Сейчас в Арктике:
Ледоход

Арктическое вторжение Пекина: зарубежные СМИ об Арктике

Арктическое вторжение Пекина: зарубежные СМИ об Арктике
31 Марта, 2020, 19:02
Комментарии
Поделиться в соцсетях

Гренландия под прицелом Пекина

Центр климатических циркумполярных исследований Арктического института продолжает серию публикаций, посвящённых китайской арктической стратегии. Новая кампании посвящена кампании Пекина в Гренландии.

Китай выбрал беспроигрышную стратегию арктического вовлечения: помимо участия в региональных организациях Севера он делает ставку на двустороннее сотрудничество. Гренландия заняла ключевую позицию в этой стратегии. Чрезвычайно богатый природными ресурсами, датский остров является инфраструктурным объектом Полярного шёлкового пути.

Китай присоединяется к арктической политике Гренландии через проекты по добыче полезных ископаемых и развитию инфраструктуры. Такая стратегия Пекина в последние два десятилетия стала наиболее распространённой практикой. Первым совместным проектом стала добыча железной руды на руднике Исуа на юго-западе Гренландии. Месторождение было открыто в 1965 году. В 2005 году лицензию на разведку и добычу полезных ископаемых получил  британский концерн «London Mining». Для развития проекта на руднике Исуа в 2014 году правительство Дании внесло поправки в миграционное законодательство, разрешающие компаниям привлекать иностранную рабочую силу. В этом же году «London Mining» обанкротился, встал вопрос о будущем проекта.

Вскоре лицензию на разведку и добычу полезных ископаемых на руднике получила гонконгская компания «General Nice Development». «Проект Исуа» стал первым проектом в Арктике, полностью принадлежащим китайской компании. Концерн к концу 2021 года должен представить план эксплуатации рудника, а также задокументировать финансовые возможности шахты к концу 2021 года и начать добычу к концу 2025 года.

Преференции от проекта оцениваются по трём направлениям: увеличение государственных доходов Гренландии, рост занятости на местах и появление новых центров обучения. Однако опасения вызывает большое количество иностранных рабочих, которых планируют привлечь преимущественно из Китая. Прогнозируется и ухудшение окружающей среды. Экономика Гренландии на 90% завязана на рыбном промысле, а добыча полезных ископаемых на юго-западе острова угрожает морской флоре и фауне. Но отказывается от таких проектов также нецелесообразно – слишком большие упущенные экономические выгоды.

Окончательная судьба проекта неизвестна. С одной стороны, добыча полезных ископаемых может стать экономически нецелесообразной, тогда существует риск консервации рудника. Но Пекин, рассматривающий Арктику как в первую очередь регион геополитики, а не экономики, может пойти на нерентабельную сделку, чтобы закрепить своё влияние в регионе.

Второй проект с китайским участием в Гренландии – месторождение Кванфжелд с редкоземельными металлами. Китайское предприятие «Shenghe Resources» в 2016 году приобрела 12,5% акций, сейчас ведутся переговоры по увеличению китайской доли до 60%.

Поскольку Китай является основным производителем редкоземельных элементов в мире – 80% мирового производства – довольно трудно найти эту продукцию за пределами китайского рынка. Участие Пекина в проекте Кванфжелд лишь укрепит эту монополию.

Как и в первом случае, будущее проекта остается неясным, поскольку всё ещё проводится оценка воздействия добычи на окружающую среду.

В Пекине полагают, что ключ к управлению Арктикой кроется в двустороннем сотрудничестве с арктическими странами. Об этом свидетельствуют и официальные документы Китая. Стратегическое расположение Гренландии и обильные запасы природных ресурсов делают её привлекательным партнёром для арктического сотрудничества. В свою очередь, Гренландия заинтересована в том, чтобы иностранные инвесторы могли финансировать огромные горнодобывающие и инфраструктурные проекты для диверсификации своей экономики.

От сотрудничества к соперничеству: российско-китайские арктические отношения

Американский отраслевой журнал The Diplomat вновь обратился к теме российско-китайского взаимодействия в Арктике. Но речь идёт не о сотрудничестве, а о развитии жёсткой конкуренции между двумя странами.

Сотрудничество между Китаем и Россией в последние годы усложняет арктическую геополитику. Эксперты разделились во мнениях, является ли потепление российско-китайских отношений подлинным стратегическим альянсом или просто «браком по расчёту». Сторонники первой позиции указывают на многочисленные соглашения, подписанные между двумя странами, а также общее голосование двух сторон в Совете Безопасности ООН. Скептики же считают, что Россия и Китай часто преследуют разные цели, несмотря на взаимные интересы, и по-прежнему не доверяют намерениям друг друга.

Несмотря на то, что Пекин и Москва регулярно отмечают свой высокий уровень сотрудничества, Китай предпринимает шаги по диверсификации своих арктических проектов, активно развивая двустороннее сотрудничество с другими арктическими государствами. Кроме того, Китай продолжает строительство собственного ледокольного флота, в 2018 году взявшись за возведение первого атомного ледокола.

Китай установил тесные отношения с другими арктическими странами, помимо России, для дальнейшего укрепления своего присутствия на Крайнем Севере. В частности, Исландия и Гренландия стали объектом значительных инвестиций со стороны Пекина. Так, в период с 2012 по 2017 год китайские инвестиции составляли почти 6 % среднего валового внутреннего продукта Исландии и 11,6 % ВВП Гренландии. Количество и цели китайских инвестиций вызвало беспокойство у международного сообщества. 

Сегодня Россия обладает монополией на сопровождение ледоколов, проходящих через Северный морской путь. Это позволяет ей устанавливать границы и плату за каждый такой транзит. Российские компании признали необходимость замены стареющих ледоколов и увеличения мощности для поддержки более удобной навигации по Севморпути. Тем не менее, усовершенствование китайских ледокольных возможностей и опыта навигации в полярных регионах не только уменьшит его зависимость от российского сопровождения, но и предоставит Пекину возможность конкурировать за долю рынка с Москвой.

Издание заключает, что российско-китайское сотрудничество в Арктике является взаимовыгодным движением для обеих сторон – простым расчётом России, с её опытом развития Северного морского пути, и Китая, обладающего экономическими средствами для поддержки российских идей. Тем не менее, Китай страхует партнерство с Россией  за счёт других вариантов –  развитие собственного ледокольного флота, выстраивание двусторонних отношений с другими арктическими государствами, особенно с Норвегией и Данией.

Несмотря на то, что жизнеспособность Севморпути остается предметом дискуссий, очевидно, что Китай станет главным «пользователем» транспортной артерии. Кроме того, постепенное экономическое вхождение Пекина в проекты российского Дальнего Востока усугубит медленное, но устойчивое расхождение интересов. Учитывая текущую ситуацию, растущая роль Китая в Арктике может перерасти в прямую конкуренцию с Россией.



Комментарии