Сейчас в Архангельске

19:23 1 ˚С Погода
18+

Вайгач-2023: экологическая экспедиция. Часть 2

Записки арктического волонтера

Экология Вайгач Эковолонтерство
Владимир Привалов
20 августа, 2023 | 14:51

Вайгач-2023: экологическая экспедиция. Часть 2
Старые заброшенные постройки на о. Вайгач. Фото автора


Начало здесь.


20.07.2023

Немного о месте, где мы находимся

Наш строительный вагончик стоит недалеко от береговой линии. Выйдешь утром из сонной темноты натопленного модуля, а полярный день уже поджидает за порогом. Низкое солнце плеснет в глаза, окатит с головы до ног нестерпимо ярким светом. Проморгаешься, оглядишься – а пред тобой расстилается во всю ширь Карское море. По левую руку, на северо-западе, стоят на страже Северного пути Карские ворота, стародавние Железные Ворота новгородских летописей.

Эти железные врата долгое время оставались запертыми для европейцев. На протяжении веков англичане, голландцы, норвежцы, датчане стремились отыскать северо-восточный проход на пути к богатствам Китая и Индии, но раз за разом упирались в непреодолимую ледяную преграду. И только наши предки, поморы, ходили на своих судах мимо Вайгача, осваивая Восточную Арктику и Северную Сибирь.  

На ненецком языке Вайгач именуется Хэбидя Я, что означает Священная Земля. Здесь находятся главные святилища ненецкого народа, в царское время ненцы добирались сюда даже из Тобольской губернии. Место, где мы живем и работаем, называется Болванский нос. В этом названии соединилось и поморское прошлое Вайгача, и ненецкое наследие этой древней земли. Нос, как известно, на поморском диалекте обозначает мыс. Ну а «болванами» в прежние времена называли идолов из поставленных вертикально бревен, которым приносились жертвоприношения. Даже в XIX веке исследователи наблюдали здесь идолов во множестве – сотнями. И по сей день на северной оконечности мыса, совсем недалеко от станции, находится могила шаманки, куда изредка прибывают поклониться ненцы.

Во времена Российской империи, в 1912 году, в десяти километрах отсюда была основана полярная станция «Вайгач». Здесь наблюдали за погодой для обслуживания судов, направляющихся к Оби и Енисею. В 1913 году заработал радиотелеграф, была налажена связь с Архангельском, и теперь экипажи судов выходили в море не «вслепую», а еще на берегу получали сведения о ледовой обстановке в Карских воротах.

Пожалуй, впервые в Арктике при капитальном строительстве станции «Вайгач» использовались бетонные блоки. Во вместительном здании разместили чугунные печи. В первую же зимовку ни бетон, ни чугун не прошли испытание полярной ночью: бетон треснул, чугун лопнул. Строители вернулись к вековой практике, к деревянному брусу и кирпичным печам. 

В начале 1940-ых годов метеорологический пункт был перенесен ближе к береговой линии. Здесь построили новую метеорологическую станцию, нынешнее название которой – морская гидрометеорологическая станция 2-го разряда имени Евгения Константиновича Федорова. 

Доски, кирпич, кровельное железо прежней станции использовали при строительстве новых построек, перевезли и часть оборудования. В здании дизельной до сих пор сохранился дореволюционный артефакт – малость отреставрированный станок XIX века. Вот так на небольшом каменистом участке полярной станции сохранились свидетельства трех веков отечественного освоения Арктики, трех этапов российской государственности. 


2.jpg

Окрестности МГ-2 им. Федорова. Карское море, о. Вайгач. Фото: Ю. Токарев


Даже в наш информационный век стремительных скоростей время в Арктике струится неторопливо, солнце по несколько месяцев не сходит с небосклона, а года здесь по-прежнему меряют зимовками. Недаром наш Север – истинный хранитель традиций.   

Издревле Вайгач связан с Архангельском – и потому есть некая правильность, закономерность, справедливость в том, что наша эковолонтерская экспедиция организована Губернаторским центром Архангельской области.


23.07.2023

Туманный Вайгач

Зимний туман в Арктике – безжизненный, мертвящий: снег, лед кругом, холод. 

«Тебя, как будто, живым положили в могилу, из которой веет сыростью и холодом. И как ни старайся раздвинуть эти гробовые стены, усилия твои напрасны. Беги вправо, влево, дальше, все тот же туман, та же непроницаемая могильная стена и смерть. Ни одного звука во время этого убийственного тумана. Как будто бы смерть спустилась на эту забытую Богом область и внезапно осенила ее своим страшным покровом», – так живописал Борисов свои впечатления в книге «У Самоедов. От Пинеги до Карского моря».

Летний туман – другой. Летний туман бодрит, полнится загадками.

Егор вторит моим мыслям:

− Я в четыре утра выходил – туман прямо у забора стоит. Как в игре, когда тебе участок земли в самом начале выдали, а вокруг вся карта еще закрыта.

Под утро со стороны озера приходили гуси. Вглядываюсь в туман – колышутся, переваливаются во мгле темные кочки. Приближаются. Что за черт? Проявляются силуэты, расцветают краски: вытянутые шеи, головки с желтенькими, светлыми клювами, красные ласты-лапы. Два взрослых гуся, между ними выводок мелких гусят. Один из родителей стоит на страже, пока остальные щиплют травку. 

Приличная стая – тридцать голов, не меньше. 

Хлопая крыльями, из тумана вылетел, пронесся над землей и опять занырнул в пелену лебедь. Раздался взрыв птичьего гвалта, из туманного непроглядья вывалилась стая крачек с выпученными глазами. Пронеслась над головой. Вот ведь базарные кликуши… Ведь здесь, в Арктике, полно птичьих базаров? Ну вот крачки – самые базарные птицы и есть. Орут, ссорятся, дерутся по любому поводу целыми днями. 


3.jpg

Полярная крачка, о. Вайгач. Фото: Ю. Токарев


«Знать бы еще, чего они так переполошились?» – безуспешно пытаюсь высмотреть источник птичьего беспокойства. Мимо катятся-плывут туманные клубы, словно неподалеку развели гигантский костер. Только вот дымом не пахнет. Ноздри щекочет йод и соль, – туман оживил Карское море, которое в обычные дни не ощущаешь, и оно, наконец, раскрыло свой букет. 

Моря, впрочем, не видать. Как и неба. 

Туман, туман.

«Ведь крачки и на медведя тоже орать будут… Когда и если он придет, – покидаю свой наблюдательный пост у забора, топаю за горячим чаем. – Хоть какая-то с них польза». 

Туман – конец работе. Правило простое. Так что ждут меня горячий крепкий черный чай и книга.

Чай, книга, туман и Арктика – отличное сочетание!..


4.jpg

Автор на станции им. Е. К. Федорова. Фото: Ю. Токарев


25.07.2023

Пришла новость: «Сомов» сел на мель. Земля Франца-Иосифа, только-только успели отойти от станции им. Кренкеля, где мы убирались в прошлом году. 

Вот дела!.. Сели, судя по всему, крепко. Слава Богу, все живы-здоровы…

Что теперь будет? Как нас вывозить станут? Теперь сроки экспедиции прилично сдвинутся… И как наши студенты отреагируют? 

Да и нашим организаторам, чувствую, добавится головной боли… 


27.07.2023

Арктический технокентавр, гуси и зайцы

Красив ли Днестр на рассвете, когда жара еще спит, плакучие ивы играют ветвями в водоворотах речных заводей, а на стремнине играет, пугая лягушек громкими всплесками, крупный жерех?

Прекрасна ли балтийская скала, янтарная сосна, чудом угнездившаяся в расселине меж камней?

Чуден ли Вайгач, когда низкое солнце вышивает длинными лучами-нитями волшебный ковер для тундры, подсвечивая каждую былинку, каждую ромашку? 

Вайгач летом – настоящее ромашковое царство! Теперь к списку сказочных невозможностей: найти иголку в стоге сена, пересчитать звезды на небе я могу смело добавить еще одну. Сосчитать все ромашки на Вайгаче (а заодно – пересчитать и лепестки).

Наша Арктика безусловно прекрасна. Красивы ли города – вот это вопрос. А природа везде безупречна.

Везу вдоль ячеистого высокого забора тележку, груженную ржавым железом. Тропинка от пожарища к временному пункту сбора уже натоптана, идти-то всего ничего. Одна ходка, вторая, десятая… Я уже свой здесь, в этом маленьком мирке у озера на Болванском мысу. Даже осторожные гуси привыкли ко мне; держат дистанцию всего в каких-то пару десятков шагов и мирно пасутся себе. Пух у гусят сверкает золотом: и здесь ласковое солнышко расстаралось…

Добираюсь до груды железа, скидываю смятые листы. Грохот, звон – а гусям все нипочем. И что случилось? Утром, пока все еще спали, я этих гусей полчаса караулил подле забора, чтобы подошли ближе! А те ни в какую, шарахались от каждого шороха. 

А сейчас?.. Странно всё это...

«Может, они меня с тележкой в руках принимают за какого-нибудь кентавра? Тачку я везу неправильно, тащу за собой, вот и выгляжу с ней как единое целое… Вылитый кентавр!»

Неровно уложенный железный лист, слишком большой для перевозки, соскользнул на ухабе и звякнул оземь. Оставив тележку, я вернулся за листом. Поднял, обернулся… Смешно раскачиваясь на ходу, гуси драпали от лже-кентавра к озеру. Меж родителями катились пушистые золотистые комочки. 

Закинув лист, тронулся в путь – и тотчас замер. У кучи металлолома, совсем неподалеку, хрумкал травку ушастый заяц. Здоровенный, точно маленький северный кенгуру! Шевельнул ушами, зайчище повернулся ко мне, оглядел… И дальше уткнулся мордочкой в траву. 


5.jpg

Зайцы на Вайгаче. Фото: Ю. Токарев


Ну вот что ты будешь делать? Совершенно невозможно работать! Усевшись на землю, оглядел все это стрекочущее, снующее, хлопающее крыльями, плещущее в озере буйство арктической жизни. 

Интересно здесь – никакой телевизор не нужен…


***

Владимир Привалов – специально для GoArctic

далее в рубрике