Революционный Анадырь: непридуманная история

23 Декабря, 2019 | 11:03
Революционный Анадырь: непридуманная история
Анадырь, 1923 год. Место расстрела первого ревкома.


Не претендуя на масштабное историческое исследование, предлагаю читателям пройтись по историческим, абсолютно точно зафиксированным и доказанным фактам, чтобы дать современное осмысление тому, что же на самом деле случилось в Анадыре сто лет назад. Сугубо факты, минимум идеологии. История всех уравняла, так или иначе все ушли в века. Правый и виноватый, храбрый и трусливый – только каждый своей дорогой; нам же стоит извлечь уроки и не допустить повторения печальных событий.

В сентябре 1919 года некий Мандриков (под фальшивой фамилией Безруков) на корабле прибывает в Анадырь. В течение нескольких месяцев он из сочувствующих Советской власти нескольких местных жителей создаёт подпольную группу, с помощью которой планирует осуществить силовой захват власти в городе, а соответственно – и в регионе.

16 декабря 1919 г. Мандриков осуществляет переворот в Анадыре (тогда – Ново-Мариинске). Представители прежней администрации при этом расстреливаются без суда, следствия и вообще каких-либо формальностей. Сам Мандриков провозглашает себя председателем Чукотского ревкома и, по сути, объявляет себя начальником Чукотки от имени Советской власти. Далее, как сказали бы сейчас, «незаконное вооружённое формирование гопничает по-беспределу» и самолично открыто «пускает в расход» ещё двух самых состоятельных жителей посёлка. Не оленеводов, не пастухов, не рыбаков – Коммерсантов. Коммерсантов с большой буквы, купцов. Просто для понимания их уровня рисков, причём не только активами, но и собственной жизнью: несколько лет подряд на Чукотку доходили один-два корабля из пяти-шести отправленных, и в каждом году тонуло не менее одного корабля, остальные, если везло, возвращались в порт отправления. (А если не везло, то вспоминаем, что все трупы на Эвересте были когда-то чрезвычайно высокомотивированными людьми.) История Чукотки изобилует погибшими экспедициями и пропавшими без вести прожжёнными волками севера, опытнейшими и отнюдь не слабенькими людьми.

Были и действительно трагикомичные случаи, типа отравления спиртом.

И вот упомянутые деятели под предводительством «залётного» Мандрикова убивают (в силу революционного сознания «взять всё и поделить») этих двоих безумцев, которые обеспечивают саму даже физическую возможность человеческого выживания в тех краях путём снабжения региона всем необходимым, от спичек до огнестрельного оружия, включая продовольствие, соль и другие блага цивилизации. Население Анадыря в самом натуральном смысле свирепеет от такого и ОБЩИМ решением жителей ЕДИНОГЛАСНО ставит ультиматум: «больше никаких расстрелов без общепоселкового решения, «ша беспределу», сдайте оружие, мы выберем другой Ревком».

«Историком В. Пустовитом выявлено следственное дело участника анадырских событий И. Перепечко, арестованного в 1933 году. Причиной антиревкомовского переворота в январе — феврале 1920 г. были не идеологические разногласия, а бессудные расстрелы коммерсантов Смирнова и Малкова, произошедшие, как показал Перепечко, в первых числах января 1920 г. «Мы говорили, что если это революционный комитет, то так делать не должен, без ведома общего собрания граждан и суда не должен производить никаких расстрелов, и мы решили этот революционный комитет переизбрать и выбрать новый комитет, поставив его работу в определенные рамки» (цит. по Пустовит, 2011). 

Однако Мандриков, предупреждённый о переизбрании революционного комитета, по словам Перепечко, ответил «Я власти не отдам до тех пор, пока вы не перешагнёте наши трупы». Именно Перепечко предложил, что «революционный комитет нужно взять на выморозку с таким расчётом, чтобы живым».

Мандриковцы заявляют: «Власть не отдадим, оружие не сдадим» и запираются в доме на косе Александра. Местные обкладывают дом и с удобной скалы за современным ДК полностью контролируют любое передвижение по косе. Соответственно, покинуть дом, не получив пулю от местного жителя, невозможно. Дом остывает, на улице январь, окна, по-видимому, прострелили местные или, отбиваясь, сами ревкомовцы Мандрикова, которые обложены ревкомовцами, выбранными голосованием посёлка и местными жителями. В итоге, для Мандрикова ситуация становится безвыходной, дом с каждой минутой промерзает. Он сдаётся вместе со всем первым Ревкомом. Новые ревкомовцы сначала заседают вшестером чтобы решить что с ними делать, но решение на себя принимать не хотят и выносят вопрос на всеобщий сход. На сходе ЕДИНОГЛАСНО принимается решение расстрелять Мандрикова за беспредел, бандитизм, ряд убийств, в том числе двух уважаемых жителей посёлка, отказ от добровольной сдачи оружия, а также решение утвердить новый Ревком. Но такой расклад абсолютно не устраивает Губревком. (Заметим: политика противодействия советской власти тут как таковая не замешана вообще. Просто Мандриков без суда и следствия убил двух человек уже после совершенного им переворота, который тоже отнюдь не был «бархатной революцией».)

По другим источникам, помимо прочего, сам Мандриков был весьма неравнодушен к жене одного из местных предпринимателей (Елене Бирич). И к мотиву выгоды (поскольку не знаем, не будем уточнять, своей личной выгоды или ради экспроприации на благо мировой революции, но факт, что нет ни одного документа или даже упоминания о распределении Мандриковым населению того, что он экспроприировал у убитых им коммерсантов) добавляется очевидный личный мотив.

Напомню, что Анадырь в тот момент – не Шанхай по населению, всего шестьдесят взрослых находящихся в посёлке человек, и, как вы понимаете, с личной жизнью тут не ахти, мягко говоря. Эта тенденция на Чукотке была всегда, это регион где мужчин традиционно существенно больше, чем женщин, со всеми вытекающими социально-психологическо-медицинскими последствиями. Вот и ещё один очевидный мотив.

«31 января 1920 года произошло восстание, здание Ревкома было окружено, по нему был открыт огонь. Часть ревкомовцев погибла, другие во главе с Мандриковым сдались. Утром 2 февраля 1920 года им объявили о переводе в тюрьму на другой берег реки Казачки, но при пересечении реки ревкомовцев расстреляли. Тела казнённых остались лежать на льду, и лишь через несколько дней они были похоронены местными жителями».

Через несколько дней анадырцы сложили тела первых ревкомовцев в яму из-под солёной рыбы, засыпали снегом, а в конце весны — мёрзлой землёй.

Заметим: изначально, жители Анадыря не хотели расстреливать первых ревкомовцев, лишь потребовали сдать оружие и снять властные полномочия; во всяком случае, решение о расстреле было принято позже, уже после отказа первого Ревокма от принятия выдвинутых требований и прямого боестолкновения с применением оружия. Рассказы о жарком бое и «тысячах пулевых отверстий в здании Ревкома», разумеется, не выдерживают никакой критики. Столько патронов у местного населения попросту не было. Да и с кровью первых ревкомовцев, обнаруженной пришедшими в Анадырь из Марково и Усть-Белой коммунистами, тоже не всё гладко. Никакая кровь никак не могла сохраниться в жидком виде столь продолжительное время.

Восставшее население вне политики и не выставляет никаких политических требований. Наоборот, второй Ревком готов к взаимодействию с Губревкомом, но там принимают другое решение, им подобная самодеятельность не нужна. Заметим: речь о восстановлении монархии или о чём-то подобном даже не ведется. Просто первые ревкомовцы пришли к власти через силовой переворот с применением оружия и расстрелами и за полтора месяца успели провести несколько фактически разбоев с убийствами. То есть отдай всё своё имущество и иди в рабство на каторгу в виде шахты того времени (в современном посёлке Угольные Копи поблизости от Анадыря) – или расстреляю. И расстреливали.

«Проанализировав в течение двух дней «факты контрреволюционной деятельности» Громова, Толстихина, Суздалева и Струкова, собрание приговорило их к смертной казни. Расстреляли всех, кроме Струкова, которого отправили на принудительные работы в угольную шахту».

Просто потому, что классовая борьба, или ты мне не нравишься, или жена твоя мне понравилась, или ты богаче меня. Замечу: понятие «богаче» здесь весьма и весьма условно. Если речь и идёт о чуть большей состоятельности, но уж точно не о несметных сокровищах. Если взглянуть на фото Анадыря тех времён, несложно заметить, что с барскими особняками там как-то не очень. Состоятельней – это с дичайшими коммерческими рисками и риском для собственной жизни обеспечивающий жизнь людей. Местный народ единогласно восстаёт против фактического беспредела первого Ревкома. А какая вообще цель может тебя оправдать, если ты всех без исключения жителей настроил против себя? С кем тогда коммунизм строить? И это произошло за полтора месяца, а изначально население лояльно относилось к первому Ревкому и не препятствовало захвату власти. Итак, это был бандитизм, в его чистейшем виде.

Но далее – следующий поворот истории. Не для того коммунисты власть в стране брали, чтобы давать населению право на реальное самоуправление даже в рамках одной идеологии. «Мы будем решать, кто там у вас будет начальником Чукотки, а не вы сами. Ишь, что удумали! Мандриков, может, и сволочь, но с нашим мандатом». Последствия для второго Ревкома: их объявляют самозванцами и по законам военного времени в силу революционного правосознания…

«По словам Перепечко, после того, как ревкомовцы сдались, их допрашивала выбранная комиссия из 6 человек, но вынести решение по делу арестованных она отказалась. «Дело было передано на решение общего собрания селения Анадыря», на нём присутствовало, по словам того же Перепечко, 50—60 человек. «Предложение, <…> что арестованных членов ревкома, 5 человек, нужно расстрелять <…> было проголосовано единогласно». Перепечко утверждал, что в голосовании не участвовал, так как стоял на посту, охранял арестованных — «но я лично также был за то, чтобы расстрелять арестованных 5 человек, именуемых [так в тексте] себя членами ревкома». Был избран новый совет во главе с Рыбиным, жители от него потребовали впредь «крупные дела разбирать на общем собрании».

Через тринадцать лет после случившегося Перепечко говорил: «именующие себя членами ревкома во главе с Мандриковым — это был не ревком, а какая-то банда разбойников, которые хотели ограбить казну, и в настоящее время я, Перепечко, не верю, что это был ревком». 

Часть участников событий пережила их, часть нет. Выжили те, кто иммигрировал.

Зарождающейся Советской власти пришлось пойти на игру по определённым правилам, беззаконные расстрелы и грабежи были прекращены. Елена Бирич осталась в живых, в начале июля 1920 г. она покинула Чукотку на борту американской шхуны «Поляр Бэр».

По крайней мере, трое из участников «антиревкомовского переворота» и расстрела Мандрикова и его соратников реабилитированы:

  • Иван Флорентьевич Львов (1899—1934) тот, что дал по ревкомовцам два выстрела, был расстрелян по приговору тройки ПП ОГПУ ДВК в январе 1934 года. Реабилитирован определением Военного трибунала ДВО 27 апреля 1957 г. И. Ф. Львов был осуждён по делу «Автономной Чукотки», по нему же осуждён историк В.И. Огородников, не имевший никакого отношения к антиревкомовскому мятежу на Чукотке. Огородников реабилитирован одновременно со Львовым.
  • Михаил Николаевич Калинда (1893—1933), который, по показаниям Львова, также участвовал в расстреле, был арестован 23 января 1933 г., умер во время следствия 24 марта 1933 г. Реабилитирован постановлением УКГБ по Камчатской обл 25 апреля 1958г.
  • Иван Николаевич Перепечко (1881 — неизвестно) приговорён тройкой при ПП ОГПУ ДВК 9 ноября 1933 г. к 10 годам заключения. 16 сентября 1992 г. реабилитирован по заключению прокурора Камчатской обл. Основанием для реабилитации послужило то, что, как сказано, в заключении прокурора «Мандриков и другие по существу являлись бандитами. На И. Перепечко распространяется действие п. „б“ ст. 3 закона РСФСР от 18 октября 1991 года „О реабилитации жертв политических репрессий».

Мотивы второго Ревкома, в отличие от первого, точно не носили корыстный характер, что подтверждается тем фактом, что при перезахоронении первого Ревкома на пальце Мандрикова был обнаружен золотой перстень, принадлежавший Елене Бирич, вот он:



Дальше было раскулачивание «зажиточных» оленеводов и рыбаков, борьба с шаманством и т.д. Голод, повальный и тотальный, вымирали прямо мелкими поселениями и стойбищами поголовно. Характерный момент. Американцы, зная о голоде, привезли на Чукотку, как бы сейчас сказали, «гуманитарную помощь» и предложили раздать её бесплатно, но прекратить грабёж купцов и предпринимателей. Предложение было отвергнуто.

При этом, надо сказать, во времена большого террора местные жители, по сравнению с остальной страной, пострадали меньше. А куда вы чукчу сошлёте? Ему везде юг после Чукотки будет. Певек и Иультин – тоже чёрные страницы другой, страшной истории Чукотки. Более-менее всё устаканилось и начался «период устойчивого развития», пожалуй, ближе к 70-м. Оформилась структура, логистика, связь, появились условия для нормальной полноценной жизни. К тому моменту уже не осталось ни одного лагеря Гулага, на Чукотке к этому периоду уже не было заключённых, своих осуждённых отсюда возили и возят отбывать наказание в другие регионы. Период расцвета региона пришёлся на середину восьмидесятых. Затем были девяностые, которые в данном регионе в процентном соотношении по потере населения превзошли показатели любого другого региона (включая воюющие) в разы; население сократилось в четыре раза. Последовал период внешнего косметического ремонта начала нулевых, а дальше уже вы можете наблюдать, что происходит сейчас.


Автор: Евгений Михайленко.

Ссылки по теме:

https://odynokiy.livejournal.com/256903.html

https://odynokiy.livejournal.com/257516.html

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2,_%D0%9C%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%B8%D0%BB_%D0%A1%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87

http://comstol.info/2012/09/obshhestvo/4740

http://duma-chukotka.ru/attachments/article/45/%D0%98%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F%20%D0%BE%D0%BA%D1%80%D1%83%D0%B3%D0%B0%20%D0%93%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%B0%201.pdf

Пример зимовки корабля: https://odynokiy.livejournal.com/224850.html
О судьбе Бирич: https://odynokiy.livejournal.com/220477.html

далее в рубрике