Безопасно и в срок: под Мурманском поэтапно ликвидируют опасную плавтехбазу “Лепсе”

Экология
Наталья Линкевич
28 Апреля, 2020, 09:46
Безопасно и в срок: под Мурманском поэтапно ликвидируют опасную плавтехбазу “Лепсе”
Фото: ПТБ Лепсе 40 лет назад в Мурманске

В Мурманской области продолжаются масштабные работы по вывозу отработавшего ядерного топлива (ОЯТ). На прошлой неделе на судоремонтном заводе «Нерпа», что расположен в 30-ти километрах от Мурманска, завершили очередной этап операции по загрузке ОЯТ из хранилищ плавтехбазы «Лепсе».

Мурманская область со времен Советского Союза лидирует по количеству объектов использования атомной энергии – речь об атомных подводных лодках, надводных кораблях, гражданских судах с ядерной энергетической установкой, Кольской атомной электростанции и, конечно, береговых объектах хранения радиоактивных отходов (РАО) и ОЯТ.

Разделка одного из самых ядерно- и радиоактивно-опасных объектов Северо-Запада России – плавучей технической базы (ПТБ) «Лепсе» началась в 2015 году. Необходимость срочной утилизации объекта стала очевидной более двадцати лет назад, но работы по проекту по причине нехватки средств и из-за других препятствий неоднократно откладывались.

Полвека в строю

«Лепсе» – судно технологического обслуживания атомного ледокольного флота России, было заложено на Николаевской верфи в 1934 году. Его назвали в память участника трех русских революций рабочего Ивана Лепсе. Теплоход строили несколько лет, работы завершили в начале второй мировой войны.

Только в 1959 году, когда стало ясно, что для нормальной эксплуатации первого в мире атомного ледокола «Ленин» необходимо судно сопровождения, решили вернуться к его эксплуатации – по причине наличия прочнейшего по тем временам корпуса.


Фото Алексея Арсентьева

В 1961 году судно переоборудовали для новых целей и в течение последующих 20 лет оно исправно служило интересам атомной отрасли: в частности, производило операции по перезарядке ядерных реакторов атомных ледоколов «Ленин», «Арктика» и «Сибирь». В 1981 году в связи с приходом в Мурманск новой ПТБ «Имандра» необходимость в работе «Лепсе» по обслуживанию атомных ледоколов отпала. Судно превратилось в плавучее хранилище ОЯТ и РАО.

Начало конца

В 1984 году судно «Лепсе» отправилось в свой очередной рейс, который завершился серьезными последствиями. Во время сильного шторма в море высокоактивная радиоактивная вода, которая охлаждала баки с ОЯТ, выплеснулась в помещение хранилища судна. Это происшествие создало неблагоприятную радиационную обстановку как в самом помещении хранилища, так и в соседних.

Кроме того, стало известно, что значительная часть отработавших тепловыделяющих сборок (ОТВС), находящихся в пеналах двух баков хранилища «Лепсе», имеют механические повреждения, что не позволило безопасно применять имеющиеся технологии обращения с ОЯТ. Требовалась разработка новых, безопасных и эффективных приемов извлечения ОТВС.

«Головная боль» экологов

Плавучая техническая база «Лепсе» была отбуксирована на 6-ой причал завода «Нерпа» в Мурманской области в сентябре 2012 года. В октябре 2014 года в тяжелейших метеоусловиях работники судоремонтного завода произвели докование объекта. Судно, которое к этому времени уже начали называть «плавучим Чернобылем», оказалось на суше, исключив потенциальную опасность для Кольского залива.

«Название «плавучий Чернобыль» появилось в 90-х годах прошлого века, когда широкой общественности стали известны подробности состояния хранилища отработавшего ядерного топлива ПТБ «Лепсе», – рассказал руководитель АНО «Беллона» (Мурманск) Андрей Золотков. – С 1994 года, когда у норвежской экологической организации Bellona появился проект «Лепсе», и этот проект был принят на исполнение с финансированием от зарубежных доноров (Европейский БАНК Реконструкции и Развития), произошло много различных событий: это и бесконечные конференции, семинары, обсуждения, когда вся деятельность осуществлялась на бумаге, и конкретные действия. Это можно долго рассказывать. На начальном этапе рассматривалось даже предложение о захоронении всего судна с «ядерной» начинкой на Новой Земле».

По словам Андрея Золоткова, с «Лепсе» с самого начала все было непросто.

«Могу вспомнить операцию выгрузки двух ОТВС из хранилища «Лепсе» в хранилище ПТБ «Имандра» где-то в 1997 году: так эта операция привела к серьезному радиоактивному загрязнению как технологических помещений и конструкций «Имандры», соседнего атомного ледокола и даже территории ФГУП «Атомфлот». Стало понятно, что выполнять операции с ОЯТ (отработавшими тепловыделяющими сборками) в пределах Росатомфлота небезопасно», – рассказывает эксперт.
До 2012 года, пока судно «Лепсе» находилось в акватории предприятия, было выполнено достаточно много подготовительных работ с целью улучшения радиационной обстановки на судне. В 2014 году провели операцию по переводу ПТБ из плавучего дока на стапельную плиту СРЗ «Нерпа»: судно переместили на сушу.

«Любое докование как атомного ледокола, так и любого судна с ядерными материалами на борту относится к потенциально-опасным работам, – продолжает Андрей Золотков. – Это связано с техническими подробностями, которые необходимо соблюдать на таких судах – например, обязательное охлаждение отдельных конструкций».
В то же время, по словам эколога, докование – это обязательная операция для любого судна или корабля.

«Но здесь я бы особое внимание обратил на другую операцию – это процесс как бы «вытаскивания» судна из дока на сушу с помощью судопоезда, – комментирует Андрей Золотков. – Практически по сантиметру движение огромной конструкции с палубы плавучего объекта на землю.


 Мне приходилось принимать участие в такой операции на СРЗ «Нерпа» в 2003 году, когда вытаскивали ПТБ «Имандра» из того же плавучего дока «Паллада» в эллинг завода для выполнения выгрузки ОЯТ атомной подводной лодки «Курск». В этом случае ПТБ должна практически автономно обеспечивать все аспекты безопасности. После окончания выгрузки ОЯТ из «Курска» ПТБ «Имандра» была перемещена в плавучий док и продолжает работу. Вот только в отношении «Лепсе» эта операция была только в одном направлении – на сушу для разделки на части. Как видите, в 2003 году «Имандра», в 2014 – «Лепсе» – операции перевода судов из дока на сушу выполнены без инцидентов. «Нерпа» хорошо выполнила эти работы».

«Мы чистим планету»

Так шутит технический персонал СРЗ «Нерпа», который осуществляет на практике уникальные решения большой команды ученых, проектантов, специалистов, производителей специального оборудования, работающих над проектом, связанным с ПТБ «Лепсе». Сроки выполнения непростых работ экологам оценивать сложно.

«В случае с «Лепсе» после его перехода на «Нерпу» камнем преткновения стала первая атомная подводная лодка (АПЛ) «Ленинский Комсомол», которая занимала место на стапельной плите завода, это вызвало задержку с планами утилизации «Лепсе», – поясняет Андрей Золотков. – На мой взгляд, когда «Лепсе» вытащили на сушу, после этого дело было не в выполнении планов и сроков, а в соблюдении всех требований безопасности. Здесь можно и задержаться, если возникли непредвиденные обстоятельства. Сам факт нахождения ПТБ на суше уже свидетельствовал о исчезновении прозвища «плавучий Чернобыль»».
В наши дни самый ядерно-опасный плавучий объект «Лепсе» заметно теряет свою радиоактивность. Как сообщили в пресс-службе СРЗ «Нерпа», больше половины ОТВС из баков хранилища уже выгружено. Вместе с недавно отправленной партией это составляет 348 из 639 ОТВС. Уже началась подготовка к выгрузке четвертой партии.

Уникальный проект

Проект по утилизации ПТБ «Лепсе» не имеет аналогов в мировой практике. 

«Проект уникален на всех стадиях – от перевода на сушу до строительства здания-укрытия для выполнения потенциально опасных работ с помощью современных роботизированных технологий, – комментирует Андрей Золотков. – На ПТБ «Лепсе» применялся метод хранения ОТВС в пеналах (это такие длинные цилиндрические конструкции). Сама ОТВС – это конструкция около 3-х метров длиной, тоже цилиндрическая по форме. Вот как бы один цилиндр в другом. Такой метод временного хранения ОТВС больше не применяется».
Поэтому, как объясняет эксперт, маловероятно, что в будущем может быть применен метод хранения ОТВС, аналогичный хранилищу «Лепсе».


Схема выгрузки ОЯТ

«В настоящее время хранение ОТВС осуществляется в чехлах. Чехол – это конструкция, которая объединяет в себе как бы несколько пеналов, бывает на 5 и 7 «пеналов» (самые распространенные) и на 3 «пенала», как в случае с «Лепсе», – продолжает Андрей Золотков. –  Так вот на «Лепсе» вырезают пенал с ОТВС и помещают его в чехол.


Чехол в защитном контейнере отвозят к ПТБ «Серебрянка», где его загружают в транспортно-упаковочный комплект (ТУК). Эти ТУКи «Серебрянка» транспортирует на территорию ФГУП «Атомфлот», где их впоследствии загружают в железнодорожные вагоны и отправляют на ПО «Маяк» (г. Озерск, Челябинская область)».

 Безопасность – в приоритете

Проекты по ликвидации ядерного наследия в Мурманской области реализуются по самым высоким стандартам, отмечает Андрей Золотков.

«Губа Андреева, губа Сайда и Гремиха – эти проекты как по масштабу, так и по финансовым затратам во много раз превышают проект «Лепсе», – делится эксперт. – Пришлось увидеть это все своими глазами: от состояния времен Советского Союза до настоящего времени. Честно говоря, даже не предполагал, что могут произойти такие разительные перемены за относительно короткий срок – еще не прошло и двадцати лет по этим проектам».

Для решения проблем по «атомному» направлению не бывает быстрых, коротких и полных решений, уверен Андрей Золотков.

«Вот почему часть общественности решительно выступает против атомной энергетики. Возьмите аварию на американской АЭС «Three Mile Island», трагедию в Кыштыме, Чернобыль, Фукусиму – нигде нет окончательного разрешения проблем. При том объеме работ, который уже выполнен, осуществлен и планируется сделать в Мурманской области, можно говорить только о положительных тенденциях на этом «фронте». Да, есть задержки по времени, но они несущественны для таких проектов. Качество отвечает современным решениям и требованиям безопасности. Практически во всех проектах осуществляется международное сотрудничество. Для примера могу привести ежегодную практику проведения международных семинаров, открытых для СМИ и общественности. Ничего не надо улучшать и давать советы специалистам не рекомендую – предыдущие работы показали, что все делается с соблюдением самых высоких стандартов», – заключил эколог.

***

Наталья Линкевич, специально для GoArctic.


далее в рубрике