Сейчас в Арктике:
Ледоход

На театре Северного флота

На театре Северного флота
4 Февраля, 2018, 12:09
Комментарии
Поделиться в соцсетях

"Театр!.. Любите ли вы театр так, как я люблю его…"

Неистовый Виссарион.

 

"Театр начинается с вешалки"

Приписывается Станиславскому.


Так вот. Театр для моряка начинается не с вешалки, а секретных карт масштаба 1:100 000. И это не тот театр, билеты в который продаются в кассах Тикетлэнда, билеты в этот театр распространяются в военкомате. А спектакль начинается только через пять лет после их получения.

Конечно, я о театре военных действий (ТВД), который в мирное время на флоте стыдливо именуют театром плавания или театром главной базы.

Карта Театра.jpeg

На Северном флоте их четыре:

  • театр собственно главной базы, от реки Ворьема до мыса Святой Нос,

  • театр Бел ВМБ, акватория Белого моря от линии, соединяющей мысы Святой Нос и Канин Нос,

  • театр Новоземельской ВМБ, включающий западное побережье островов Северный и Южный, остров Колгуев и пролив Карские ворота,

  • Карское море, включая Обскую губу. 

Как правило, любой штурман и/или корабельный офицер, несущий вахту вахтенным офицером, за время службы изучает один из трёх, упомянутых первыми, четвёртый – факультативно, по особому распоряжению. Но находились счастливчики, которым удавалось изучать и по два театра. Гремихинские надводники в силу расположения Островного изучали все три. Ну, так-то Гремиха, там даже оконные рамы тройные, и собаки летают…

Честно говоря, изучение театра доставляло мне необыкновенное удовольствие. Но не сразу.

Зачёты, проводимые флагманским штурманом бригады, быстро отбивают стремление сдать на халяву: «Ну, доложите, уважаемый Паша с СКР-16, сколько у нас на театре Больших Волоковых? А Оленьих? А! Вы думали, что речь идёт только о Больших Оленьих? Ну, идите, идите… Ещё вопрос? На удачу? Что такое Пахта, знаете? Не лингвист? Не обязаны знать поморские словечки? Вали отсюда, лейтенант, не обязан… Ты всё обязан знать, что на карте написано! И что не написано – тем более!».

После таких дрессировок из секретного ящика достаются уже упомянутые карты, к ним добавляется обзорная 01102, рулевые нарезают кальку листами формата А4, и вечернее время посвящаешь рисованию цветными шариками (шариковыми ручками). На кальку наносится береговая линия, опасная и предупредительная изобаты, прорисовываются все огни и знаки, запоминаются очертания берегов, расположение отличительных глубин, банок и мелей… Районы – запретные и опасные, ФВК и РК – как минимум на пяти из них нужно было безошибочно знать нумерацию колен и названия точек, которые звучат сладкой музыкой для любого североморца при возвращении в базу: «Проходим точку «Живете»… Наблюдаю приёмный буй в точке «Яко».

Но мало знать очертания берегов – районы рассредоточения, именуемые в мирное время районами якорных стоянок, надо изучить лучше собственной квартиры, чтобы при взгляде на экран РЛС можно было сразу понять: несёт тебя на Кильдин Могильный и надо играть экстренное приготовление к бою и походу – или у тебя ещё есть время произвести успокаивающий доклад командиру. 

Мотовский залив, оба Кильдина, Териберка и Семиостровский рейд вычерчивались на больших листах, и через некоторое время на этих кальках свободного места не было, всё свободное пространство заполняли рисунки и тексты из Лоций, Огней и Знаков, личные наблюдения и советы флагманского штурмана и прочих бывалых, очищенные от шелухи иронических замечаний и подтрунивания.

А узкости? Узкости! Тут тебе и Печенга, и обе Волоковые в Варангер-фьорде, и Мотовский, и Лица, и Ара родимая, и Ура с Порт-Владимиром, и Кольский – аж на три колена… Тут точно от зубов отскакивает: и курсы, и поворотные пеленга-дистанции.  На смертном одре вспомнишь: 238 – 222 – 174,5 – 197 – и вот они подводницкие причалы справа, а на корне третьего комбриговский уазик стоит, сейчас драть будут за невыполнения плана БП… 

Лоции… Великие книги. В преамбуле лоции Мурманского берега, адм.№1102, который, собственно, и есть «от реки Ворьема до м. Святой Нос», говорится, что первая лоция этих мест была составлена двумя остзейскими немцами по результатам гидрографических работ, проведённых под их руководством – Рейнеке и Литке (ледорез, помните?). Как можно не изучать книгу, начало которой положили такие великие моряки! 

Именно в Лоции и есть «словарь поморских слов и выражений» с этими замечательными «кошками», «пахтами», «волоками» и прочими бриллиантовыми брызгами ещё того, допетровского русского языка… Только изучив его и поймёшь, почему «Сундуки», «Бык», «Кувшин» («Пять! Пять Кувшинов на театре, Паша! Иди отсюда, вот все пять  найдёшь –  приходи!»).

 А какие там картиночки – ни за что берег не узнаешь по таким картиночкам! Пока хотя бы пару раз  глазами с моря не увидишь. А прочтёшь такое: «В 2 кабельтовых к SW от мыса Могильный рейда Кильдин Восточный находится затонувшее судно, надстройки которого обнажаются при малой воде» - и сразу вспомнишь рассказ Виктора Викторыча Конецкого о его спасательной экспедиции именно в этом месте.

«На восточном берегу губы Ивановская можно наблюдать полуразвалившиеся бревенчатые строения» - я увидел их однажды, и швартовные рымы, вделанные прямо в тело скалы с гарантированной глубиной под ними 28 м тоже увидел…

«В период нереста семужьих стоянка на якорь в губе Дроздовка запрещена» - а мы стояли как-то там на якоре, именно в период нереста, и вода кипела у борта, а мы таскали эту сёмгу камбузными лагунами, забрасывая их на три-четыре метра на проводниках… Засолили неумело – загубил и рыбу, и икру Коля Абрамчук, бездарь, баталер  продовольственный…

«Нечистый грунт губы Большая Волоковая плохо держит якоря, поэтому при постановке на якорь требуется соблюдать особую осторожность» - ага, только прочитал ты это, отличник, когда мы там якорь потеряли, ураганом нас  тащило в ту злополучную ночь…

Огни и знаки – дуализм этих объектов многим, жаждущим зачёта, испортил нервы. Они ведь и на картах – в виде звёздочек с окружностями разных цветов, дугами секторов видения и многозначительными аббревиатурами типа  КрЗлГрПр14с22М или треугольничков триангуляционных пунктов – и в книжке: с описанием, рисунком или фотографией.

Так без книжки-то и характеристику не дашь, хоть ты семи пядей во лбу. В книге, кроме этого есть и другие полезные про них сведения: высота установки знака/маяка от уреза воды, габаритная высота. Если дальномером умеешь пользоваться, никакая РЛС не нужна – навёл дальномер на белую башню Кильдина Северного, перечёркнутую несколькими широкими красными полосами, поставил отражённое изображение на голову прямому, снял отсчёт минут – профит из таблички в МТ-75!

Увидел я Огнях и знаках фото Святоносского маяка – не поверил! Не может такого быть: крепостная башня восьмигранной пирамидой, накрытая конусной крышей! Потом много раз его вживую разглядывал: и с моря, и высаживался под ним – вся мощь Русского Севера в этой башне.

А как красивы огни Мурманского берега ночью! Спускаешься на юг по третьему ФВК – вон они! Далеко справа 30 моргает Вайдагубский своим зелёным проблеском, почти по носу Цыпнаволок приближается, уже не искорка в ночи, а хорошо видимые красные и белые вспышки мощного светового прибора на бетонной башне справа на траверзе. Его меняет знакомый светофор Сетьнаволока – красные и зелёные проблески словно регулируют движение в точке «Живете», открывают нам дорогу в базу…

В бездонной черноте с левого борта в это время долго ничего не видно, и только доклад сигнальщика: «Тащ… Кильдин Северный открылся»,  добавляет твоим ногам работы – теперь надо носиться к пеленгатору и на левый сигнальный…

… Вот  Летинский заморгал своим белым призрачным светом, и Кольский ведущий створ открылся прямо по курсу: «Товарищ командир, да входа в узкость тридцать минут!». 

Зимой глаз примерзает к пеленгатору, пока разглядишь всю эту новогоднюю ёлку, разбросанную по горизонту, да загонишь пузырёк уровня на ноль, прежде чем пеленг снять…  Так и ходишь до тепла с красными кругами вокруг глаз.

И это только часть того, что называется Театр. Театр Главной базы. Есть ещё секретные описания губ и заливов с базами флота, есть манипулируемые и заморбличенныеогни и знаки, предназначенные для работы во время войны, когда погаснут яркие огни маяков, а работу радионавигационных систем и ГЛОНАССа забьют средствами РЭБ.

И знать это, и уметь использовать – Профессия.

А вы говорите – вешалка, пыльный запах кулис…

Еду с работы домой в темноте, смотрю на огни придорожных деревень вдали, вижу где-то далеко мигающий светофор, огни заправок – и вспоминаю театр Главной базы: от реки Ворьема до мыса Святой Нос…

Автор: капитан 1 ранга запаса, ветеран Северного флота

Павел Георгиевич Вишняков.

Комментарии