Арктический пленэр Виталия Бубенцова: беседа с художником

Культура и искусство
Владимир Блинов
13 Апреля, 2020, 11:38
Арктический пленэр Виталия Бубенцова: беседа с художником


Освоение природного своеобразия северной Земли у коренного мурманчанина, заслуженного художника России Виталия Бубенцова прошло через несколько этапов. Первый, ещё юношеский восторг от встречи с неброской красотой Севера помог ему осознать в себе творческий потенциал живописца, который требовал профессионального развития. Это и привело Бубенцова в Ленинградский художественный институт имени И.Е. Репина...

Вопроса выбора, где служить в дальнейшем на избранном пути, для него не стояло: только Север, Кольское Заполярье. А творческое освоение родного края сопровождалось активным участием в общественной жизни стремительно развивавшейся окраинной территории страны, недаром на пике её становления Мурманск уже называли столицей советского Заполярья. Руководитель худсоветов, председатель Мурманского областного общественного отделения Союза художников России, главный художник города – это лишь некоторые «зарубки» в биографии Виталия Николаевича, позволяющие очертить масштаб и своеобразие его участия в общественной художественной жизни Мурманской области. Но главным оставалось художественное постижение родной земли, которое выливалось в бесчисленные поездки не только по Кольскому полуострову, но и по всему Заполярью. А со временем для него стёрлись даже государственные границы, разделяющие Россию и северные европейские страны.

Закономерно, что накопленный за десятилетия творческий опыт в какой-то момент оказался востребованным и в области профессиональной подготовки новых поколений мурманских художников. Сегодня В.Н. Бубенцов -- преподаватель Мурманского колледжа искусств, доцент кафедры искусств Мурманского арктического государственного университета. Вышла в свет его монография «Пленэр Русского Севера как предмет творческого постижения», которая положена в основу диссертации на соискание учёной степени кандидата искусствоведения «Арктика в отечественной живописи». Опубликовано пособие «Искусство Кольского края».

И последняя новость: секретариат Союза художников России принял решение провести в июне персональную выставку мурманского живописца, чей творческий поиск отмечен золотой медалью Союза художников России и серебряной медалью Российской академии художеств, в выставочном зале МОСХ России по адресу улица Беговая, дом 7. Совсем неплохо, если бы организуемый показ творчества мурманского живописца заложил основу традиции сотрудничества столичных и региональных художников страны.

О творческом и научно-исследовательском изучении и освоении Кольской земли мы и беседуем с Виталием Николаевичем Бубенцовым.


- В чём своеобразие вашего подхода к художественному освоению Заполярья?

- Ещё обучаясь в 50-е годы в Ленинградском художественном институте имени И.Е. Репина, я постоянно привозил после летних каникул много пленэрных этюдов, сделанных в разных живописных уголках Кольского края. Скалистые отвесные берега Териберки и Дальних Зеленцов побережья Баренцева моря и более пологие поморские берега Белого моря с древними сёлами – Варзугой с уникальной шатровой Успенской церковью и Ковдой с клетской Никольской церковкой и невысокой колокольней рядом – позволили мне создать серию работ, посвящённых этим колоритным   местам.

Но всё это постоянно требовало определённого напряжения как творческих, так и физических сил. Климатические условия не позволяли расслабляться. В поисках интересного вида приходилось с этюдником и планшетами быть в какой-то степени художником-альпинистом или рыбаком, когда добирался на промысловой лодке до очередного поморского села, куда иначе и не попадёшь. Приходилось становиться   членом экипажа рыболовного судна, чтобы очутиться в Северной Атлантике в районе промысла многих стран, с красивым загадочным названием – Ньюфаундленд. В итоге этих странствий северный художник позволяет себе такие цветовые диссонансы, которые заставляют вас поднять воротник куртки…

Большой улов

 "Большой улов"


Кроме этого было ещё много поездок в Арктику: на острова Шпицберген и Колгуев, на побережье северной Норвегии, через пролив Югорский шар на Тикси, Дудинку и Игарку, по Енисею мимо древних сибирских поселений до Красноярска. Потом требовалось какое-то время, чтобы этюды и зарисовки переросли в композиционные тематические полотна. Так появились картины «Большой улов», «В стране острых гор», «Отдых в пути», «Ночи Беломорья» и другие.

Ледяные реки Шпицбергена

"Ледяные реки Шпицбергена"


– Что бы вы особенно выделили в этом творческом поиске?

- Мне кажется, привычными категориями здесь, на Севере, художники не живут. Всё вокруг как бы сливается: единая заполярная палитра, канва звуков шума волн, ветра, даже этнические напевы аборигенов Севера. Ощущение от всего этого передать сложно: оно должно нести в себе нечто первобытное. Я бы сказал, дыхание Севера…

Многое определяет географическое своеобразие территории за Полярным кругом, когда солнечное освещение проникает под углом к поверхностям земли, горных массивов, огромных морских и снежных пространств. Хотя бы северное сияние – уникальное явление Крайнего Севера. Можно много о нём говорить, расписывая его многоцветное, бегущее в различных направлениях полыхание (старинное название «сполохи») на фоне безграничного тёмного небесного простора. Многие художники в своих попытках передать это своеобразие осознавали, как это трудно. Ощущение космической цветомузыки этих сияний до конца и непередаваемо. Подняв голову к небосводу, вдруг понимаешь, как ты растворяешься в Космосе.

Северное сияние


А взять полярный день и полярную ночь. В первом случае поражают низкие лучи солнца в ночное время. Тёплый колорит освещённых мест резко контрастирует с холодными тенями от северного неба. Солнечные лучи-прожекторы высвечивают малейшие детали и предметы на далёкие пространства. Удивительное воздействие полярного дня отмечают побывавшие на севере: наступает июнь, солнце светит всю ночь, человек ощущает необыкновенный прилив энергии, он может почти не спать несколько ночей подряд и не чувствовать усталости.

Несколько южнее мы можем наблюдать и белые ночи. У Константина Паустовского есть очень тонкое замечание: 

«В живописи трудно передать не столько сумрак и мягкость сияния белой ночи, сколько то ощущение задумчивости и покоя, которое вызывает у нас эта ночь. Его пытались выразить многие писатели, поэты и художники, но только одному Пушкину это удалось с гениальной точностью и простотой:

         Прозрачный сумрак, блеск безлунный

        Твоих задумчивых ночей…

   Потому что красота белых ночей настолько совершенна, что, как всё почти избыточно прекрасное, вызывает даже лёгкую душевную боль и сожаление о том, что красота эта неизбежно умрёт».

 

- Иными словами, вы хотите подчеркнуть, что отражение эстетически неповторимой красоты Севера требует всей духовной концентрации личности художника.

- Не только духовной… Замечено многими, что преодоление трудностей в работе часто заставляет организм концентрировать свои силы. Таких препятствий на Севере предостаточно. 

На пленэре в Арктике или на Севере при минусовой температуре художник создаёт уникальные работы, которые возможно написать только в такой экстремальной природной обстановке. Перечислим некоторые факторы. Во-первых, писать в таких условиях приходиться быстро из-за «некомфортной» обстановки (холод, ветер, порою мгновенная смена погодных условий); во-вторых, консистенция краски, которую в почти замороженном состоянии приходиться переносить с палитры на холст и вследствие этого часто надо составлять колера прямо на живописной поверхности; в-третьих, фактура красочного слоя становится очень своеобразной: очень пастозной, краски, с трудом смешанные, создают своеобразную импрессионистическую поверхность; в-четвёртых, работу, сделанную в таких условиях, трудно повторить в комфортных условиях мастерской.

Этот творчески изображённый разряд эмоций и действует на зрителя. А результат говорит за себя. По-моему, очень точно продемонстрировал это в своём творчестве великий американский певец Севера Рокуэлл Кент. «Когда голубая краска, изображающая небо, - писал он, - перестаёт быть краской и становится глубиной пространства, только тогда эта голубизна совершенна и по-настоящему прекрасна».             

Попробуем подытожить всё сказанное выше. В северных широтах суточный путь солнца идёт косо к горизонту. Поэтому наступление ночи или появление рассвета происходит постепенно, через сумеречный свет, что создаёт заполярный эффект освещения. В это время снег, как белый экран, получает достаточно сильный цветовой поток с неба, и тени приобретают различные оттенки голубого, синего, фиолетового. Косые лучи солнца усиливают тёплые оттенки, проходя путь через толщу атмосферы, где теряется коротковолновая часть излучения (все холодные оттенки). С другой стороны, осенний колорит листвы, поверхности тундры создаёт пылающе-оранжевый контраст с холодной палитрой неба.


– Я вижу, что в вашем творческом поиске лично приобретённые ощущения тесно переплетаются с искусствоведческими изысканиями, касающимися истории становления и развития северной живописи, причём не только отечественной, но и мировой… Кто из наших художников прошлого для вас стал особенно дорог в процессе этой исследовательской деятельности?

- Вы затронули, по сути, неисчерпаемую тему, потому нет у меня иного выбора, как выделить здесь высказывания всего лишь нескольких художников русского Севера. Потому руководствуюсь я не принципом знаменитости, общепризнанности каждого из них, а их духовной близостью именно мне как художнику и человеку.

Тонко чувствовавший северные состояния Александр Борисов делился своими наблюдениями: 

«…между землёй и небом устанавливается связь, и земля, одетая в белоснежный покров, повторяет то, что говорит ей небо. В свою очередь и на облаках, парящих на далёком небосклоне, опытный взор видит отражение того, что находится на земле или на воде, далеко за пределами горизонта… если нашу обычную природу Средней России можно изобразить тонами и полутонами, то для приблизительного изображения Крайнего Севера необходимо ясно отдать себе отчёт даже в одной десятой тона».

В этюдах Борисова, где он изображает северные плавучие льды-торосы, видна затейливость и неожиданность рисунка. Это превосходит всё, что может представить себе человек, одарённый даже сильным воображением. В своих дневниках в удивительно точных словах он фиксирует это: 

«Иногда, при солнечном свете и на местах, где в море есть значительное течение, это настоящий гигантский калейдоскоп, как бы движимый неведомой силой, в котором картина меняется каждую минуту, и каждую минуту представляет всё новое и новое до бесконечности сочетание линий и тонов».

В другом случае своеобразие северного пленэра заключается в стирании граней тонов и полутонов, в отсутствии ярких цветовых контрастов, а также в том, что дальние планы здесь подчас бывают такими же ясными и чёткими, как ближние. Поражает различная игра света на поверхности льда и снега в лучах бокового солнечного освещения с богатством и разнообразием цветовых оттенков. Передача этого эффекта поразительна в полярных этюдах Николая Пинегина. Стремясь правдиво передать суровый и мужественный характер природы Арктики, он прибегал к очень скупым и лаконичным средствам художественного выражения. Особенно этого трудно добиться при рассеянном северном освещении.

Зимние пейзажи архангельского художника Степана Писахова создают особенно лиричный образ серебристой русской зимы, как на картине «Туман надвигается» 1911 года. Художник лепит форму пастозным мазком, живописно передавая характер сгибающихся под тяжестью снега ветвей. Работа сдержанна по цвету, красочная гармония картины основана на сочетании холодных, серовато-серебристых оттенков снега с жемчужным небом. Наиболее сильно это передано им в картине «Берег Белого моря. Восход солнца». С удивительной точностью он передал строгие краски скупого северного цветения. Бледно-голубой цвет моря переходит на горизонте в нежно-розовый цвет зари на белесом небе. И на этом фоне стройные сосны с тонким кружевным рисунком ветвей, как чёрные клавиши, рождают звонкие и чистые звуки, тающие в тишине белой ночи.

Туман надвигается.jpg     Берег Белого моря

Работы Степана Писахова "Туман надвигается" и "Берег Белого моря. Восход солнца". Отсюда.


Совместное использование принципов контраста и нюанса в работе позволяло Писахову нивелировать звучание одних элементов и усиливать другие противопоставленные свойства. Он увидел в ландшафтах Севера и драматические нотки. В 1905 году, во время поездки по Новой Земле, был поражён видом красно-оранжевых цветов, пробивающихся между камней. Яркие пятна напомнили художнику капли невинно пролитой крови. Впоследствии ещё долгие годы он будет возвращаться к этому образу, удивляясь великой силе этих хрупких цветов – камнеломок, короткому времени их яркого цветения.          


– Это всё о художниках, с которыми вас лично судьба не сводила. Да и не могла свести, поскольку разделяет вас целая эпоха. А что вы можете сказать о своих современниках, ушедших или ещё продолжающих жить и творить?

- Говоря о пленэрной живописи, необходимо вспомнить заезды республиканских и всесоюзных творческих групп. Регулярно проводились дни культуры Ленинграда, Белоруссии на Кольской земле. Наш творческий союз проводил выставки в Петрозаводске, Архангельске, Риге и принимал экспозиции с других мест. Приезд на Кольскую землю коллег из разных уголков нашей страны позволял через их творческий взгляд на наш Север по-новому увидеть его и самим мурманским мастерам. Так   появились оригинальные серии работ Н. Новикова, Г. Герасимова, В. Чудзина, В. Конева, В. Ершова. Заметный след в нашей пленэрной живописи оставил Анатолий Рубанов. Получив художественное образование на юге страны, приехал работать на Север. Лучшие его пейзажи сделаны с натуры. Живописец от природы, он очень тонко и точно передавал атмосферу заполярных мотивов, не повторяясь в своих колористических находках. Так, в работе «У дальнего причала» ощутима суровая уютность рыбацких поселений у подножий фьордов: нависшие облака у отвесных скал, мелькающие крылья альбатросов, чаек и стелющийся дым из труб поморских неприхотливых построек. Камерность пейзажей-этюдов Рубанова помогла некоторым мурманским мастерам понять характер северного пленэра, познать технику пленэрного этюда.

Одним из последовательных подвижников пленэра стал выпускник Ленинградского художественного института Андрей Яковлев. В 1960-гг. он жил и работал в Мурманске, ходил в море на пароходе «Леваневский» и первый из художников не только побывал, но и зимовал на арктическом архипелаге Шпицберген. Северный пленэр захватил его, и после трудного и плодотворного года появился целый цикл арктических пейзажей, которые по стилю изображения отличались от работ живописцев прошлых десятилетий. В работах А. Яковлева живопись построена на сочетании широких светлых и тёмных плоскостей. В ней нет тонкой нюансировки цветовых отношений, часто это заменяется растяжкой одного цветового тона – синего, иногда поддержанного малым количеством тёплых вспышек искусственного освещения или небольших оранжевато-жёлтых полосок, подсвеченных солнцем из-за горизонта.

Это уже не чистый пейзаж: художник вводит человека в окружение суровой природы, или мы чувствуем его присутствие в картинах. Отказываясь от какой бы то ни было литературности в трактовке сюжета, он отбирает минимальное количество изобразительных средств, добиваясь выражения мысли в конструктивно-ясной, лаконичной форме и аскетичности в колорите. Это делает его северные полотна такими узнаваемыми, действенными и впечатляющими.


- Мне кажется, в советский период, благодаря поддержке местных и центральных властных структур и самой инициативе мурманских художников, творческая жизнь шла как-то более организованно, даже более масштабно, если говорить о географии поездок по стране…

Во время регулярных поездок участников всесоюзной творческой группы «Арктика» (организатор Арви Иванович Хуттунен) художники смогли пройти по Северному морскому пути до Камчатки, подняться по    Енисею до Красноярска. В составе этой группы работали и   мастера из разных городов Северо-Запада России. Многие работы были показаны на зональных, российских, всесоюзных и зарубежных выставках и всегда вызывали интерес зрителей.

Хочется поподробнее рассказать об организованной Хуттуненом творческой группе «Арктика». Она была создана по инициативе неравнодушных к северной природе живописцев и графиков Мурманска. Её участники в 1978 году прошли семь морей арктического бассейна от Мурманска до бухты Провидения, участок Тихого океана вдоль берегов Камчатки, побывали в Охотском и Японском морях, в Татарском проливе. Во время творческих командировок художники, наблюдая за природой, накапливая в себе зрительные впечатления, писали этюды, акварели, рисунки, знакомились с жизнью и работой моряков, немало портретов которых было создано за время путешествий. Позже весь состав группы стал участником зональной выставки «Советский Север - 5», а шестеро из художников – участниками Всесоюзных зональных выставок «Голубые дороги Родины».

В 1980 г. в дни Х Всесоюзного фестиваля искусства «Художники – флоту» члены творческой группы «Арктика» участвовали в работе Всесоюзной творческой группы художников на трассе Мурманск – Югорский шар – Дудинка – р. Енисей – Игарка – Красноярск и сыграли большую роль в создании народного музея искусства в посёлке Подтёсово.

Кроме того, начиная с конца 60-х годов, наметился регулярный обмен выставками и делегациями наших художников с коллегами из Финляндии, Швеции, Норвегии, Голландии, что тоже способствовало обогащению нашего искусства.

Своеобразие Мурманского творческого союза в том, что он пополнялся в советский период за счёт приезжих художников, в основном, с Северо-Запада России. И эта традиция имела более глубокие корни, ведь до революции Кольский Север тоже манил русских мастеров кисти, причём нередко первой величины, таких как Н. Рерих, К. Коровин. Кроме того, лучшие представители живописи советских республик стремились сюда в поиске новых впечатлений, и это благотворно влияло на повышение профессионального уровня местных художников. Вспоминаю посещение нашего края группой лучших акварелистов СССР, после этой поездки кольская акварель поднялась на новый уровень, в этом жанре сильно заявили себя Н. Морозов, Н. Новиков, В. Чернов и другие. Теперь таких поездок, совместных выставок в Мурманске не стало по финансовым причинам. Почти не стало и финансовой поддержки творчества художников со стороны местных промышленных предприятий, закупавших картины, посвящённые деятельности своих тружеников. Невостребованность побуждает, а может, и понуждает молодых художников искать пути своего развития в более покупаемом шоу-искусстве, в творчестве начинают преобладать декоративность, абстрактность, плакатность, дизайн…. Вроде бы ничего в этом плохого, но нет у многих профессиональной академической   школы – вот что тревожит. Падает художественный уровень… Хорошо помню, как в 1989 году проходила у нас зональная выставка «Советский Север». Главным её событием стало открытие в Мурманске художественного музея, причём в первом каменном здании города по завершении его реставрации. Как это всколыхнуло, подняло на новый уровень всю художественную жизнь…


- С другой стороны, открытие вашего художественного колледжа при университете должно, образно говоря, и вести к тому, чтобы количество переходило в качество – я имею в виду профессиональную подготовку местных художников.

- Хорошей предпосылкой, а может, и решающим условием открытия колледжа стало развитие первичного звена -- сети художественных школ в городах Мурманской области. Лучшие их выпускники идут к нам, некоторые становятся членами Союза художников России, это наши потенциальные преподаватели, так что новая профессиональная школа рождается, обогащается современными достижениями. Благодаря интернету наша молодёжь сегодня имеет возможность получать мастер-классы мэтров российской живописи, преподающих в столичных художественных институтах. По мере своих возможностей организуем для студентов выезды в Псков, Новгород, Петрозаводск… Развитие современного художественного процесса не остановить, а это и неизбежное его видоизменение, обогащение новыми реалиями, но не ценой утраты достижений академической школы. Даже на Западе, где в последние десятилетия произошло шарахание в сторону того же авангардизма, я наблюдаю сегодня поиск путей возврата к лучшим достижениям живописи прошлого. И не удивительно: Человека не поменять, пока в нём живы чувства.


Собеседником В.Н. Бубенцова был Владимир Блинов, член Союза писателей России.

Иллюстрации -- работы В.Н. Бубенцова (если не указано иное). 

 

далее в рубрике