Сейчас в Арктике:
Грибы/ягоды

"Кто на море не бывал -- тот горя не видал". Традиции Зимней Золотицы

"Кто на море не бывал -- тот горя не видал". Традиции Зимней Золотицы
15 Августа, 2019, 11:36
Комментарии
Поделиться в соцсетях

Итоги фольклорно-этнографической экспедиции Северного Арктического федерального университета в с. Зимняя Золотица Архангельской области  в 2016 г.



В 2001 и 2016 гг. состоялись экспедиции Центра изучения традиционной культуры Европейского Севера САФУ (далее – Центр) в село Зимняя Золотица Приморского района Архангельской области. В них принимали участие студенты-филологи и сотрудники Центра. Руководила экспедициями доктор филологических наук, профессор Н.В. Дранникова. Целью экспедиции 2001 г. был сбор традиционного фольклора и анализ современного состояния эпической традиции, задачей последней экспедиции было исследование поморской промысловой традиции и локальной идентичности местного населения[i].

Экспедиция 2016 г. продолжила комплексное обследование фольклорно-этнографической традиции Зимнего берега Белого моря (часть побережья Белого моря на восточном берегу Двинской губы, простирающаяся от устья Северной Двины до мыса Воронов. – Н.Д.). Полевыми исследованиями этого региона Центр занимается последние пятнадцать лет (в разные годы экспедиции были организованы в село Ручьи, деревню Мегру, село Койду, деревню Сояну Мезенского района, деревню Патракеевку Приморского района Архангельской области и другие населённые пункты)[ii].

Все собранные материалы хранятся в фольклорном архиве Центра изучения традиционной культуры Европейского Севера САФУ. За время экспедиции 2001 г. материал был записан от исполнителей в возрасте от 25 до 85 лет, экспедиции 2016 г. – от 55 до 93 лет, преимущественно мужчин.

Село Зимняя Золотица расположено на Зимнем берегу Белого моря в ста км от Архангельска и состоит из двух населённых пунктов: Нижней и Верхней Золотицы. Впервые Золотица стала известна благодаря записям былин, сделанным местным священником И.Ф. Розановым и опубликованным в книге П.С. Ефименко «Материалы по этнографии русского населения Архангельской губернии» (1877­–1878)[iii].

Широкую известность в научном мире Зимняя Золотица приобрела после экспедиций А.В. Маркова (1898, 1899, 1901) и выхода его книги «Беломорские былины»[iv]. Благодаря А.В. Маркову стали известны имена таких сказителей, как А.М., Г.С. и М.С. Крюковы, Ф.Т. Пономарёв и др. В 1930-е – 1950-е годы ХХ века в Золотице работали советские фольклористы В.П. Чужимов, Э.Г. Бородина-Морозова, Р.С. Липец, А.М. Астахова[v] и др., но в 1980­–1990-е гг. село выпало из поля зрения фольклористов.

Одной из задач экспедиции 2001 г. была фиксация современного состояния эпической традиции Зимней Золотицы, поэтому каждому из местных жителей нами был задан вопрос, помнит ли он (она) старины (былины)? Ответы были типичными: сам исполнитель не знал былин, но некоторые шестидесяти-восьмидесятилетние респонденты отвечали, что запомнили с детства их исполнение своими родственниками («тётя пела», «дед рассказывал», «бабушка знала»). Из всех опрошенных нами только М.И. Таратин, 1941 г.р., вспомнил, что существовали былины «о Василии Селяниновиче, Святогоре-богатыре, Алёше Поповиче». (ФА САФУ. П. 354.)

Таким образом, уже в 2001 г. о былинах сохранились лишь глухие воспоминания и отдельные эпические формулы, восходящие к текстам некоторых из них, в других жанрах фольклора. Знание былин ушло с отцами и дедами респондентов, родившихся в 1910 – 1930-х годах. Гораздо лучше сохранились воспоминания об исполнении новин М.С. Крюковой. Сама она называла их «пропеваньицами». В памяти жителей Золотицы М.С. Крюкова осталась не как исполнитель былин, а как своеобразный поэт. Во время опроса выяснилось противоречивое отношение местных жителей к Крюковой. С одной стороны, ею гордились, с другой – недолюбливали. Приведём одно из свидетельств.

Марфа вела праздную жизнь. Сама сочиняла былины. Ничем не занималась. Марфа бездельем занималась, поэтому и замуж не брали, всё на книгах сидела. (ФА САФУ. П. 354.)

Кратко остановимся на результатах нашей экспедиции, состоявшейся в 2001 г. Во время неё удалось собрать большой материал об обрядах жизненного цикла человека. Среди них хорошо сохранился свадебный обряд. Золотицкая свадьба является одним из вариантов поморской свадьбы и, согласно рассказам исполнителей, проходила от четырёх до семи дней.

Все исполнители хорошо знали похоронную обрядность. Из всех частей похоронного обряда отмечаем недостаточно известный обычай, отсутствующий в других локальных традициях, ставить после смерти в красный / Божий угол камень и веник. (ФА САФУ. П. 354. Л. 47–57)

В Зимней Золотице существовал как традиционный аграрный, так и поморский календарь, который был приурочен к аграрному. Аграрный календарь по сравнению с промысловым был менее развит, так как он был не функционален для местного сообщества. Приведём некоторые примеры.

Среди календарных обрядов лучше сохранилась святочная обрядность. Отметим в ней то, что является региональным и характеризует золотицкую фольклорную традицию. Ряженых на Святки называли шулюкуны / чуликуны / шуликены. Это же название ряженых было отмечено нами во время фольклорной экспедиции в 1993 г. в деревне Лопшеньге на Летнем берегу Белого моря. В пинежской традиции шуликуны – святочные духи[vi]. Более известно позднее название ряженых – маскерованные. В золотицкой традиции просматривается взаимодействие русской культуры с ненецкой: ряженые одевались в малицы (ненецкая верхняя одежда из оленьей шкуры. – Н.Д.). Ряженые во время Святок носили лодку, изображая поморов во время зверобойной кампании.

В памяти исполнителей сохранились обрядовые действия на Страстной неделе Великого Поста. В Страстной / Великий четверг на утренней заре стригли волосы и ногти, считали деньги, девушки-невесты перебирали (трясли) наряды. Данные обрядовые действия выполняют продуцирующую функцию. В течение всей недели женщины устраивали коллективные избомытья, что имело символическое очищающее значение.

Местные жители считали, что в Благовещенье (25 марта/7 апреля) и Благовещенский день (день недели на который приходилось Благовещенье в том или ином году. – Н.Д.) нельзя начинать новую работу. Егорьев день (23 апреля/6 мая) считался лошадиным праздником, для лошадей пекли специальный хлеб и заплетали им гривы. Коровьим праздником являлся день Святого Власа, Власьё (11/24 февраля). На Троицу здесь бытовали общерусские обряды с берёзой и берёзовыми ветками. На Иван-день (24 июня/7 июля) гадали на вениках, которые делали из цветов, например, из лютиков. Ими мылись в бане, а потом бросали в реку Золотицу, повернувшись к ней спиной.

Во время экспедиции 2016 г. большую часть собранного материала составили записи текстов промыслового фольклора, связанного с рыболовным и морским зверобойным промыслами. Промысловая специфика быта Зимней Золотицы, прежде всего, нашла отражение в местном календаре. Так, к церковным праздникам были приурочены погрёбы (роды – Н.Д.) морского зверя: Афанасьевский (18/31 января), Сретенский (2/15 февраля), Власьевский (11/24 февраля), а также подходы/походы сёмги: Ивановский (24 июня/7 июля), Петровский (29 июня/12 июля), Ильинский (20 июля/2 августа), Преображенский (6/19 августа), Богородицкий (8/21 сентября) и др. Во время каждого из таких походов ловился определённый тип сёмги. Во время Ивановского похода сёмги (24 июня/7 июля) ловилась мелкая сёмга, или тинда, Петровского (29 июня/12 июля) – залом, Ильинского (20 июля/2 августа) – ильинка, залом, Семёновского (1/14 сентября), Сдвиженского (14/27 сентября) и Покровского (1/14 октября) – покровка, или белая голова.

Храм в Зимней Золотице


Сига ловили на Ильин-день (20 июля/2 августа), селёдку – с Покрова (1/14 октября) до Сретенья (2/15 февраля). Походы селёдки были приурочены к календарным праздникам Рождества (25 декабря/7 января) и Крещения (6/19 января). Лов щуки зависел от фаз луны. Считали, что особенно хорошо она ловится на убывающей луне.

В Зимней Золотице до сих пор функциональными остаются рыбацкие приметы и поверья, которые включаются в фенологические наблюдения. Например, по количеству ягод на рябине определяют, сколько сёмги будет в следующем году; по тому, к какой стороне реки прибьёт лёд во время ледохода, – у какого берега будет ловиться рыба.

Там, где больше льда у берега, будет много сёмги. Там, где темно в море на Пасху, будет много сёмги. (ФА САФУ. П. 632. Зап. от В.В. Бронникова, 1954 г.р.)

Среди жителей Зимней Золотицы хорошо сохранились поморские названия ветров (Север, Побережник[vii], Запад, Шелонник/Шолонник[viii] и др.) и связанные с ними различные паремии и устные рассказы. Приведём наиболее типичный рассказ о свойствах западного ветра – Запада и юго-западного ветра – Шелонника.

Вот ветер Запад – это хороший ветер, говорят. Ветер Запад – жена красивая, а у этого (ветра Шелонника. – Н.Д.) жёнка некрасивая. Значит, у Запада жёнка красивая, дак на ночь он тихнет, стихает, уходит у жены спать, а у эттого-то Шолонника жена-то некрасива, дак он неделями гуляет. (ФА САФУ. П. 355. Зап. от М.С. Рудакова, 1940 г.р.)

Местные жители делят ветра на благоприятные и неблагоприятные для промысловой деятельности. К первым они относят западный и северо-западный ветра, ко вторым – юго-западный и восточный.

Во время экспедиций нами было отмечено существование поморской промысловой магии. Во время первого замёта (забрасывания – Н.Д.) сетей на треску и селёдку в море бросали серебряные деньги, во время шторма в море лили масло. Уходя в море, рыбаки брали с собой для хорошего улова кулебяку (кулебяка – пирог с рыбой. – Н.Д.) или клык морского льва. В день проводов на зверобойный (путину) или рыбный промысел на стол клали буханку хлеба и солонку, которые оставляли до следующего дня. Рыбакам на тоню (тоня – участок моря с побережьем, приспособленный для лова рыбы. – Н.Д.), чтобы они благополучно вернулись, жены давали с собой морской песок. Существовал запрет на участие в проводах промысловиков беременных женщин. Если помор погибал во время путины, то его имя давали новорождённому «для продления рода». Считали, что лучше всего было начать лов тайно. Табуирование помогало обезопасить себя и оградить от негативного воздействия «чужого».

Во время экспедиции 2016 г. удалось установить, что уровень самоидентификации местного сообщества и осознания им своего населённого пункта как непохожего на другие оказался довольно высоким. Жители Золотицы имеют самоназвание – "демона", так же их называет население соседних деревень. Существуют различные объяснения этого прозвища. По отношению к себе различные местные сообщества используют позитивные характеристики и положительные автостереотипы, соседним поселенческим группам наоборот часто даются сниженные наименования и объяснения их происхождения. Так, сами жители Зимней Золотицы объясняют происхождение своего прозвища тем, что они не боятся моря и могут выходить на промысел зверя во время любого шторма. По мнению жителей соседнего села Патракеевки, люди в Зимней Золотице имели более низкий культурный уровень, чем они (ФА САФУ. П. 615.). Патракеевка была ближе к Архангельску, её жители имели более высокий уровень жизни и образования, в ней находилась мореходная школа, где готовили лоцманов. Часто объяснение происхождения того или иного прозвища исполнители связывают с пребыванием в данной местности известной личности или священнослужителя, которым местными жителями было отказано в гостеприимстве. Существует аналогичное объяснение прозвища жителей Зимней Золотицы.

Вот когда в Христианскую веру обращали, тогда поп подошёл к Золотице-деревне, попросил перевезти через речку на другую сторону реки, то есть в сторону Архангельска, но никто его не перевёз. Попросился ночевать – никто не пускает, даже попросил воды – не дали воды напиться. И вот он так и сказал: «Будьте вы прокляты, демона!». (ФА САФУ. П. 614. Зап. от Л.С. Тюрикова, 1954 г.р.)

Всем нашим респондентам во время экспедиции задавался вопрос о том, считают ли они себя поморами. Большинство из них считают себя поморами. Поморы – этнографическая группа русского населения, проживающая на побережье Белого моря и занимающаяся морскими промыслами. На наш вопрос о том, кого ещё из жителей Архангельской области золотичане считают поморами, нам ответили, что «самые помористые – мезенцы, приморяне (жители Приморского района) и онежане, до Холмогор – все поморы» (ФА САФУ. П. 615. Зап. от С.И. Буркова, 1948 г.р.). Локальная идентичность местного сообщества тесно связана с воспоминаниями о местных промыслах. Её особенности передают широко распространённые здесь пословицы и поговорки: «Море – наше поле», «Кто в море не бывал, тот богу не маливался» (ФА САФУ. П. 632.) и другие, которые выполняют   интегрирующую функцию.

На мифологическую прозу Зимней Золотицы, как и на календарь, наложила отпечаток профессиональная деятельность местного населения. В ней значительное место занимают рассказы о хозяевах тонских избушек, о том, как рыбаков «пугает» в них. Местные жители продолжают верить, что перед тем, как войти в тонскую избушку, необходимо проситься у духа-хозяина избушки, чтобы не вызвать его гнев. Чаще всего в мифологических рассказах отсутствует имя персонажа, говорится о нём в среднем роде «на тонях пугало». Единственный раз встретилась хозяйка тонской избушки, которую описывали как женщину лет тридцати с длинными распущенными волосами. Персонажем подобных рассказов также может являться водяной или его вариант – чёртушко, персонаж чёрного цвета, с волосами и с длинным хвостом. С его образом связано несколько сюжетных мотивов: рыбаки вылавливают водяного/чёртушко и отпускают, после чего получают хороший улов; водяной/чёртушко пугает рыбаков в промысловых избушках. В последнем мотиве образ водяного сливается с образом домового.

В несказочной прозе золотичан часто встречается образ Николая Чудотворца, который считался местным населением покровителем поморов. О нём говорили: «Никола Угодник – морской управитель» (ФА САФУ. П.355.). Ему ставили часовни, брали с собой в море в качестве оберега иконы с его изображением и молитвы, посвящённые ему.

Среди записей устных рассказов, зафиксированных во время второй экспедиции, большую часть составляют рассказы о традиционных для местного населения промыслах – рыболовном и зверобойном. Большая часть из них относится к советскому периоду, в том числе ко времени Второй мировой войны, но несмотря на это нам удалось записать рассказы о промыслах, относящхся к дореволюционному периоду. До революции Золотица имела торгово-экономические контакты с Норвегией, в деревне было несколько крупных судовладельцев, память об этом до сих пор сохраняется в фольклорно-речевом дискурсе села. За время экспедиции были записаны тексты о раскулачивании, проходившем здесь, как считают респонденты, особенно тяжело. Как отмечали исполнители, количество раскулаченных в Поморье было больше, чем в других районах Архангельской области, что объясняется более высоким уровнем жизни населения, занимавшегося промыслами.

Основной темой устных рассказов о зверобойном промысле является добыча тюленя во время вешного пути. Вешный путь – зверобойная кампания, проводившаяся в марте, во время которой промысловики охотились на молодых тюленей – бельков. Она проходила в районе села Зимняя Золотица. Промысел начинался на Власьев день (11/24 февраля) и заканчивался в начале марта. Рассказы о зверобойном промысле относятся к 1950-м – 2000-м гг. и заканчиваются 2007 г., когда он официально был запрещён государством. В этих рассказах много этнографических подробностей. Они включают в себя исторические сведения, например, о том, что раньше во время путины многие из зверобоев гибли, что льдины с промышленниками уносило в Белое море, что для перевозки убитых тюленей существовали специальные лодки, которые имели полозья, чтобы передвигаться по льду, о том, что в советское время зверобойная кампания проходила уже на ледоколах. Респонденты подробно описывали нам этапы выращивания тюленя от стадии белька до стадии серки. Исполнители дают высокую оценку роли, которую играл зверобойный промысел в жизни поморов, но на их рассказы о нём накладывается советский контекст, в котором манифестируется важность этого промысла для страны. Его важность для наших респондентов усиливает знание ими исторического факта, что в годы Великой Отечественной войны жителей города Архангельска от голода спасло мясо тюленя.  

Подведём некоторые итоги. Материалы, собранные участниками первой фольклорно-этнографической экспедиции в Зимнюю Золотицу 2001 г., свидетельствуют об исчезновении эпических фольклорных традиций и отмирании классических жанров фольклора. Носителями патриархальной фольклорной традиции в тот период оказались исполнители, родившиеся преимущественно в 1910-х – 1930-х гг. Среди жителей села сохранились лишь глухие воспоминания об исполнении былин предшествующими поколениями и отдельные эпические формулы в других жанрах. Ко времени проведения экспедиции 2016 г. все исполнители, родившиеся до 1920 г., с которыми мы работали в 2001 г., умерли, поэтому вместе с ними во многом ушло знание традиционного фольклора.

Экспедиция 2016 г. имела другие цели. Как показали её результаты, золотичане имеют развитую локальную идентичность. Большинство из наших респондентов считают себя поморами. Частью локальной идентичности Золотицкого сообщества является хорошее знание ими местного промыслового календаря. В связи с тем, что лов рыбы не прекращался в советский период, промысловый календарь почти полностью сохранился в этнокультурной традиции села. Промысловая специфика деятельности местного населения нашла отражение практически во всех фольклорных жанрах. В фольклорно-речевом дискурсе золотичан активно функционируют промысловые приметы и поверья, устные рассказы о промыслах. На периферии оказались промысловые обрядовые практики и мифологическая проза. Актуальность фольклорного промыслового знания для местного населения подтверждается табуированностью некоторых примет и поверий, передачи информации о походах рыбы. Жители Золотицы, занимающиеся промыслами, стараются держать это знание в тайне от посторонних, так как продолжают использовать его, чтобы обеспечить себе успех на промысле.

Необходимо отметить, что материал, собранный в Нижней Золотице, носит более традиционный характер, в Верхней – промысловый. Во многом это связано с исполнителями: в Нижней Золотице ими преимущественно были женщины, в Верхней – мужчины. Несмотря на то, что женщины занимались промыслами наряду с мужчинами, их репертуар остаётся более традиционным.

Проведённые полевые исследования позволяют сделать вывод о том, что этнокультурная традиция села Зимняя Золотица является локальным типом поморской культуры.

 


Авторы: Наталья Васильевна Дранникова, д.ф.н., профессор, директор Центра изучения традиционной культуры Европейского Севера ВШСГНиМК Северного Арктического (федерального) университета.

Татьяна Николаевна Морозова, сотрудник Центра изучения традиционной культуры Европейского Севера ВШСГНиМК Северного Арктического (федерального) университета. 


[i] Дранникова Н.В. Фольклорная экспедиция Поморского университета в село Зимняя Золотица // Комплексное собирание, систематика, экспериментальная текстология. Материалы IV Международной школы молодого фольклориста (Архангельск, 6–8 июня 2002 г.). Архангельск, 2002. С. 83–92.

[ii] Дранникова Н.В. "Капитанская деревня": к вопросу о локальной идентичности жителей с. Патракеевки Приморского района Архангельской области // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. Серия: Общественные и гуманитарные науки. 2016. № 5 (158). С. 91–95; Дранникова Н.В. Локальная идентификация в фольклорно-речевой практике жителей Зимнего берега Белого моря // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. Серия: Общественные и гуманитарные науки. 2011. № 7 (120). С. 31–35; Дранникова Н.В., Морозова Т.Н. Промысловый календарь Зимнего берега Белого моря // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. Серия: Общественные и гуманитарные науки. 2014. № 5 (142). С. 56–60; Дранникова Н.В. Этнокультурная традиция Сояны (по материалам экспедиции Поморского государственного университета в 2009 г.) // Живая старина. 2010. № 4. С. 18¬–22.

[iii] Ефименко П.С. Материалы по этнографии русского населения Архангельской губернии // Труды ЭО ОЛЕАЭ. Кн. 5. М., 1877 – 1878. Вып. 1–2.

[iv] Марков А.В. Беломорские былины. М.: А.А. Левенсон, 1901.

[v] Былины Печоры и Зимнего берега (новые записи) / Изд. подгот. А.М. Астахова, Э.Г. Бородина-Морозова, Н.П. Колпакова, Н.К. Митропольская, Ф.В. Соколов. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1961.

[vi] Дранникова Н.В. Экспедиции Поморского университета // Живая старина. 1999. № 1. С. 50–51.

[vii] Северо-западный ветер.

[viii] Юго-западный ветер.



Комментарии