Сейчас в Архангельске

10:10 14 ˚С Погода
18+

Арктический опыт спасания на водах

От Общества подаяния помощи при кораблекрушениях к ОСВОДу

Общество спасания на водах Спасение в Арктике Белое море Соловецкий архипелаг
Владимир Привалов
28 мая, 2024 | 12:56

Арктический опыт спасания на водах

Арктика, о. Вайгач. Фото автора


Совсем недавно мы отметили 9 мая, наш самый важный праздник. С 1945 года прошло немало времени, страна успела сменить государственность, и теперь уже можно утверждать: Девятое мая будет с нами всегда, пока будет Россия, раскрывая свой сакральный смысл – Победы жизни над смертью.

Улыбка истории: в царское время в конце XIX века в Российской Империи тоже был праздник 9-го мая. И тоже связанный со спасением… В этот день колокола на прибрежных церквях звонили особым «метельным» набатом (частыми ударами с неравномерными паузами в один и тот же колокол). «Метельный» – от слова «метель»; этот звон предназначался для путников, потерявших дорогу в снежной буре, и для судов, сбившихся с курса в тумане. В России этот набат был введен 7 августа 1851 года, а запрещен декретом Совнаркома от 3 июля 1918 года.

Указом императора Николая II в 1898 году был учрежден особый день спасателей, 9 мая. В этот день в храмах шел кружечный сбор в пользу Императорского Российского Общества спасания на водах.

Общество подаяния помощи при кораблекрушениях – именно так изначально называлась созданная в 1872 году организация – связано с Балтийским морем. Об этом недвусмысленно заявлено в самом начале «Первого годового отчета»:

«Под впечатлением поразившего Россию события 4-го апреля 1866 г. и чудесного спасения драгоценной для всех русских жизни Государя Императора явилась среди моряков мысль открыть подписку на устройство спасительных на русских прибрежьях станций. Мысль эта нашла себе сочувственный отголосок в издателях ῝Кронштадского вестника῝, которые немедля объявили о ней 8-го апреля в издаваемой ими газете, присоединив к первым пожертвованиям, полученным из Санкт-Петербурга, и собственную их лепту».



Титульный лист первого годового отчета Общества


Общество декларировалось, с одной стороны, как добровольческое, а с другой стороны – с момента основания было тесно связано с августейшей фамилией. Недаром покровительницей Общества являлась будущая Императрица (впоследствии – вдовствующая Императрица), жена Александра Александровича (Александра Ш) Великая Княгиня Цесаревна Мария Федоровна, урожденная Дагмар, а ее муж, тогда еще Великий князь принял звание Первого действительного члена Общества.

В 1890 году организация была переименована в «Общества спасания на водах», через два года получив новое наименование «Императорского Российского общества спасания на водах». В советское время организация носила название ОСНАВ (Общество спасания на водах), потом СОЮЗ ОСВОД («Союз обществ содействия развитию водного транспорта и охраны жизни людей на водных путях СССР»), затем, после многолетнего перерыва – просто ОСВОД. Сейчас организация известна как ВОСВОД (Всероссийское общество спасания на водах).

Стоит отметить некоторую терминологическую сумятицу в употреблении слов «спасание – спасение». Интуитивно и в том и в другом случае понятно, что речь идет о спасении жизни и здоровья. Но есть ли между ними разница? Современный русский язык сблизил два изначально разных смысла – «спасания» на воде, требующего значительного ресурса (наличия специального судна и средств оказания помощи, большого количества участников, прошедших специфическую подготовку, развитой прибрежной инфраструктуры и т.д.), и «спасения» на суше, которое зачастую осуществляется куда меньшими силами. В настоящее время термины употребляются синонимично. Несколько упрощая сложность бюрократических хитросплетений, можно отметить, что в Российской Федерации «спасанием» занимаются морские спасательно-координационные центры и подцентры (МСК/ПЦ), а «спасением» – МЧС. (А. Карасева Спасание в холодных водах. Северные морские пути России)

Несмотря на свою балтийскую, по месту нахождения Петербурга, «прописку», деятельность Общества распространялась на всю территорию Империи, самым активным образом повлияв и на освоение арктического региона. Обращение к арктическому опыту Общества, полученного при обустройстве спасательных станций в Белом и Баренцевом морях, позволяет «высветить» ряд интересных закономерностей в стиле и способе освоения Арктики российским государством, которые повторяются сквозь столетия. 

Из местных отделений организации одним из первых стало Окружное общество подаяния помощи при кораблекрушении, которое открыл 6 апреля 1872 года губернатор Н. П. Игнатьев следующими словами:

«Не нужно много говорить о важности его значения для Архангельской губернии, омываемой на громадном протяжении Северным океаном и Белым морем, которые по свойствам своим нуждаются в устройстве спасательных станций и устройство которых с 1868 года составляет предмет особой заботливости правительства».

В этот же день было избрано Правление и Председатель, которым стал командир Архангельского порта, капитан I ранга, князь Л.А. Ухтомский. В уже упомянутом Отчете Общества указано, что «обратившись одновременно к изучению числа и мест крушений в Белом море в течение последних 10-ти лет, окружное правление усмотрело, что большая часть крушений происходила вблизи Мудьюгского острова, где оно и решилось установить первую спасательную станцию, близ находящегося там маяка».

Уже в 1872 году на Мудьюге открыли спасательную станцию, куда спустя три года перевезли казарму и сарай для хранения лодки, организовав стационарный пост. В инструкции устанавливалась необходимость выхода в море «для упражнений» – минимум четыре раза в год; «в первый же год таких выходов должно не менее одного каждый месяц, из них половина непременно в бурную погоду».



Троицкая спасательная станция. О. Анзер. Источник: сайт Соловецкого государственного историко-архитектурного и природного музея-заповедника


Вторая станция открылась в 1875 году на острове Анзер Соловецкого архипелага. Изучение опыта планирования, строительства и работы даже только этих двух станций открывает перед исследователем несколько интересных особенностей. 

Во-первых, и на Мудьюге, и на Соловках для работы в качестве гребцов привлекались работники, скажем так, «иных организаций». На Мудьюгском острове это были нижние чины Пограничной стражи, а на Соловках – послушники и наемные моряки. Впрочем, и сегодня в морское спасение институционально включены значительные силы: спасательно-координационные центры, ближайшие суда (реже – суда-спасатели Морской спасательной службы, Росрыболовства или, в некоторых регионах, МЧС), поисково-спасательные службы Росавиации, службы медицины катастроф, администрации портов, управления ФСБ и таможенные службы. 

Во-вторых, спасательная станция опиралась на уже существующую инфраструктуру: на Мудьюгском острове это был уже упомянутый пост Пограничной стражи и маяк. А случай с обустройством второй станции и вовсе является показательным. Так, по замыслу Правления она должна была открыться на мысе Летний Орлов (северная оконечность Онежского полуострова, в районе оживленного торгового и рыболовного судоходства на Белом море). В 1874 году для ее нужд приобрели в Лондоне (!) спасательную шлюпку со снаряжением. Однако на мысе не оказалось строений для проживания работников станций – и потому временно станцию открыли на Соловецком архипелаге, где на острове Анзер для нужд спасателей использовались две избы, хозяйственные постройки, причал и часовня в честь святой Троицы. Вскоре временное пристанище стало постоянным, получив наименование Троицкой спасательной станции. В дальнейшем Указом Святейшего Синода от 1876 года № 926 монастырская спасательная станция в Троицкой губе была официально «узаконена» (передана под попечение монастыря) и в течение первого года своего существования доказала «небезполезность своего существования, предупредив гибель двух судов». Стоит отметить, что и в более поздней Кегостровской спасательной станции атаманами (старшинами) служили местные священники.



Соловецкий монастырь. Экипаж спасательной лодки Анзерского острова. Источник: Старый Архангельск / pastar.ru


Чтобы выстроить даже на относительно оживленном беломорском побережье столь необходимые постройки, требовалось наличие хотя бы минимальной инфраструктуры и немалого приложения сил и средств.

А вот возведение спасательного приюта для потерпевших кораблекрушение на пустынном побережье Новой Земли потребовало уже внимания не только окружного правления Общества, но и деятельного участия самых влиятельных царских сановников. Впрочем, выявленные закономерности «сработали» и на отдаленном арктическом архипелаге: для обустройства спасательной станции использовалась инфраструктура старинного промыслового становища Малые Кармакулы (залив Моллера) и помощь местных самоедов-ненцев, переселенных из Малоземельской тундры.

В самом факте появления здесь станции огромную роль сыграл председатель Общества (на протяжении 28 лет!), государственный деятель, мореплаватель и генерал-адьютант Константин Николаевич Посьет. За два года до основания Общества (и за семь лет до постройки станции) в июле 1870 г. на Малокармакульский рейд прибыла эскадра из трех судов под предводительством Посьета. На борту присутствовали Великий князь Алексей Александрович, архангельский губернатор Н.А. Качалов, академик Миддендорф.



Окрестности становища Малые Кармакулы на Новой Земле


Для обустройства приюта выделили немалые средства; были привлечены ресурсы Императорского Русского географического общества, Морского ведомства (Корпус флотских штурманов), других служб – и, тем не менее, доказавшую свою пользу станцию (в первый же сезон в ней перезимовали потерпевшие кораблекрушение промысловики) едва не закрыли в 1886 году. 

Впрочем, история новоземельской спасательной станции столь интересна и показательна, что требует отдельной статьи…


***

Владимир Привалов, специально для GoArctic

далее в рубрике