Сейчас в Мурманске

10:56 0 ˚С Погода
18+

Для борьбы с изменением климата нужно снижать не только антропогенные выбросы углерода, но и природные

Такое мнение высказывает глава комитета РСПП по климатической политике Андрей Мельниченко

Экология Изменение климата Таяние мерзлоты
Анна Щетинина
30 ноября, 2023 | 19:58

Для борьбы с изменением климата нужно снижать не только антропогенные выбросы углерода, но и природные

Таяние вечной мерзлоты. Фото: Андриан Колотилин / GeoPhoto

Накануне очередной климатической конференции ООН в Дубае глава комитета Российского союза промышленников и предпринимателей  (РСПП) по климатической политике Андрей Мельниченко предлагает признать, что борьбой только с антропогенными выбросами СО2 затормозить изменения мирового климата нельзя, и призывает страны БРИКС+ развивать альтернативные климатические проекты, в том числе нацеленные на снижение природных углеродных выбросов, передает «Коммерсант» сообщение Мельниченко из его авторской колонки.


СОР-28 и Парижское соглашение

Сейчас в Дубае проходит 28-я Международная конференция Рамочной конвенции ООН по климату (СОР-28) – главное событие планеты, связанное с климатом. На саммите этого года ожидается подведение итогов подписанного в 2015 году Парижского соглашения, к которому присоединились 194 стороны – о существенном сокращении глобальных выбросов парниковых газов и ограничении повышения глобальной температуры в этом столетии до 2 градусов Цельсия при поиске мер, которые позволят удержать потепление ниже 1,5 градусов Цельсия. Каждая сторона Парижского соглашения должна была разработать план действий по сокращению выбросов и адаптации к изменению климата  и обновлять его каждые пять лет.

Россия выполняет принятые обязательства: к 2021 году нетто-эмиссия парниковых газов сократилась на 42% относительно 1990 года, это лучший показатель среди всех стран мира.

Но общемировые итоги не вселяют оптимизма, считает Андрей Мельниченко. Глобальные выбросы продолжают расти, потепление климата с доиндустриальной эпохи уже составляет 1,1 градуса. Все, чего удалось добиться – это замедление ежегодного роста концентрации парниковых газов в атмосфере, хотя сама эта концентрация уже на 50% превысила доиндустриальный уровень.


Антропогенная эмиссия меньше природной

По мнению главы комитета РСПП по климатической политике, если многолетние усилия по сокращению антропогенных выбросов не приносят значительного результата – стоит обратить внимание на совокупную величину эмиссии парниковых газов с поверхности планеты: она составляет ежегодно примерно 860 гигатонн (Гт) в эквиваленте СО2, и только 56 Гт из них связаны с хозяйственной деятельностью человека (антропогенные эмиссии). И будет правильным, не ослабляя усилий по снижению антропогенной эмиссии, направить полезную деятельность на сокращение эмиссий с природных ландшафтов: от почв, продуктов гниения растений, природных пожаров, болот, Мирового океана, вечной мерзлоты и прочего – из-за потепления происходит рост таких эмиссий.

Человечество способно влиять на них, – отмечает Андрей Мельниченко: «Проекты, предотвращающие выбросы природных экосистем или улучшающие поглощение углекислого газа, называются Nature-Based Solutions (NBS). Даже сравнительно недорогие NBS  улучшение управления лесами, восстановление степей и саванн, борьба с пожарами, озеленение тундры для сдерживания таяния вечной мерзлоты  могут сократить, по оценке ЮНЕП*, нетто-эмиссию на 10–18 Гт СО2-эквивалента в год, то есть почти на треть от всех глобальных антропогенных выбросов к 2050 году. Общий же потенциал реализации природных решений и геоинжиниринговых проектов может превышать 150 Гт СО2-эквивалента в год. А это уже во много раз больше, чем все эмиссии, которые производит человечество».

*ЮНЕП – Программа ООН по окружающей среде, англ. UNEP, United Nations Environment Programme.


Роль России, новая отрасль экономики и новая инфраструктура 

Для нашей страны вопрос природной эмиссии парниковых газов имеет особую актуальность – и за счет масштабов территорий, и потому, что темпы потепления климата в России в два раза превышают общемировые. По имеющимся сейчас оценкам, экономически эффективные климатические проекты в нашей стране могут дать примерно 400–900 млн тонн СО2-эквивалента, реальная отдача может быть гораздо больше, если мы освоим технологии NBS для вечной мерзлоты и прибрежных экосистем, считает Андрей Мельниченко. Это могло бы стать новой масштабной отраслью российской экономики.

Тем не менее, знания о потенциале для сдерживания роста температуры на планете оставляют желать лучшего, и этот потенциал не используется. Дело в том, что полученные от природных проектов углеродные единицы возможно реализовать лишь на добровольных углеродных рынках, цена на которых составляет от $0,5 до $8 за тонну СО2-эквивалента – этого недостаточно для окупаемости. А на регулируемые углеродные рынки с ценой за тонну СО2 около $10 результаты NBS не допускаются – они невыгодны поставщикам технологий декарбонизации в энергетике и промышленности. В итоге – общие правила учета природных климатических проектов отсутствуют.

В России реализация и стимулирование климатических проектов лежат в основе углеродного регулирования, создан и функционирует их реестр. И именно Россия может стать лидером по продвижению единых подходов к климатическим проектам внутри БРИКС+, – предлагает Андрей Мельниченко, инициируя создание в стране инфраструктуры для осуществления и передачи результатов климатических проектов: «Такая инфраструктура должна включать общие методологии реализации проектов, единую систему валидации и верификации, а также обеспечивать учет результатов и их взаимное признание. Центральным элементом этой инфраструктуры мог бы стать Единый реестр углеродных единиц стран БРИКС+».

Создание Единого реестра позволит в перспективе сформировать общий углеродный рынок, что даст дополнительный импульс и финансовому сектору России, стимулируя обращение национальных валют стран БРИКС+, – резюмирует глава комитета РСПП по климатической политике, напоминая, что на СОР-28 открыт целый павильон, посвященный якутскому экологическому проекту «Плейстоценовый парк», о котором неоднократно писал GoArctic. В парке уже 20 лет проходит научный эксперимент по воссозданию экосистемы, схожей с экосистемой эпохи позднего Плейстоцена («мамонтовая степь») за счет внедрения на территорию тундры крупных травоядных животных – с целью повлиять на глобальное потепление и таяние вечной мерзлоты. Сейчас в Плейстоценовом парке обитают бизоны, овцебыки, верблюды, олени и якутские лошади, и развитие проекта, основанного на естественных природных процессах, наглядно иллюстрирует колоссальный потенциал NBS.

Подробнее о предложениях главы комитета РСПП по климатической политике Андрея Мельниченко – в материале «Коммерсанта». 

 

далее в рубрике