Сейчас в Архангельске

15:06 9 ˚С Погода
6+

Arctic Sessions. Эксперты обсудили общие проблемы безопасности в Арктике в эпоху разногласий

Материалы ЭЦ ПОРА
23 Сентября, 2022, 15:09

Arctic Sessions. Эксперты обсудили общие проблемы безопасности в Арктике в эпоху разногласий

21 сентября прошел четвертый по счету экспертный круглый стол из серии Arctic Sessions на тему «Безопасность в Арктическом регионе в современных условиях». Участники круглого стола из России, США и Финляндии обсудили подходы стран к решению проблем «жесткой» и «мягкой» безопасности в Арктике в условиях возросшей неопределенности на фоне конфронтации между Россией и Западом. Помимо военного аспекта, особое внимание в ходе дискуссии было уделено проблемам влияния информационного поля на эскалацию ситуации в Арктическом регионе, развития инфраструктуры, обеспечения безопасности судоходства, адаптации к климатическим изменениям и развитию экономической деятельности и накопленного экологического ущерба.

Проект «Arctic Sessions» организован Центром содействия развитию международной журналистики «РБМЦ» совместно с Проектным офисом развития Арктики (ПОРА) при поддержке Фонда Горчакова и нацелен на поддержание «второго трека» арктической дипломатии в современных условиях. Модератором дискуссии выступила Екатерина Серова, аналитик Арктического центра ПетрГУ, аспирант факультета международных отношений СПбГУ. 

Запись эфира доступна на канале ПОРА в YouTube.

Андрей Губин, доцент кафедры международных отношений Дальневосточного федерального университета, эксперт РСМД, открыл экспертную дискуссию размышлениями на тему военной составляющей позиции России в Арктике в контексте нарастающей турбулентности международных отношений. «В нынешних условиях для любого государства ключевым является вопрос его выживаемости. Она определяется как устойчивость национальной экономики к долговременной нестабильности глобального рынка, ограничению торгово-экономических, инвестиционных возможностей, прерыванию связей, возможно, формированию транспортной блокады и недобросовестной конкуренции. Все это требует от любой страны напряжения своих возможностей и полного раскрытия дополнительного потенциала», – пояснил эксперт. 

Помимо существующего международного напряжения, Россия сталкивается в регионе с рядом дополнительных трудностей обеспечения гражданских и военных объектов в Арктике, среди которых: инфраструктурное отставание региона от его потребностей, сложности круглогодичного проведения аварийно-спасательных операций, сложности со связью. При этом, добавил Губин, Россия также стремится не допустить нежелательного использования Северного морского пути и российской Арктики другими государствами.  

«Арктика – регион очень необычный. По разным оценкам, при сохранении темпов таяния льдов в 2045 году судоходство здесь будет возможно и без ледокольной проводки. Конечно, эти условия существенно поменяют расстановку сил в Арктике: вырастет коммерческая эксплуатация, станет проще проводить исследования, разведку полезных ископаемых. Но также станет легче и проводить военную деятельность, а значит, неизбежно возрастет и военная активность иностранных государств», – предостерег эксперт. 

Единственный глобальный консенсус, который существует и пока поддерживается в регионе, – это всеобщая ответственность человечества перед Арктикой, заметил эксперт. Однако в остальном строить даже среднесрочные прогнозы становится довольно сложно ввиду непредсказуемости поведения стран региона. 

Не добавляет уверенности и грядущее вступление в состав НАТО северных соседей России – Швеции и Финляндии. Однако, по словам Губина, существуют и внутренние вызовы, потенциально усложняющие обеспечение безопасности на российских арктических территориях. Среди них эксперт выделил заморозку ключевых инфраструктурных и нефтегазовых проектов в регионе ввиду прекращения экономического сотрудничества и инвестиционных поступлений, обеспечение бесперебойной работы СМП и бесперебойных поставок стратегического сырья, а также безопасности мест потенциальной добычи.

В заключение эксперт обозначил приоритетные задачи России в отношении обеспечения безопасности в Арктическом регионе на сегодняшний день. По его мнению, это: международно-правовое оформление внешней границы континентального шельфа, развитие инфраструктуры базирования, оборудование арктических территорий, оснащение вооруженных сил специальными вооружениями, обеспечение присутствия в некоторых районах (к примеру, Шпицберген), предупреждения техногенных катастроф и аварий, мониторинг чрезвычайных ситуаций, предупреждение транснационального терроризма. 

Роберт Инглиш, доцент кафедры международных отношений Университета Южной Калифорнии (США), предложил рассмотреть перспективы развития Арктики с точки зрения американских национальных интересов на фоне существующего украинского кризиса. 

«Существующий сегодня кризис международных отношений серьезно исказил политические обсуждения касательно Арктики в Соединенных Штатах и послужил огромным толчком к наращиванию военного потенциала и милитаризации Арктики. Люди, которые критикуют такой подход, теперь вынуждены занять оборонительную позицию в дебатах о будущем Арктической политики США», – обозначил спикер. 

Поясняя свой тезис, эксперт отметил, что любые доводы о необходимости продолжения научного сотрудничества с Россией в арктическом регионе или о недопустимости запуска новой «гонки вооружений» и новой спирали конфронтации в американском политическом дискурсе, к сожалению, на данный момент расцениваются как неразумные и недальновидные. 

Именно поэтому, объяснил эксперт, все, что сейчас делает Россия в регионе, рассматривается западными партнерами недоброжелательно, а очевидная необходимость взаимодействия всех арктических стран становится жертвой в политике противостояния России во всех регионах мира. 

Подобный подход, обратил внимание Инглиш, мы можем отчетливо проследить в двух основных изменениях. Во-первых, в контексте общих внешнеполитических дебатов и центральной линии элитарных медиа. А во-вторых, в специализированных агентствах и кругах Вашингтона, ответственных за принятие решений, а также аналитике мозговых центров. Но есть, по мнению эксперта, и третье измерение – профильные специалисты, ученые и исследователи, занимающиеся вопросами Арктического региона. И именно здесь существуют самые большие опасения относительно прерывания сотрудничества.  

Роберт отдельно отметил обескураживающий эффект таких действий. Он привел исторический пример проведения подобной политики в отношении России. В 2007 году, на фоне сообщений о быстром таянии льдов, российская полярная экспедиция водрузила российский флаг на дне Северного Ледовитого океана. В США тогда развернулась целая информационная кампания, которая форсированно продвигала 2 алармистских вывода: 1) грядет новая «золотая лихорадка» и ожесточенная конкуренция за арктические ресурсы; 2) Россия имеет огромное преимущество в этой борьбе, и остальным арктическим государствам её не догнать. 

Все это подтверждалось литературой – от научной до публицистической. И все это, конечно, было сильно преувеличено, подтвердил эксперт. Сегодня наблюдается такая же динамика, и поэтому возрастает необходимость разработки такого подхода. который одновременно признавал бы и существенные военные возможности США в Арктике, и уязвимость России в этом регионе, а потому её легитимные интересы обеспечения безопасности. 

В завершение эксперт призвал элиты, принимающие решения, быть более сдержанными и осторожными: «Spillover-эффект сейчас силен как никогда. Мы видим это в элитарные медиа, таких как The New York Times, где в статьях о милитаризации Арктики аргументация преувеличена и эмоциональна, а сбалансированный анализ отсутствует, как и десять лет назад. То же самое мы видим и в ходе политических дебатов мозговых центров, где попытки увидеть Арктику глазами России, в лучшем случае, наивны, а в худшем – угрожают американской безопасности», – заключил эксперт. 

От вопросов «жесткой» безопасности к проблемам «мягкой» в дискуссии предложила перейти Мария Лагутина, профессор факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета. 

Как отметила эксперт, арктическая стратегия или доктрина всех без исключения арктических стран фокусируется в основном на обеспечении национальных интересов в регионе. Иными словами, в рамках реализации арктической политики затрагиваются вопросы в основном военной, экономической, энергетической и экологической безопасности. Однако ни у одного из арктических государств, исходя из стратегических документов, не разработан комплексный подход к обеспечению безопасности человека, хотя именно эта категория лежит в основе обеспечения устойчивого развития региона. 

«Несмотря на активную роль государств в освоении арктических территорий, отдельные индивидуумы и сообщества всегда играли ведущую роль в Арктике, обладая уникальным опытом выживания в сложных климатических условиях», – подчеркнула Лагутина. 

Сегодня Арктика является одним из главных приоритетов современной российской политики, однако так было не всегда. По мнению эксперта, причинами усугубления негативных тенденций в развитии арктической зоны Российской Федерации стали слабая социальная политика 1990-х и начала 2000-х годов, устаревшая инфраструктура и отсутствие необходимых инвестиций. Все это – следствия «ресурсного подхода», который соответствовал политике России тех лет. Главная же опасность такого подхода, подчеркнула Лагутина, – потенциальное превращение АЗРФ в периферийную территорию и, как следствие, угрозу безопасности северных границ страны. 

«В российских доктринальных документах в сфере обеспечения безопасности присутствуют большинство параметров ооновской концепции безопасности человека, но устойчивого определения этому не дано. С другой стороны, содержательно проблемное поле этой концепции распределено по различным аспектам социально-экономического развития государства. В общем-то эта ситуация соответствует практике других государств», – добавила спикер. 

Как отметила эксперт, сегодня для арктической зоны России характерны практически все виды угроз безопасности человека, а именно: 

  1. Экономическая безопасность (неоднородность по состоянию экономики и социальной сферы, инфраструктурная неразвитость, отток населения и нехватка рабочей силы);

  2. Продовольственная безопасность (высокая стоимость продовольствия, препятствия развитию местного сельского хозяйства, сложная географическая доступность региона и обеспечение бесперебойных поставок); 

  3. Безопасность здоровья (риски для здоровья, связанные с экстремальными природно-климатическими условиями, доступность и качество услуг здравоохранения);

  4. Экологическая безопасность (адаптация к изменениям климата и увеличивающимся объемам экономической деятельности, добыча углеводородов, антропогенные риски);

  5. Безопасность личности (проблема кочевания и связанные с ней риски социализации)

  6. Безопасность общества (уровень жизни в районах проживания народов Севера, вопросы сохранения и развития традиционных видов хозяйствования).

Минимизировать риски и преодолеть современные вызовы безопасности человека в высоких широтах, по мнению Лагутиной, можно исключительно с помощью международного сотрудничества и привлечения внимания госорганов и общественных структур к проблеме. 

«Подводя итог, можно сказать, что безопасность человека для России сегодня приобрела важное значение и является одной из важнейших задач государственной политики РФ в Арктике. Но следует обратить внимание на то, что отсутствует как единая концепция устойчивого развития арктической зоны РФ, так и прямые отсылки в стратегических документах концепции безопасности человека, не прописаны механизмы реализации устойчивого развития человека», – завершила выступление Мария Лагутина. 

Продолжил тему безопасности человека в суровых северных климатических условиях Руслан Губайдуллин, руководитель федерального проекта «Чистая Арктика». Эксперт решил более подробно остановиться экологическом аспекте безопасности в Арктике, о котором многие, кажется, забыли на фоне политического противостояния.  

За два года осуществления своей деятельности организации удалось добиться внушительных результатов: за 2021 год в рамках волонтерских проектов 2200 человек из разных стран собрали более 1,5 тысяч тонн отходов; в этом году уже было организовано свыше 30 экспедиций, в которых участвовали свыше 3500 человек. Экспедиции в рамках волонтерских проектов, которые запускает «Чистая Арктика», занимаются ликвидацией экологического ущерба в арктическом регионе, накопленного со времен 1950-60-х годов, поделился эксперт. 

«Арктика – очень уязвимый с точки зрения экологии регион, который требует особого внимания», – подчеркнул спикер. По его словам, среди наиболее серьезных экологических проблем, с которыми и по сей день сталкивается регион – загрязнение пластиком, и самым загрязненным оказалось Баренцево море. В ходе выступления Губайдуллин привел внушительные цифры, зафиксированные проектом «Чистая Арктика» совместно с биологическим факультетом МГУ им. М.В. Ломоносова в результате мониторинга пластикового загрязнения береговой линии Кольского полуострова. 

«В ходе морских экспедиций на 23 станции в южной части Баренцева моря мы получили очень высокие показатели: от 2 до 7 тонн пластиковых отходов на 1 км береговой линии. При этом, 47% этих отходов произведены в России, 23% – в Норвегии, а оставшиеся 30% приходится на страны Европы – это Литва, Латвия, Дания, Швеция, Великобритания, Испания и другие, а также США и Южная Корея», – привел данные эксперт. 

По его словам, большинство из этих отходов являются продуктами международного судоходства. Именно поэтому проект активно продвигает формирование экологической культуры у населения, которая впоследствии должна заставить людей, ведущих свою деятельность в Арктике, более ответственно подходить к вопросам ведения судоходства, рыболовства и добычи полезных ископаемых. 

«Нам необходимо всем вместе, всем странам, двигаться в направлении экологического просвещения – не просто убирать Арктику, а сформировать новое поколение людей, которые будут бережно относиться к этой очень хрупкой природе. За всеми политическими перипетиями хотелось бы, чтобы мы не забывали, что мы живем в едином мире, что Арктика – это кухня погоды», – заключил эксперт.  

В завершение дискуссии с темой о важности продолжения научного сотрудничества в целях обеспечения безопасности Арктики в долгосрочной перспективе выступила Александра Миддлтон, исследователь в сфере международного сотрудничества в Арктическом регионе (Финляндия). 

«Арктические регионы претерпевают сегодня беспрецедентные изменения, как экологические, так и социо-экономические. Здесь мы сталкиваемся с такими вызовами, как быстрая урбанизация, стареющее население, интенсификация деятельности добывающей отрасли, возрастающее неравенство, энергетическая безопасность – и это только немногие из тех вызовов, перед лицом которых сегодня стоит Арктический регион. Мониторинг и анализ этих трендов требует существенной научной базы, координации и сотрудничества международных исследователей», – обозначила Миддлтон. 

Проблемы и открытые угрозы региону, которые несет в себе загрязнение пластиком, а также увеличение судоходства и коммерческой деятельности никуда не денутся, отметила эксперт. В своем выступлении спикер также обозначила существенное неравенство в представлении интересов населения в процессе принятия решений по проблемам арктического региона. Имеется в виду, что молодое поколение будет иметь дело с последствиями принятия или непринятия тех или иных политических решений и, парадоксально, именно оно не имеет практически никакого доступа к влиянию на эти самые политические решения. Миддлтон привела в пример тезис Дэнниса Томпсона (прим.: Dennis F. Thompson, Representing Future Generations: Political Presentism and Democratic Trusteeship, 2010) о том, что у демократий существует явная тенденция игнорировать долгосрочные экологические риски. 

Все это лишь усугубляет существующий экзистенциальный кризис в Арктике и именно поэтому, по её мнению, арктическое сообщество должно всеми силами содействовать распространению информации и проводить научную дипломатию. 

«В настоящее время все формальные каналы сотрудничества приостановлены. Поэтому взаимодействие отдельными исследователями должно продолжаться, где это возможно и уместно. Так, деятельность арктических исследователей становится все более заметной, и именно они становятся акторами перемен», — заключила Миддлтон.  


***

Анастасия Суховеркова, специально для GoArctic

далее в рубрике