Сейчас в Арктике:
Ледоход

Арктика - кладовая металлов для "зелёных технологий"

Арктика - кладовая металлов для "зелёных технологий"
5 Апреля, 2019, 11:30
Комментарии
Поделиться в соцсетях



Главнейшие глобальные процессы прошедшего ХХ (особенно второй его половины) и начала ХХI столетия – мощный демографический взрыв (население планеты увеличилось с 1.5 млрд. человек в 1900 г. до 2.5 млрд. в 1950 г. и до 6 млрд. к 2000 г. и превысило 7.6 млрд. в 2018 г.), развитие высокими темпами промышленного производства и научно-технического прогресса, рост ВВП и уровня жизни в развитых странах – сопровождались бурным ростом потребления природных ресурсов, в том числе извлекаемых из недр Земли.



Проблема обеспеченности высокотехнологичной промышленности России критическим минеральным сырьём с каждым годом становится всё более острой в связи с неуклонным сокращением богатых и относительно доступных в техническом и экономическом отношении месторождений и неустойчивостью его импорта из стран-продуцентов вследствие политической нестабильности в мире. К важным видам высокотехнологичных критических металлов для экономики России можно отнести: Re, РЗМ, Nb, Be, Li, Ta, Sc, Ge, In, Ga, Bi, Cd, Hf.

12 февраля 2019 г. состоялось очередное заседание президиума Российской академии наук. Члены президиума обсудили актуальные проблемы научных основ развития минерально-сырьевой базы (МСБ) высокотехнологичной промышленности Российской Федерации. Моё краткое сообщение было посвящено перспективам освоения минеральных ресурсов высокотехнологичных металлов в Арктике. Настоящая публикация показывает, почему данная проблема весьма актуальна в мире и заслужила специальное заседание Президиума РАН. И как она может затронуть экономическое развитие Арктики в целом и российского национального сектора в частности.

В последние годы Всемирный банк и Правительства стран ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития, объединяет 36 стран, в которых в основном проживает так называемый «золотой миллиард» населения Земли) озабочены несколькими вопросами: что делать с парниковым эффектом и потеплением климата и что будет, когда нефть закончится? В своих прогнозах, отвечая на эти вопросы, они рассматривают один безальтернативный вариант – переход на зелёные технологии. Однако этот переход, судя по тем же прогнозам, потребует значительного увеличения добычи невозобновляемых видов минеральных ресурсов (в том числе нефти, газа, твёрдых полезных ископаемых) и особенно критических металлов и минералов. Поэтому арктические кладовые пока ещё невостребованных минеральных ресурсов в ближайшей перспективе будут распечатаны и вовлечены в освоение! Кроме того, можно предположить, что грянет бум геологоразведочных работ в слабоизученных районах Арктики, направленных на открытие новых месторождений.



ЗЕЛЁНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

Термин "технология" означает применение знаний в практических целях. "Зелёные" – это ссылка на природу. В целом зелёные технологии подразумевают долгосрочное и краткосрочное воздействие человека на окружающую среду. Достижение главной цели зелёных технологий – удовлетворение сегодняшних потребностей без ущерба для способности будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности (устойчивое развитие). Таким образом, зелёные технологии – это термин, который подразумевает использование науки и техники для защиты окружающей среды. Особенно важны зелёные технологии для защиты очень ранимой арктической природы. Согласно классификации ОЭСР, зелёные технологии охватывают следующие сферы: общее экологическое управление (управление отходами, борьба с загрязнением воды, воздуха, восстановление земель и пр.); производство энергии из возобновляемых источников (солнечная энергия, биотопливо и пр.), смягчение последствий изменения климата, снижение вредных выбросов в атмосферу, повышение эффективности использования топлива, а также энергоэффективности в зданиях и осветительных приборах.

В настоящее время ожидается, что эта область принесёт инновации и изменения в повседневной жизни такого же масштаба, как и взрыв компьютерных технологий за последние два десятилетия. На ранней стадии невозможно предсказать, что в конечном итоге могут совершить "зелёные технологии". Пожалуй, наиболее актуальная проблема для них – разработка альтернативных видов топлива, новых способов получения энергии и энергоэффективности. Однако новые технологии какой-то период (по прогнозам до 2060 года) должны использоваться наряду со «старыми», для подготовки к «зелёному переходу»; невозобновляемые ресурсы в настоящее время составляют 80% мировых потребностей в энергии. 

Один из наиболее известных примеров зелёных технологий – солнечная батарея, которая преобразует энергию света в электрическую энергию через процесс фотовольтаики. Производство солнечной энергии означает меньшее потребление ископаемых видов топлива, сокращение загрязнения и выбросов парниковых газов. Существующие сейчас солнечные панели дороги в изготовлении и эксплуатации, занимают много места. Но уже изобретена новая "распылительная" фотоэлектрическая пленка на основе перовскита, которая  позволит преобразовать обычные стеклянные окна в солнечные коллекторы. Однако даже сегодня КПД устройств, преобразующих солнечную энергию в электричество, составляет 15%. Чтобы покрыть только бытовые потребности одного современного дома, нужен преобразователь площадью не менее 40–50 кв. метров. Вместе с тем, крупнейшие «зелёные» проекты в пустыне Атакама в Чили уже сегодня обеспечивают энергией работу практически всех многочисленных шахт. Правительством Чили запланировано, что 70% всей электроэнергии  в стране к 2050 г. должно генерироваться за счет «зелёных технологий».


"Зелёная нанотехнология" – это применение принципов зелёной химии и зелёной инженерии ("философский камень" будущего) в масштабе нанометра, одной миллиардной метра. Овладение нанотехнологиями грядёт, и это изменит способ производства всего в мире. Эти технологии позволят вдохнуть жизнь обратно в поврежденную экосистему планеты. Земля нуждается в защите, и "зелёные" технологии могут помочь обеспечить именно то, от чего мы все зависим, чтобы жить.

В последнее десятилетие, развитые страны (США, ЕС, Япония, Южная Корея, Великобритания и Австралия) провели специальные исследования для оценки минерально-сырьевого потенциала критических металлов и минералов. К критическим видам в мире в основном относят то минеральное сырьё, которое лежит в основе высоких технологий (зелёных), имеет важнейшее значение для поступательного развития многих отраслей промышленности.

В докладе Национальной академии наук США (2008) приведено следующее определение: «минеральное сырьё может рассматриваться как критическое для экономики, если у него имеется ограниченное число удовлетворительных заменителей или последних вообще не существует. Кроме того, минеральное сырьё можно рассматривать как критическое в случае, если геолого-экономическая оценка показывает высокую вероятность того, что его источник может стать ограниченным, что ведет к его физической недоступности или к значительно более высоким ценам на мировом рынке». В русскоязычной литературе также свободно используется термин «стратегический». 


Выделяются две основные группы комплексных месторождений критических металлов: первая – собственно редкометальные месторождения, руды которых содержат комплекс редких металлов и РЗЭ, и вторая – месторождения чёрных, цветных металлов, нерудного сырья, углей и других полезных ископаемых, в которых критические металлы являются попутными компонентами. К последним относятся многие из критических металлов и полуметаллов (Bi, Cd, Se, Te, Ge, Ga, In, Tl, Te, Se, Re, Sc, Hf), которые производятся в качестве побочных продуктов и извлекаются на поздних стадиях металлургического процесса. Во многих случаях в комплексных рудах эти металлы плохо изучены, в результате чего они характеризуются весьма неопределёнными оценками ресурсов как в России, так и в мире. Главные источники попутных металлов – сульфидные руды меди, свинца и цинка, молибдена, а также некоторые типы вольфрамовых, оловянных, урановых месторождений, бокситы, и россыпные месторождения. Эти металлы часто называют металлами-спутниками.

Прогнозируемый рост мирового спроса на электромобили заставляет автопром обратить пристальное внимание на запасы так называемых "батарейных" металлов и другого сырья для выпуска аккумуляторов. К ним относятся литий, никель, кобальт, графит и редкоземельные металлы (РЗМ). По данным Международного энергетического агентства (МЭА), в прошлом году в мире эксплуатировалось 2 млн электромобилей. По прогнозу МЭА к 2040 г., их число достигнет минимум 40 млн. К 2025 году электрокары будут по цене в среднем такими же, как машины с двигателями внутреннего сгорания. Естественно, что Со, один из главных батарейных металлов, подорожал более чем на 190% за последние полтора года. По прогнозам, спрос на кобальт удвоится к 2020 г. ~ до 200000 т в год. Обеспечить поставки кобальта труднее всего, поскольку 65% его добычи приходится на Демократическую Республику Конго (ДРК), одну из беднейших и политически нестабильных стран мира.



В России основное производство ряда батарейных металлов сосредоточено в Арктической зоне (в Норильске и Мурманской области). Так, 6% поставок Со и 12% поставок Ni в мире контролирует Норникель. В арктической России находится седьмая часть всех мировых запасов никелевых руд. Поэтому, судя по недавно принятой стратегии компании, Норникель начал модернизировать своё производство, чтобы увеличить поставку металлов для литий-ионных и других современных аккумуляторов.



По оценкам экспертов, Li станет катализатором грядущей “зелёной революции”. В ближайшие годы тоже может возникнуть нехватка его предложения. Спрос на литий вырастет в четыре раза к 2030 г. Li сейчас добывается в горах Австралии и пустынях Южной Америки. Уже сегодня в Китае планируют перевести весь общественный транспорт на литий-ионные аккумуляторы. А Норвегия до 2025 года и вовсе обещает отказаться от бензиновых двигателей. 

Минувший год стал знаковым для мировых инвесторов. Спрос на карбонат лития подскочил на 300 процентов. Никель подорожал в полтора раза, а медь и алюминий – на четверть. Для производства 500 тысяч электромобилей в год, придётся скупить весь литий в мире. Литиевые аккумуляторы могут быть любой формы и размером даже со стол.



Кроме батарейных металлов, в Российской Арктике добывается ещё ряд важнейших так называемых «технологичных» металлов (см. выше табл. Менделеева). По мнению ряда аналитиков, – дефицит этих металлов наступит раньше, чем последняя капля нефти сгорит в двигателе автомобиля. К группе технологичных металлов относят: Ro, Mn, In, Nb, Ga, Cu, Ta, Pd, Pt, V, Ti, Te, Se, Hf, Zr, Re, Ge, Cd и 17 так называемых лананоидов – редкоземельных металлов (РЗМ) во главе с La. Все они критически важны для наукоёмких высокотехнологичных отраслей экономики, они также важны и для зелёного перехода. Для каждой отрасли имеется свой перечень ключевых элементов.

Для автопрома это Ro, Pd, Pt, V, Nd и La. Для волоконной оптики и электроники – Ge, Ga, In и Eu. Для специальных сталей и сверхтвёрдых сплавов – Nb, Mo, W, Ta, Ti, Sc и Re. Изготовление высокоточной оптики немыслимо без La и Ce.

В солнечной энергетике незаменимы Те, In, Ga и Se. Без Ti Sc и Re ни один реактивный самолет не поднимется в небо. С каждым годом этот перечень становится всё длиннее. Только поставки Mo, в связи с развитой МСБ, не доставляют головной боли промышленности. Остальные металлы по разным причинам - критические.

Наиболее острая ситуация складывается с Ro и Pt. Каждый современный автомобиль оснащается катализатором, в котором содержатся эти платиноиды, которые в природе встречаются только вместе. Мировое производство Ro, стоимость которого равна фантастическим $9000 за тройскую унцию (31.1 грамм), составляет примерно 50 т/год и практически достигло пика, как в Заполярном Норильске, так и в районе рифа Меренского в Южной Африке. Заменители для родия и платины не удается найти. Предполагается, что рост числа электромобилей приведёт к уменьшению количества автомобилей с катализаторами. Однако «зелёный автопром» нуждается в тех же РЗМ, что и обычный. А их производство сегодня обеспечивается только одним, хотя и гиганским месторождением Байян-Обо в КНР. Суммарное количество РЗМ, добываемое в Байян-Обо, составляет 125 тыс. т/год, в том числе 20 тыс.т Nd и 40 тыс. т La Аккумуляторы новейших гибридных авто "Тойота Приус" и "Хонда Инсайт", как и других компаний, включая китайские, содержат минимум 12 кг La, 30 кг Ni и 2 кг Co. Эти батареи не стареют. С 1999 г. Тойота продала уже более 1 млн. гибридов; аккумуляторы этих автомобилей успешно служат до сих пор. Следует также иметь ввиду, что альтернатива китайским поставкам РЗМ есть: богатейшее месторождение Маунтин-Пасс в горах пустыни Мохаве (США), австралийские Дуббо и Арафура и, конечно, месторождения в Арктической зоне России (Хибинская группа, Ковдор, Ловозерское, Томтор и др.). Но увеличение добычи РЗМ за счёт этих объектов потребует не менее десяти лет.



В России обширная по площади территория Арктической зоны обладает крупными месторождениями критических металлов. В последние годы интерес горнодобывающей промышленности к этим Арктическим ресурсам заметно растёт, что выражается в оживлении ГРР в новых районах (Чукотка, Таймыр, Новая Земля, Кольский регион, Север Якутии, Полярный Урал). Перспективы освоения арктических месторождений критических металлов, кроме масштаба и богатства руд, во многом определяются близостью к Северному морскому пути и к судоходным рекам, что значительно повышает рентабельность работы рудников за счёт использования водного транспорта.

В настоящее время наиболее важные критические виды минерального сырья для экономики России в рейтинговом порядке (выделены жирным критические металлы, месторождения и перспективные рудопроявления которых известны в Российской Арктике): Re, Nb, Ta, РЗЭ, Y, Sc, Ge, Ga, In, Li, Bi, Cd, Нf, Sr, Tl. Ниже приведён обзор минерально-сырьевой базы (МСБ) критических металлов Арктической зоны России, на основе которой в ближайшей перспективе можно наладить их производство.

***

Литий. Содержание Li в континентальной коре составляет 21 г/т. Мировое производство Li в 2017 г. составило 43 тыс. т, годовой прирост – 5 тыс. т. На первом месте находится Австралия (18.8 тыс. т), на втором – Чили (14.1 тыс. т), затем Аргентина (5.5 тыс. т) и Китай (3 тыс. т) (Mineral ..., 2018). В настоящее время в качестве сырья для производства Li-продукции Красноярского и Новосибирского химико-металлургических заводов используется карбонат лития, импортируемый из Чили и КНР, причём значительная часть конечной продукции (металла и соединений) отправлялась на экспорт. Запасы Li в мире представлены в изобилии (16 млн. т в 2017 г.) и действующие производители могут значительно расширить производство для удовлетворения растущих потребностей. Основной объём запасов Li связан с рапой соляных озер в Чили, Аргентине и Китая; гораздо меньший заключен в месторождениях редкометальных пегматитов Австралии, КНР, Бразилии и Арктической зоны России. 



Лучшими параметрами на территории России, по запасам и содержанию Li2O отличаются Колмозерское и Полмостундровское месторождения Мурманской области (34% запасов от России). Кроме того, эти же месторождения содержат 14% российских запасов Be и около 3% Ta. В России применение Li и его соединений до сих пор ограничивалось в основном оборонной промышленностью. Развивая высокотехнологичную зелёную индустрию, Россия будет использовать Li в возрастающих количествах. По всей вероятности, к 2025 гг. потребность в Li в России может возрасти в несколько раз по сравнению с современным уровнем и составить не менее 3 тыс. т/год. Цены за 2017 год на Li резко выросли – 13.9 тыс долл/т. По прогнозам экспертов, мировой спрос на соединения Li в 2020 г. увеличится более чем в 2 раза; а через 20 лет потребление Li может возрасти вчетверо.

Редкоземельные металлы (РЗМ) – группа из 17 металлов, включающая La, Sc, Y и др (см табл. выше). Как правило, РЗМ встречаются в природе совместно. Они образуют весьма прочные окислы, галоидные соединения, сульфиды. Тысячи минералов в природе содержат РЗМ. Основными источниками РЗМ являются минералы бастнезит, монацит, лопарит и ионно-абсорбционные руды. В мире имеется лишь небольшое число рентабельных для разработки месторождений РЗМ. Наибольшая часть мировых извлекаемых запасов РЗМ сосредоточена на бастнезитовых месторождениях КНР (48%). Крупные запасы РЗМ связаны также с месторождениями монацита в Австралии, Бразилии, КНР, Индии, Малайзии, ЮАР, Шри-Ланке, Таиланде и США. Остальные запасы связаны с месторождениями ксенотима, ионно-абсорбционных руд, лопарита, фосфоритов, апатитов, вторичного монацита, эвдиалита, чералита и с жидкими отходами производства урана. Всего мировых запасов РЗМ – 120 млн т (Mineral ..., 2018). Запасы РЗМ России – 20% от мировых. Мировая добыча РЗМ в последние полтора десятилетия росла весьма быстрыми темпами. За период с 1990 по 2004 год она увеличилась примерно вдвое – до 102.0 тыс. т РЗО. В 2017 году объём добычи РЗМ увеличился до 130 тыс. т РЗО (Mineral ..., 2018). Спрос РЗМ к 2020 году вырастет до 200 тыс. т. Из них 130–150 тыс. т пойдет на самообеспечение Китай. Больше одной трети потребления РЗМ пришлась в 2017 г на производство магнитов электродвигателей. Также устойчивый рост использования редких земель наблюдался при производстве батарей, совместно с фосфором, в оптическом стекле и керамике (Mineral ..., 2018).



Глобально потребление увеличивается в последние годы на 5% ежегодно. В 2017 году экспортные китайские квоты РЗМ были 38000 т, лёгкие/тяжёлые – 7/1 (Mineral ..., 2018). В 2018 году доля Китая составляла более 86% мирового производства. Новые проекты в остального мира в 2017 г дали всего 25 тыс. т РЗО. Следует отметить, что по ценности 1 т руды в $США среди новых осваиваемых объектов в мире Томторское месторождение в Арктической зоне России занимает третье место (см. ниже). С комплексными месторождениями в Арктической зоне связаны практически все балансовые запасы РЗМ России. Основная доля – более 40%, заключена в разрабатываемых Хибинских месторождениях апатит-нефелиновых руд. Остальные запасы приходятся на комплексные лопаритовые руды (совместно с Та, Nb, Ti) Ловозерского месторождения (более 25%) и на коры выветривания редкометальных карбонатитов месторождения Томтор, содержащие попутный Nb (около 10%) (Государственный …, 2018). 



Все РЗМ в России извлекаются из лопаритовых руд Ловозерского месторождения. В настоящее время ГОК отрабатывает подземным способом часть запасов двух участков – Карнасурт и Кедыквырпахк, которые составляют около 5% от общих запасов Ловозерского месторождения. Полученный лопаритовый концентрат с содержанием РЗО 28–30% направляется на металлургическую переработку на Соликамский металлургический завод (СМЗ), где из него производятся карбонаты и оксиды смешанных РЗО. Карбонаты РЗЭ в первичном состоянии имеют ограниченную сферу применения и в основном используются для производства индивидуальных РЗЭ. Свыше 70% РЗЭ используется на предприятиях ОАО «Российская электроника» и холдинга «Швабе» (входят в ГК «Ростех»); 20–25% – в системе Росатома; 5% – в металлургическом секторе (как добавки к легированным сталям); остальное – нефтехимией и другими отраслями. Согласно Госпрограмме, Россия к 2020 году должна выйти на самообеспечение РЗМ и полностью отказаться от импорта. По расчётам Минпромторга, в РФ спрос на РЗМ к 2020 году составит 5–7 тыс. т, по оптимистичному прогнозу – до 13 тыс. т. В расчётах предусмотрен экспорт 7–10 тыс. т в год, если программа будет реализована в полном объёме. Необходимо отметить перспективы развития комплексных редкометальных месторождений, расположенных на Кольском полуострове в Арктической зоне России. В первую очередь, это Ловозерский ГОК, производственные мощности которого могут быть значительно увеличены. Содержание РЗО в апатитовом концентрате Хибинских месторождений менее 1%. При ежегодной переработке более 7 млн т апатита, извлекая попутно РЗМ, Россия смогла бы удовлетворить почти половину мировой потребности в РЗМ. Кроме того, прогнозируемые потребности России в РЗМ могут быть удовлетворены за счёт освоения богатейшего участка Буранный Томторского месторождения (Якутия).

Редкоземельные россыпные месторождения Арктической зоны России. С Ловозерским массивом нефелиновых сиенитов связана группа редких по генезису и минеральному составу лопаритовых россыпей, расположенных по его периферии и в центральной котловине, занятой Сейдозером. Россыпи образуют слабонаклонные пластовые выдержанные залежи, сложенные толщей валунно-галечных отложений мощностью от 5 до 72 м (средняя 30 м). Средние содержания лопарита в залежи составляют 2.6 кг/м3. Подсчитанные ресурсы составляют приблизительно 10% от запасов Ловозерского ГОКа. Уникально богата РЗМ погребённая делювиально-озёрная россыпь, залегающая на коре выветривания, мощностью 3–35 м и площадью 8 км2 (участок Буранный, месторождение Томтор). Россыпь вдвое богаче самых богатых месторождений мира по Nb (Араша, Бразилия) и РЗО (Маунтин-Пас, США). Кроме того она содержит Y2O3 и Sc2O3. К новому потенциально промышленному типу относятся Au-куларитовые россыпи Куларского района на севере Якутии. В техногенных отвалах содержится приблизительно 40 тыс. т куларита (1.5–6 кг/м3) и 102 т Au (Луняшин, 2011). Среднее суммарное содержание редкоземельных металлов в куларите – 53%. Для стандартных монацитов характерен Се-состав, а для куларита характерны повышенные содержания средних лантаноидов (Sm-Tb) – до 5%, и тяжелых лантаноидов (Ds-Y) – до 1–2%. На наиболее дефицитный из них Eu приходится 0.39%. 



Скандий – один из дорогих РЗМ с относительно малым объёмом производства -- называют авиационным металлом XXI века. Более 99% Sc получают попутно с оксидами главных компонентов РЗМ руд. В основном Sc используется в авиационной и аэрокосмической технике, а также – в электролитах для топливных элементов и спортивной экипировки.

Надёжным источником получения попутного Sc могут стать руды Томторского месторождения, из которых можно получать около 3 т оксида этого металла в год. Однако имеющиеся запасы месторождения позволяют увеличить производство Sc – до 9 т в год. По данным «Интермикс Мет», ёмкость мирового рынка Sc – от 15 до 20 т в год. По оценкам ИГ «Норд-Капитал», за год в России производится около 1 т оксида Sc, ещё примерно по 700 кг производят Казахстан и Украина. Отметим, что СССР находился на первом месте в мире по выпуску Sc-продукции (до 10 т в год). Главными поставщиками Sc на мировом рынке являются также Китай, Норвегия и Мадагаскар. Отметим, что доля продукции с добавленной стоимостью в общем объёме производства алюминия предприятиями «РусАла» растёт от года к году. По итогам 2014 г., доля такой продукции составила почти 50%. Цена на Аl-Sc-виды сплавов достигает отметки в 30 тыс. долл/т, в то время как стоимость первичного алюминия на Лондонской бирже не превышает и 2.5 тыс. долл/т.

Рений – один из редчайших элементов Земли. Основным источником Re служат Mo- и Cu-Mo-руды порфировых месторождений, из которых его извлекают как попутный компонент. В этих рудах содержание Re варьирует от 0.01 до 1.0 г/т. В мире известно только одно экономически выгодное собственное месторождение Re -- на вулкане Кудрявый (о. Итуруп, Курильские острова). По запасам Re на первом месте в мире находится Чили, на втором – США, на третьем – Россия. Общие мировые запасы Re составляют около 2.5 тыс. т, в том числе 1.1 тыс. т в молибденовом сырье и 1.4 тыс. т – в медном (Mineral commodity cummary, 2018). Рений – метал стратегического назначения. В последние годы около 10% потребляемого Re тратится на производство катализаторов, а 80% – на производство тугоплавких специальных сплавов для атомной, авиационной и космической промышленности (лопатки газотурбинных двигателей, сопла ракет и самолётов), а также для изготовления высокотемпературных электродов и термопар. Мировая добыча Re в 2017 году выросла на 400 кг – до 52 т. Мировой лидер по добыче Re – Чили (27 т), второе место – Польша – 9 т, третье – США (8.5 т). Дефицит поставок Re оценивается примерно 3 т/год. Сегодня Re производится в России только из вторичного сырья. Для удовлетворения потребности Россия импортирует Re в основном из Казахстана и в меньшем объёме из Узбекистана и Армении. По прогнозам экспертов, потребность отечественной промышленности в Re может увеличиться к 2030 г. до 25–30 т. На территории Арктической зоны России Re может извлекаться попутно из руд Cu-Mo-Au-порфирового месторождения Песчанка (Западная Чукотка) и Mo-Сu-Au-порфировго месторождения Лобаш (Карелия). Однако запасы Re в этих месторождениях не подсчитаны.

Кадмий. Среднее содержание Cd в типовых цинковых рудах составляет 0.03%. По данным Геологической службы США, мировые запасы Cd оцениваются в 560 тыс. т. Около 300 тыс. т приходится на Китай, остальные (44 тыс. т) – на Австралию, Перу, Мексику и Россию. Кадмий извлекается из цинковых руд, либо производится при переработке отслуживших свой срок кадмий-содержащих изделий (обычно батарей). Мировое производство кадмия в 2017 году составило 23 тыс. т, в России – 1.3 тыс. т (Mineral commodity cummary, 2018). Вторичное производство Cd в мире составляет около 20% от полного металлического производства. Большая часть вторичного металла производится при переработке Ni-Cd батарей в Азии, Европе и США. Крупные потребители Cd – страны Азии, особенно Китай. Примерно 40% Cd используется для нанесения антикоррозионных покрытий на металлы. Около 20% идёт на изготовление кадмиевых электродов, применяемых в аккумуляторах. Ещё 20% используется для производства неорганических красящих веществ. Основанные на Cd сплавы используются в высокоскоростных двигателях внутреннего сгорания. Бельгия – существенный потребитель рафинированного Cd до 6 тыс. т/год, что составляет около 20% мирового производства данного металла. Одна тонна Cd в 2017 году стоила 1720 долларов США (Mineral ..., 2018). По сравнению с 2007 годом цены на Cd упали в 4 раза, что обусловлено уменьшением спроса на Ni-Cd батареи. В Арктической зоне России Cd может извлекаться попутно из полиметаллических руд месторождения Павловское (Новая Земля).