Сейчас в Арктике:
Грибы/ягоды

Жили ли в России "северные пингвины"?

Жили ли в России "северные пингвины"?
4 Августа, 2018, 07:32
Комментарии
Поделиться в соцсетях
Бескрылые гагарки. Рисунок Джона Одюбона. 


Бескрылая гагарка (Pinguinus impennis), которую иногда неграмотно, а иногда образно называют пингвином северного полушария из-за того, что конвергентная эволюция сделала её, действительно, до некоторой степени на него похожим, вымерла в XIX веке. Годы окончательного её исчезновения приводят разные – 1844, 1848 или 1852. Последним датируется достаточно известная встреча живых птиц на Ньюфаундлендской банке. Впрочем, не исключено, что нам ещё предстоит пересмотреть историографию и географию этого вымирания и «продлить» существование Pinguinus impennis на несколько лет, если удастся обнаружить новые данные.

Пострадав от увеличения активности белых медведей в местах её обитания во время так называемого малого ледникового периода, бескрылая гагарка исчезла всё же в основном по причине хищничества другого вида, известного как Homo sapiens. Не умеющих летать крупных птиц активно забивали на мясо моряки с проходящих мимо птичьих базаров судов, а когда пернатых осталось мало, на них стали охотиться уже ради получения яиц и чучел для музеев Старого и Нового Света. Грустная ирония истории: попытки преумножить знания или хотя бы сохранить память о живом существе поспособствовали его ускоренному вымиранию.

Благополучие вида зависело от безопасности его мест размножения, которое происходило традиционно в крупных колониях, своеобразных птичьих родильных домах на небольших островках и скальных утесах. Эти места были весьма компактны и их было не так много даже в лучшие времена, когда общая численность бескрылых гагарок во всём мире могла достигать нескольких миллионов особей. К 1800 году была варварски истреблена крупная популяция, гнездившаяся на канадском острове Фанк. Сохранились описания ошкуривания птиц заживо ради получения их перьев и пуха и других чинимых в полупромышленных масштабах жестокостей. Затем человек пришёл на другие островки Северной Атлантики. Были постепенно выбиты гагарки в Великобритании. Сократила агонию вида и сама природа, уничтожившая в 1830 году одно из его последних островных убежищ. Исландский островок Гейрфугласкер, который был назван в честь бескрылой гагарки и на котором находилась крупная колония, где птицы могли размножаться, будучи довольно надёжно изолированными от опасностей, связанных с деятельностью человека, тогда затонул из-за извержения вулкана. Вид не смог найти иной достаточно защищённой естественной колыбели и вскоре прекратил своё существование. В июле 1844 года на исландском о. Элди (он же Эльдей) тремя моряками, чьи имена история даже сохранила, была убита, возможно, последняя пара бескрылых гагарок и растоптано ботинком – по разным версиям случайно или намеренно – последнее яйцо, которое эта пара насиживала. Некоторое время ещё фиксировались разной степени достоверности сообщения о встречах отдельных особей и небольших групп птиц. Затем прекратили поступать и они.

Pinguinus impennis отлично плавали и ныряли – необходимый навык, учитывая, что они питались преимущественно морской рыбой – но были почти беззащитны на суше, а особенно уязвимы в период насиживания кладок, уничтожение которых хищниками и человеком на протяжении нескольких лет подряд сразу ставило популяцию на грань исчезновения. Способность к полёту бескрылые гагарки утратили в ходе эволюции, «променяв» на тяжёлое тело, позволявшее погружаться глубже под воду и оставаться там дольше. Современные исследователи говорят о способности этих птиц нырять на глубину в десятки и даже, по некоторым мнениям, сотни метров и не всплывать на поверхность дольше, чем способны, например, тюлени. Глубокие погружения позволяли меньше конкурировать за пищу с другими морскими птицами и добираться до любимой гагарками мойвы и других рыб, маневрируя и охотясь на них под водой. Короткие рудиментарные крылья наверняка использовались во время подводного плавания. Считается, что бескрылые гагарки могли разгоняться на глубине и выскакивать на поверхность у берега, чтобы затем энергичным прыжком оказаться на высоком утёсе. 

По некоторым данным, птицы могли доживать в природе до 20-25 лет, что, однако, вызывает у ряда учёных скепсис. Что именно кроме рыбы входило в диету бескрылых гагарок, в первую очередь молодых особей, исследователям ещё предстоит определить.

Однако все выгоды, связанные с подводным плаванием и способностью преследовать рыбу на больших, чем другие птицы, глубинах, означали отказ от полёта, который и стал для бескрылых гагарок роковым: в отличие от прочих хищников, человек не испытывал затруднений в проникновении на скалистые островки и прибрежные утёсы, где собирались эти неуклюжие и прикованные к земле и морю, подобно пингвинам Антарктики, птицы. А ещё они были съедобными и не слишком пугливыми – подпускали людей близко, не проявляя особого беспокойства при их появлении. Мясо, яйца и пух бескрылых гагарок пришлись как нельзя кстати, когда двуногие стали регулярно проникать на север. В лице «пингвинов» они нашли отличный источник пополнения корабельных припасов прямо на месте, в области своих новых интересов. Именно так снабжали себя продовольствием, например, экипажи кораблей, следовавших на Баффинову Землю, чтобы найти там золото. Бескрылых гагарок забивали в большом количестве и ели, иногда зажаривая живьём путём поджога перьев самой птицы – не от какой-то особой жестокости, а по причине отсутствия на островах-прибежищах пернатых другого топлива. Их пухом пытались заменить гагачий, ставший менее доступным в результате сокращения численности гаг (обыкновенной Somateria mollissima и гаги-гребенушки Somateria spectabilis) на Лабрадоре, а их крупные яйца с большим желтком было легко собирать. Причём сборщики яиц появлялись в колониях гагарок по нескольку раз за сезон, забирали неоплодотворённые яйца, просто выбрасывая оплодотворённые, которые были им не нужны. А ещё на кораблях в места гнездований вместе с людьми приплыли крысы – настоящий бич для птичьих базаров. При этом европейцы не были одиноки в своём хищничестве – приморские племена Северной Америки тоже активно и массово истребляли бескрылых гагарок вплоть до последних лет существования вида. Результат не заставил себя ждать: северное полушарие нашей планеты лишилось своей единственной нелетающей морской птицы.

Ареалом бескрылой гагарки в прошлом сегодня считают обширное пространство Северной Атлантики от Ньюфаундленда до Норвегии, причём наиболее «бойкими местами» признаются Канада и острова, лежащие как вблизи северной оконечности Великобритании, так и в окрестностях Исландии. Там располагались колонии бескрылых гагарок. При этом птицы этого вида ранее встречались и на территории приморской северо-восточной части США (атлантическое побережье Новой Англии, район реки Гудзон), и в Европе, например, до начала XIX века непосредственно в Великобритании. Кости гагарок были обнаружены во Флориде и объяснены торговлей индейцев, которые, возможно, привезли их с севера, а также на юге Франции, в пещере Коске, где они были датированы отметкой в 20 000 лет назад. Известно и о колонии в южной части Гренландии. Таким образом, очевидно, что ареал вида: а) был гораздо шире за значительный по историческим меркам промежуток времени до вымирания птицы, нежели непосредственно перед её вымиранием и б) вполне мог быть шире известного нам сегодня даже незадолго до её полного исчезновения. Нельзя также полностью исключить и возможность несколько более длительного, чем принято считать сегодня, существования осколков популяции бескрылых гагарок где-то в укромных местах побережий или даже за границами признаваемого сегодня ареала вида.

Побережье Норвегии, в исторический ареал бескрылой гагарки, безусловно, входящее, на севере переходит в пограничье с современной Российской Федерацией а затем и в побережье Кольского полуострова последней. С запада на восток норвежские фьорды сменяются российскими заливами, носящими обычно название «губа», но принципиально от них не отличающимися. Автор настоящей статьи решил попытаться установить, можем ли мы сделать обоснованное предположение об обитании этой вымершей птицы в прошлом на вышеуказанной, в том числе российской, территории. Действительно, ведь о радикальной смене природных условий восточнее северной части Норвегии говорить не приходится, а многочисленные морские птицы, в том числе чистиковые (Alcidae), к которым относится и вымершая бескрылая гагарка, достоверно обитают на омываемом Баренцевым морем побережье Кольского полуострова и сегодня. Что же мешало и ей жить в тех же местах?

М.А. Мензбир в своей книге «Птицы России» пишет о гибели последней особи вида «в Исландии в 1844 году», но сразу вслед за этим допускает: «возможно, что именно эта птица была убита купцом Лоренцом Бродткорб ещё в начале апреля 1848 на пути между Вардё и Горнё». По его мнению, бескрылая гагарка «вероятно, встречалась в прежние времена на побережье Русской Лапландии» (Мензбир, 1895). Что именно понимал Мензбир под Русской Лапландией можно обсуждать долго. Вопрос этот не так прост, как кажется на первый взгляд. Однако конкретное место между Вардё и Горнё (Хорнё), упомянутое в тексте, сегодня находится буквально на другом берегу Варангер-фьорда от границы России с Королевством Норвегия. Расстояние для отлично плававшей, в том числе и на дальние расстояния, хоть и не способной к полёту морской птицы совершенно не принципиальное.

Эта встреча с четырьмя птицами и убийство одной из них Бродткорбом в 1848 году в районе к северу от современного Киркенеса уже рассматривалась зарубежными и российскими авторами. Высказывалось и мнение о возможном подтверждении обитания бескрылой гагарки в территориальных водах бывшей Российской Империи при обнаружении её костей археологами (Шергалин, 2014), к каковой возможности мы ещё вернемся ниже. Ж. Ван Импе писал также, что бескрылые гагарки вполне могли обитать и на Новой Земле (Ван Импе, 2017).

В самом начале XX века район, известный как Пасвик (сегодня заповедник) на границе России и Норвегии исследовал норвежский орнитолог Ханс Сконнинг. Работал он и на приграничной территории Российской Империи, благо в этих диких тогда (да и, во многом, сегодня) местах граница проходила по реке Паз, на берегу которой учёный и поселился. Сконнинг подробно описал всех птиц этого района. Его работы сохраняют актуальность и в наши дни (Хлебосолов 2007), позволяя проводить сравнительные исследования орнитофауны Пасвика. Он, конечно, уже не обнаружил бескрылых гагарок, которые к тому времени вымерли. Однако Сконнинг упоминает о них в своей работе «Орнитофауна Восточного Финнмарка», повторяя историю охоты 1848 года и утверждая, что бескрылая гагарка «в прошлом гнездилась здесь» (Поликарпова, 2014). Относится ли эта фраза к Северной Норвегии в целом или к Пасвику в частности, впрочем, неясно.

На Кольском полуострове, а ещё точнее – на Мурманском его побережье, в XX веке велись тщательные археологические изыскания. Руководила ими много лет выдающийся советский археолог Н. Н. Гурина. Были обнаружены и раскопаны стоянки древних людей вдоль побережья, в том числе непосредственно в Кольском заливе, найдены артефакты доисторических культур и культуры саамов. Среди этих предметов есть сделанные из птичьих костей (сами кости, в отличие от изделий из них, как и другая органика, обычно плохо сохраняются в условиях Крайнего Севера, хотя, например, в поселении Маяк II кости животных, птиц – «чистик, чайка, гага» - и рыб были обнаружены во множестве), причём во многих случаях видовая принадлежность самих птиц не устанавливалась. Например, речь идет об игольнике из «трубчатой кости птицы», иглах (Гурина, 1982). Находки эти сохраняются в целости и могут быть изучены сегодня. Быть может, среди них есть и те, что прольют новый свет на ареал бескрылой гагарки? А ведь ДНК её ученым уже известно по чучелам, находящимся в музеях, имели место даже сообщения об инициативах по «воскрешению» вида с его использованием. Кстати, в изученном археологами поселении Дроздовка обнаружена была головка птицы с длинным клювом и отломанной шейкой из так называемого мыльного камня, использовавшаяся, скорее всего, для ритуальных целей (Гурина, 1997). Вид снова неизвестен. Одинока ли эта фигурка среди находок? Исследовал ли кто-либо саамский этнографический материал, хотя бы следы бескрылой гагарки в языке этого народа и её место в его исторической памяти? Думаю, не заметить упитанную, весом около пяти кг, гнездившуюся колониями морскую птицу, которая, в отличие от других, не могла летать, зато отлично годилась в пищу и «на разбор по косточкам», саамы, привыкшие брать от тундры и моря всё, что могло поспособствовать выживанию в суровых условиях Севера, просто не могли.

Можно сделать вывод, что существует значительная вероятность распространения в историческое и доисторическое время ареала бескрылой гагарки на, как минимум, Варангер-фьорд (он же Варяжский залив) и приморские окрестности Пасвика в западной части Кольского полуострова. Имеется возможность обитания этой вымершей нелетающей птицы и на птичьих базарах вдоль Мурманского побережья упомянутого полуострова, а также на Новой Земле. Подтвердить или опровергнуть её могли бы как новые археологические раскопки, так и анализ уже имеющихся в распоряжении учёных находок.

 Остров Элди - возможно, последнее прибежище бескрылой гагарки

Автор: Илья Зимин, Мурманск.

Литература

Мензбир М.А. Птицы России. Москва, 1895. Т. 1, стр. 72.

Гурина Н.Н. История культуры древнего населения Кольского полуострова. Петербургское Востоковедение, 1997. – 240 с. Стр. 63, 67.

Гурина Н.Н. Время, врезанное в камень. Мурманское книжное издательство, 1982. – 120 с. Стр. 59, 75, 87.

Шергалин Е.Э. Встречалась ли бескрылая гагарка Alca impennis в водах Российской Империи? Русский орнитологический журнал, 2014, Том 23, Экспресс-выпуск 992: 1266-1272.

Ж. Ван Импе. О возможности былого размножения бескрылой гагарки Pinguinus impennis на территории России. Русский орнитологический журнал, 2017, Том 26, Экспресс-выпуск 1424: 1278-1281.

Хлебосолов Е.Н., Макарова О.А., Хлебосолова О.А., Поликарпова Н.В., Зацаринный И.В. Птицы Пасвика. НП Голос губернии, 2007. – 176 с. Стр. 36.

Сборник под ред. Поликарповой Н. Сост. Макарова О., Поликарпова Н., Зацаринный И., Сконнинг-Колльстрём Р.Э., Трусова М. Ханс Сконнинг. Первый орнитолог Пасвика. Рязань, НП «Голос губернии». На русск. и англ., 2014. - 272 с. Стр. 128.

Комментарии