихокеанского сектора Арктики: история промысла, современное распределение, миграции, численность. Владивосток: Дальнаука, 2014, 396 с.

Шпак О.В., Беликов С.Е. Усатые киты. Гренландский кит // Морские млекопитающие Российской Арктики и Дальнего Востока: атлас. Беликов С.Е., Владимиров В.А., Глазов Д.М. (ред.). ООО «Арктический Научный Центр». – Москва, 2017. – 311, [1] с.: ил. – (Серия «Атласы морей Российской Арктики»). – С. 81-83.

Citta J.J. Quakenbush L.T., Okkonen S.R., Druckenmiller M.L., Maslowski W., Clement-Kinney J., George J.C., Brower H., Small R.J., Ashjian C.J., Harwood L.A., Heide-Jørgensen M.P. Ecological characteristics of core areas used by western Arctic bowhead whales, 2006-2012 // Progress in Oceanography. – 2014. – V. 136. – P. 201 - 222. http://dx.doi.org/10.1016/j.pocean.2014.08.012

George J.C., Bada J., Zeh,J., Scott L., Brown S.E., O'hara T., Suydam R. Age and growth estimates of bowhead whales (Balaena mysticetus) via aspartic acid racemization // Canadian Journal of Zoology. – 1999. – V. 77. – P. 571‐580.

Givens G. H., Edmondson S. L., George J. C., Suydam R., Charif R.A., Rahaman A., Hawthorne D., Tudor B., DeLong R. A., Clark C. W. Estimate of 2011 abundance of the Bering-Chukchi-Beaufort Seas bowhead whale population. // Paper SC/65a/BRG1 presented to the Sci. Comm. of the IWC. — 2013. — 30 pp.

Joint Norwegian - Russian environmental status 2013. Report on the Barents Sea Ecosystem. Part II - Complete report / McBride, M.M., Hansen, J.R., Korneev, O., Titov, O. (Eds.) Stiansen, J.E., Tchernova, J., Filin, A., Ovsyannikov A. (Co-eds.). IMR/PINRO Joint Report Series, 2016, № 1, 359 pp.

Lowry L. F. Foods and Feeding Ecology // The Bowhead Whale. Special Publication No. 2 of The Soc. For Mar. Mamm. - Allen Press, Inc., Lawrence, KS 66044, USA. – P. 201-238. ISBN 0-935868-62-3

Moore S. E., Reeves R. Distribution and movement. The Bowhead Whale //Special Publication Number 2. The Society of  Marine Mammalogy, 1993 - Pp. 313-386.

Quakenbush L.T. Small R.J., Citta J.J. Satellite tracking of bowhead whales: movements and analysis from 2006 to 2012 / L. T. Quakenbush, and. // U.S. Dept. of the Interior, Bureau of Ocean Energy Management, Alaska Outer Continental Shelf Region, Anchorage, AK. OCS Study BOEM 2013-01110. – 2013. – 56 pp.

Rugh, D., Demaster, D., Rooney, A., Breiwick, J., Shelden, K and S. Moore. A review of bowhead whale (Balaena mysticetus) stock identity. Journal of Cetacean Research and  Management,  5(3).- 2003. Pp. 267-279.

Stafford K. M. Moore S.E., Berchok C.L., Wiig Ø., Lydersen C., Hansen E., Kalmbach D., Kovacs K.M. Spitsbergen’s endangered bowhead whales sing through the polar night // Endangered Species Research. – 2012. – V. 18. – P. 95-103. doi: 10.3354/esr00444

Shpak O.V. Meschersky I.G., Chichkina A.N., Kuznetsova D. M., Paramonov A.Yu., Rozhnov V.V. New Data on the Okhotsk Sea Bowhead Whales // Paper SC/65b/BRG17 presented to the Sci. Comm. of the IWC (Bled, Slovenia, 12-24 May 2014). – 2014. – 5 pp.

 

 

 

 

 

 

 

Комментарии