Сейчас в Арктике:
Северное сияние

Трудовые будни в Плейстоценовом парке

Трудовые будни в Плейстоценовом парке
18 Ноября, 2019, 11:32
Комментарии
Поделиться в соцсетях
Фото с сайта Плейстоценового парка.


Мы все родом из нашего детства. Помню, как зачитывался книгами о путешествиях про «прекрасное далёко». Арктика мне казалась в детстве не просто далёкой, а невообразимо далёкой…

И вот я здесь. Нахожусь в Арктике, в 150 км от Северного Ледовитого океана, в Плейстоценовом Парке, который основал Сергей Афанасьевич Зимов. Он задумал идеи развития Парка, как мне кажется, на первую сотню лет.

С.А. Зимов часто посещает Плейстоценовый Парк и сейчас, помогает консультациями сотрудникам. Текущее управление в Парке передано сыну, Никите Зимову. Благодаря его управлению проектом, происходит объединение в пространстве людей, информации и времени, воплощаются в реальность идеи отца-основателя.

Я был вдохновлён идеями Плейстоценового Парка, которые сформулированы в Манифесте «Дикого Поля». «Дикое поле» - второй проект Сергей Афанасьевича Зимова, в Европейской части России, на территории Тульской области.

Воплощением в жизнь идей этого Манифеста наполнены наши трудовые будни в Плейстоценовом Парке на территории Нижнеколымского района Республики Саха (Якутия).

Цитата из Манифеста: "Главная стратегия злаков и быстрорастущих пастбищных трав – быстрый рост. Все они вкусны, питательны и не боятся быть съеденными. Давая несколько урожаев (укосов) в год, эти растения кормили множество крупных травоядных. Так появились эволюционно самые молодые экосистемы – пастбищные… Удобряя, скашивая и вытаптывая, травоядные поддерживали и расширяли свои пастбища в любом климате".

Природное воссоздание условий «мамонтовой степи» -- это масштабное решение для огромной территории Арктики и Сибири проблемы эмиссии углекислого газа и потепления климата, реальная возможность смягчить результаты таяния «вечной мерзлоты» во времени.

Цитата из Манифеста: "В почвах мамонтовой степи содержится много органического углерода – в три раза больше, чем по всех тропических лесах планеты. Когда эти почвы оттаивают, в них просыпаются микробы. Они голодали тысячи лет, и тут же начинают поедать почвенную органику. При этом выделяют в атмосферу парниковые газы – СО2 и метан. Если потепление климата продолжится теми же темпами, то в скором времени тающие почвы мамонтовой степи будут крупнейшим природным источником парниковых газов. Технически остановить этот процесс невозможно. Но это могут сделать пастбищные экосистемы...”

На пастбищах Плейстоценового Парка животные в поисках еды несколько раз за зиму разгребают снег. Он уплотняется и перестаёт защищать почвы от охлаждения, таяние мерзлоты замедляется. Зубры, бизоны, овцебыки ломают деревья и кустарники, вытаптывают мхи и лишайники, предоставляя травам возможность активно произрастать. Снеговая поверхность пастбищ больше отражает солнечного света, в отличие от поверхности деревьев и кустарников – это создаёт эффект, при котором поверхность меньше нагревается, что также сдерживает таяние мерзлоты.

Цитата из Манифеста «…Договориться, чтобы даже немного сократить индустриальные выбросы СО2 в атмосферу, - трудно. Сократить эмиссию (парниковых газов) из мерзлоты несравнимо проще. Нужно лишь преодолеть психологические барьеры – признать за пастбищными экосистемами право на жизнь и свободу и вернуть им часть территорий, которые наши предки у них отняли. Причём территории, которые мы сами использовать не можем».

Бизоны

Бизоны в Плейстоценовом парке.


Растения палеофауны, ископаемые остатки млекопитающих – это прошлое Арктики, и будущее её – в воссоздании эффективной природной системы, в которой деятельность человека разумна и сочетает в себе природную эффективность биосистем. Территория Арктики и Сибири в настоящее время слабо включена в процессы использования отраслью сельского хозяйства. Идеи Манифеста показывают возможность использования ресурсов пастбищ при выращивании животных. Ещё Н.И. Вавилов в своих исследованиях указывал, что стратегически растениеводство Арктики – это обеспечение кормами животных.

Цитата из Манифеста «…у нашей цивилизации сегодня почти 0,8 миллиарда тонн коров, свиней, овец, верблюдов… Но ещё недавно в диких экосистемах животных было в два раза больше. Эти экосистемы были устойчивы, не боялись изменений климата и использовали только энергию солнца. Благодаря зелёной революции урожайность наших полей удалось удвоить, но затраты энергии на это увеличились в тысячу раз…мы сжигаем газ, нефть, уголь. В результате, углекислого газа в атмосфере становится больше. Климат стал неустойчивым, атмосфера нагревается…»

Мой опыт управления подсказывает, что при правильной организации деятельности в трудовых буднях нет месту подвигу и героизму. Необходима спокойная работа, риски здоровья персонала, сохранности сложного оборудования и техники недопустимы. Если есть сложная проблема, то будет и решение -- путём небольших шагов и обычных рабочих задач.

Для меня Арктика стала местом встречи и совместной работы разных поколений людей и культур. Вспоминаются кадры из фильма Алексея Попогребского «Как я провёл этим летом», снятого совсем недалеко от Плейстоценового Парка на берегу Северного Ледовитого океана.

Образ молодого человека с наушниками в ушах и живущего в своём мире музыки… Именно такими приезжают зачастую люди на работу в Арктику…. Мы отвыкли жить на природе, поэтому забываем, что природа – это не лужайка с газоном в городе. Работа в парке – это работа в коллективе. Поэтому особенно важен настрой члена команды вести себя осмотрительно.

Человек с громкой музыкой в ушах может не услышать звука, необходимого для его безопасности. Это голос другого человека, это звуки животных и птиц, которые реагируют первым на появление хищника. Мне безопаснее и спокойнее слышать общение оленей и коров между собой. Даже ночью засыпать с наушниками под музыку хоть и приятно, но работа в Парке – это жизнь на рабочем месте, когда среди ночи может вдруг потребоваться твоя помощь соседям по территории, или ночью собаки подняли лай на появление вблизи медведя или опасности, и важно быстро найти решение.

Вспоминаю один из таких случаев. В три часа утра разбудил лай наших собак. Со временем привыкаешь к поведению собак и чувствуешь особенности. Иногда они просто подают голос в направлении пастбища, а иногда заливаются лаем, явно давая сигнал хозяину о том, что нарушен принятый порядок событий.

В этот раз собаки лаяли тревожно, давая понять, что в Парке что-то случилось необычное. Собаки у нас пастушьи, и их звуки могли сигнализировать, что случилось что-то именно с травоядными животными.

Цитата из Манифеста «Человек уже давно живет с волками-собаками. Хороших пастушеских собак не надо учить пасти и охранять стада. У них это в генах, это умели их предки. Человек это раньше не умел, ему пришлось этому учиться. Так кто кого научил пасти стада?»

Было светло -- полярный день. Выбежал из дома и оторопел, увидев в Парке четырёх огромных собак местной породы, предназначенных для охоты. Собаки отбили от стада овец одно животное и окружили его. Видимо это и стало причиной такого шума.

Первое состояние – страх за животное, такая ситуация и в Европейской части России, у меня на Родине, могла плачевно закончится для меня и для этой овцы. Я соображал, как поступить, буквально на бегу. В последний момент предположил, что эти собаки удерживают животное в ожидании охотника. Последовала моя команда охотника – «я здесь». Собаки спокойно легли, чётко показывая, что появился человек и их задача по удержанию животного выполнена.

Потом мы до обеда вызванивали соседние участки, пытаясь выяснить, чьи это собаки. Оказалось, что они проделали путь в 30 км вдоль реки, сопровождая своего хозяина, который двумя днями раньше был недалеко от нас в гостях.

Уверен, что эти собаки впервые в своей жизни видели овцу, но их инстинкты охотника сработали чётко, отбить от стада животное и контролировать его до появления Человека. Мне было радостно, что всё обошлось благополучно, но без соответствующего обучения собаки могли повести себя совершенно иначе. К сожалению, я был свидетелем, когда у меня на родине такие встречи домашних животных с собаками заканчивались менее удачно.

Овцы

В текущей жизни, конечно, такие события редкость. Трудовые будни по-своему интересны и спокойны.

В Плейстоценовом парке мы встречаем учёных из разных часовых поясов, даже из разных концов мира. Для того чтобы выполнить свои задачи, люди планируют командировки, а это требует согласований и координации по условиям грантов, на эти вопросы уходит более года, и важность полевых исследований от этого только растёт.

Некоторым исследователям оптимально работать «ночью» и это возможно при Полярном дне. Мы в этом помогаем и сами работаем по гибкому графику в течение недели и суток.

Языки общения – русский и английский. Много исследований ведётся на немецком и французском языках. Сбор семян и трав, постоянный процесс по изучению насекомых и животных требует их описания на универсальном для всех учёных латинском языке. Стоит признать, что термины латыни выручают в общении и помогают грамотно сформулировать виды элементов живых экосистем.

В Плейстоценовом Парке мы выполняем замеры глубины мерзлоты, наблюдаем за исправностью оборудования, при необходимости выстраиваем ограждения, с тем чтобы исследования одних учёных не мешали другим экспериментам. К примеру, если палеоботаники проводят замеры высоты растительности, то в момент их исследований ограничен выпас животных на этой территории.

А сколько птиц со всего света пролетает над территорией Плейстоценового Парка на летние гнездовья в Арктику! Птицы -- наши гости. В Парке действуют ограничения – запрет на охоту. Только фотоаппарат, фиксация процессов природы в виде снимков является инструментом зоолога и ботаника.

В книге Г.П. Коротова «Крупный рогатый скот Якутской АССР и методы его улучшения» обращено внимание на то, что «недостаток большей части научных работ 60-х годов XX века по скотоводству Якутии указывает на «экспедиционный метод исследования», в связи с чем эти работы носили в большинстве своём описательный характер. Стационарное изучение продуктивных и биологических качеств животных возможно лишь в непосредственном контакте в течение всех времен года. Предмет исследований – рост и развитие молодняка, особенность адаптации к высокой и низкой температуре среды, короткому периоду лета. Ведётся наблюдение за кормовыми растениями при поедании их животными.

Учёные используют дорогое оборудование с датчиками по сбору информации о температуре, влажности, уровню выделения газов в атмосферу. Но с животными, которые проходят адаптацию в условиях Арктики, полагаться лишь на технические решения не удается, требуется взаимодействие с людьми и непосредственная помощь человека при адаптации.

Отличие ежедневных наблюдений за животными в Плейстоценовом Парке в том, что можно соединить на ограниченной территории разные виды животных. Только здесь можно увидеть совместное проживание и общение млекопитающих, которые в настоящее время разделены расстояниями в тысячи километров. В эпоху Плейстоцена предки этих видов животных паслись рядом друг с другом, это был симбиоз того времени. Схожие процессы взаимодействия травоядных в условиях пастбищ можно наблюдать лишь в саванне Африки.

Плейстоценовый Парк -- это не арктическая ферма, и задачи традиционного ухода за животными отличаются от общепринятого. Животные получают подкормку в зимнее время, но происходит это через полевые наблюдения. Например, сено раскладывается на поверхности снега и животные в ходе акклиматизации таким способом обучаются добывать травы зимой.

Мы объединяем в стада разные виды животных (лошадей, коров, овец, оленей, зубров, бизонов, яков, овцебыков). Они общаются между собой и передают информацию о жизни в природе Арктики: показывают удобный спуск к реке на водопой, делят между собой маршруты и тропы в лесу, организовывают сообща отдых в местах меньшей активности комаров – там, где часто дует ветер и летают ласточки.

Овцебык

Возможно ли получить представление о таком взаимодействии биосистемы в условиях дикой природе Арктики? Сомневаюсь… Восстановление биоразнообразия на основе идей Манифеста с внедрением в практику принципов взаимного обучения животных -- это особенность Плейстоценового Парка. Это воссоздание биологических процессов, которые были в эпоху Плейстоцена, и симбиотических связей между животными и растениями. Такой научный эксперимент несёт в себе потенциал нового масштабного подхода: восстановление разнообразия видов и популяций животных в Арктике природными методами.

Цитата из Манифеста «… собрать всех животных, которые здесь могут жить. Животные вспомнят, как жить вместе. Они разделят пастбища и заполнят экологические ниши в соответствии со своими «профессиями»…. Состав экосистемы стабилизируется, и тогда эту экосистему можно будет расселять на новые территории. На планете для них ещё достаточно места.»

Работа в Парке сложна для понимания стороннего посетителя. Мы имитируем работу взаимодействия, принятую в природной экосистеме, и много в этом непривычного. Вы не увидите традиционных кормушек для скота, часть строений носят временный или сезонный характер, пока идёт адаптация животных к климату. Например, в первую зиму коровы получили искусственный водопой и сараи (хатоны), а ко второй зиме они используют полог леса и кустарники для защиты от ветра вместо строений.

В работе с животными происходит моделирование условий «мамонтовых степей» -- воздействия на травостой и растительность, когда плотность животных была 50 тонн на 1 кв.км. Конечно, такая ситуация при существующем виде растений и типах животных нестабильна и пока кратковременна, но она даёт много любопытных данных для гипотез и теории. На глазах происходит специализация и группирование между собой животных по степени поедания трав и кустарников. Мы наблюдаем и фиксируем возврат органики животных в почву. Изучаем, каких консорциумов микроорганизмов сейчас не хватает для запуска полноценного кругооборота азота и питания растений в почве, как влияют на эти процессы сезонные похолодания зимой и покрытия толщей паводка весной, когда большие территории поймы на 30-50 дней в году находятся под толщей воды глубиной до трёх метров.

Цитата из Манифеста «Сформулированный В.И.Вернадским принцип «давления жизни» говорит, что полноценные экосистемы должны использовать все свои ресурсы… И если где-то травы дают урожай 500 тонн/км2, то на этих пастбищах прокормится 50 тонн травоядных… Это обычная для богатых культурных пастбищ плотность животных. Дикие животные используют ресурсы более рационально. И на диких пастбищах зверей должно быть не меньше...»

Поскольку часть животных в Плейстоценовом Парке относится к категории домашних (лошади, коровы, овцы, олени, собаки), любое их взаимодействие с дикими животными – это контроль состояния со стороны ветеринарных служб территориального управления. Сдача анализов крови, осмотр животных несколько раз в год – это наша обычная работа, в основе которой -- мониторинг и наблюдение за здоровьем диких животных через контроль домашних животных. Это сбор ветеринарной информации об «устойчивости» воссоздаваемого таким типом деятельности биома «мамонтовой степи».

Мы выделяем много времени на изучение почв, особенностей рельефа Парка, его микроклиматических зон, направления ветров, уровня паводка и уровня протаивания мерзлоты, произрастания растений в каждый сезон года. Целью является выработка такой системы управления животными и их симбиотическими сообществами, чтобы максимально полно использовать энергию тепла и солнца, вегетацию растений в сезон и обеспечить возможность питания скоту в зимнее время под снегом в тех местах Парка, где зимой лимитирующим фактором будет ветер и глубина снежного покрова, а летом таким фактором была влажность и наличие комара (гнуса).

Площади выпаса требуют расчётов, анализа состояния травостоя, поскольку очень важно имитировать выпас скота, описанный в Манифесте «Дикого Поля», когда роль пастухов выполняли хищники и было много животных, проходящих по кормовым участкам лишь один раз в сезон (как, например, это делают в настоящее время в тундре стада дикого оленя).

Цитата из Манифеста: «Хищникам в богатых экосистемах не нужно было искать добычу, у них перед глазами всегда находились сотни травоядных, а также и несколько конкурентов; главное было иметь свою территорию. В этих экосистемах была сложная социальная организация. Основные силы хищники тратили не на охоту, а на защиту территории, на охрану своих травоядных… 25 тысяч лет назад в итоге человек поднялся до статуса «главный охотник». Хищникам он стал конкурентом, а травоядным – врагом. Статус человека изменился…»

В Парке мы описываем почвенные организмы, производим фотофиксацию насекомых и грибов. Выполняем подсев многолетних растений, задача которых -- улучшить питательность корма для животных. Благодаря этому травостой обогащается большим видовым разнообразием, много предков современных растений находят и учёные, анализируя слои почв времён Плейстоцена. Всё это переводит биосистему Парка в более продуктивное состояние, это яркий пример того, как начинают работать процессы природы, где функция человека лишь в поддержании системы в относительно равновесном состоянии (контроль числа хищников, создание условий для стабильности системы воспроизводства и саморегуляции).

Достаточно посмотреть на природу вокруг Плейстоценового Парка -- и становится понятно, насколько важен результат комплексного воздействия разных видов животных в симбиозе на природную среду.

В Парке весной и осенью останавливается для отдыха очень много видов птиц. Главная причина, по которой птицам здесь комфортно, – это травостой вокруг водоёмов, отсутствие во многих местах высоких кустарников и деревьев. За много лет эксперимента берега рек и озёр расчистили от кустарников и высокой травы копыта лошадей и рога животных. Это лучшие территории для безопасного отдыха птиц. Кроме того, по тропам пасущихся животных могут безопасно и комфортно передвигаться и люди, и дикие животные.

Растения в традиционном их произрастании не образуют быстро почву, особенно в условиях Арктики, где нехватка тепла даёт о себе знать. Но когда растительный материал попадает в рот пасущегося животного, то выходит из него практически в виде чистой, подготовленной к питанию растений почвы. Это многократно ускоряет эффективный оборот питательных веществ в течение всего года, невзирая на температуру воздуха и сроки вегетации растений! Животные своими копытами массируют землю и травы. За один год выпаса можно получить результат двадцати пяти лет обычных произрастаний трав без животных.

Цитата из Манифеста: «…эволюционный процесс направлен на увеличение скорости оборота биофильных элементов. В эволюционно древнем еловом лесу зелёные иголки живут десять лет. Это малосъедобная горькая биомасса и разлагается на поверхности почвы потом столь же долго: биокруговорот в лесу медленный. На пастбищах (где пасутся животные) листья злаков живут в среднем лишь несколько недель. В тёплых желудках травоядных они разлагаются всего за один день, и главный капитал экосистем (азот, фосфор, калий) быстро возвращается в почву, а затем и в новые листья.»

Работа в Арктике интересна и полна открытий на каждом шагу. Большую помощь в этом оказывает использование профессиональной техники и оборудования. Никита Зимов подбирает такие технические системы, что получаешь удовольствие от их эксплуатации. По его оценке, важными в Арктике являются надёжность техники и возможность эксплуатации без капитального ремонта, поскольку стоимость доставки очень высока. Грамотная работа с соблюдением технических регламентов обслуживания – главное, что требуется от нас в течение рабочего дня при эксплуатации технических систем.

Из последних технических решений, позволяющих значительно расширить наши возможности по наблюдениям в Плейстоценовом Парке, – приобретение дрона. Мы стали получать информацию о самых интересных моментах жизни животных, нам доступны теперь удалённые участки Парка без перемещения человека.

В заключение хочу вспомнить историю, когда уборщице на космодроме был задан вопрос: «Что вы делаете?». Она с гордостью ответила: «Помогаю отправить Человека в Космос…».

Благодаря идеям Манифеста «Дикого Поля», мы решаем глобальную задачу влияния на климат Планеты в наши локальные трудовые будни.


Автор: Ринальдо Маллямов, зооинженер «Плейстоценового Парка».


Комментарии