Сергей Никоноров: «Надо готовить экономистов для будущего»

9 Февраля, 2021 | 16:57
Сергей Никоноров: «Надо готовить экономистов для будущего»
Фото: Вадим Кантор, GeoPhoto


О профессии экономиста, о том, где её получить, о специфике арктической экономики и современных методах обучения студентов рассказывает Сергей Никоноров – доктор экономических наук, профессор кафедры экономики природопользования, директор Центра исследования экономических проблем развития Арктики Экономического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, профессор кафедры Общей экономической теории Московской Школы Экономики МГУ, эксперт по устойчивому развитию ПОРА, академик РЭА (Российской Экологической Академии), член Общественного Совета при Роснедрах Минприроды России.

 

– У многих есть ощущение, что экономика – наука отчасти теоретическая и нобелевские премии в этой сфере дают обычно за какие-то глобальные исследования. Нас же больше интересуют её практические направления. Какие из них самые актуальные и перспективные сегодня, на ваш взгляд?

– Сегодня экономика развивается в разных сферах, и нобелевские премии чаще получают исследования, связанные с климатом, с когнитивной и монетарной экономикой.

Есть разные тренды. Такие, например, как «зелёная» экономика, циркулярная, «синяя». «Зелёная» и «синяя» экономики ближе к экономике устойчивого развития. В целом экономика сегодня является наукой в развитии, связанной со многими другими научными дисциплинами. Мы ищем точки соприкосновения для совместных исследований с биологами, химиками, с представителями мехмата, ВМК, с географами, почвоведами, с юристами и так далее. Именно на таком междисциплинарном уровне и возникают самые интересные результаты.

В целом же экономике необходимы как учёные, так и практики. У нас на экономическом факультете МГУ как раз мирно сосуществуют два направления подготовки: первое – чисто экономическое, а второе – менеджмент, то есть обучение для работы в сфере реального управления.


– Насколько можно говорить о специфике арктической экономики? Есть ли таковая и насколько она отличается от обычной?

– Сегодня Арктика является полигоном для новаций, полигоном для того, чтобы именно в Арктической зоне применить, использовать какие-то новейшие модели развития. Это и возобновляемые источники энергии, и вообще элементы «зелёной» экономики, которых там много, это элементы «зелёных» финансов.


– А что такое «зелёные» финансы?

– Это Green Bonds – эмиссия облигаций и привлечение средств от государственных структур и частных лиц на какие-то «зелёные», экологические проекты. Поэтому на сегодняшний день Арктика и арктические проекты, по крайней мере, в нашей стране могут быть, что называется, пилотными. Ведь если мы в такой непростой зоне, как АЗРФ, сможем их запустить, то в других макрорегионах – на Дальнем Востоке, в Поволжье, в Центральном регионе мы можем за них браться уже смело.


– Где лучше получить экономическое образование, имея в виду не столько научную карьеру, сколько практическую работу «в поле»?

– Существует три уровня экономического образования в нашей стране. Это не значит, что они принципиально отличаются по качеству, просто они «заточены» под разные задачи.

К первому относятся МГУ и СПбГУ. Они дают фундаментальные знания. Оба университета относительно автономны от Министерства образования, в государственном бюджете есть отдельные статьи на их финансирование.

Мы в МГУ, например, сейчас выдаём не только дипломы бакалавра или магистра, но и аспирантам, и даже кандидатам и докторам наук. Это диплом не Минобразования, который выдавала вам ВАК, а собственный диплом МГУ. То есть, у нас собственная ВАК, состоящая из самых видных учёных – академиков, членкоров, непосредственно работающих в той или иной научно-практической области, в нашем случае – в экономике. Примерно так же дело обстоит и в СПбГУ.

Надо отметить, что у нас в МГУ экономическое образование даёт не только экономический, но и другие факультеты. Их порядка семи-восьми – это и факультет госуправления, и Высшая школа бизнеса, и Высшая школа государственного администрирования, и Московская школа экономики.

Второй уровень – это крупнейшие региональные государственные вузы. Такие, как Томский и Новосибирский университеты, Южный федеральный университет в Ростове-на-Дону и в Таганроге, Казанский федеральный университет. Это не просто крупные университеты, а целые, можно сказать, научно-учебные агломерации, конкурентоспособные не только в России, но и на мировой арене. Из питерских вузов я бы назвал, помимо СПбГУ, Санкт-Петербургский государственный экономический университет, в котором слились вместе три или четыре вуза. Из московских – это Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, также в свое время объединившая в себе два вуза, МГИМО, Финансовый университет.

Третий уровень – это региональные прикладные университеты. Третий уровень – не значит плохой. Наоборот, я бы сказал, это то направление, по которому должно развиваться наше образование дальше. Чем отличается третий уровень от первого и второго? Если первый и второй – это всё-таки уровни фундаментального образования, фундаментальных знаний, когда человека готовят к научной карьере или как специалиста, прежде всего, в макроэкономике, то третий это не просто микроэкономика, а, скорее, отраслевая экономика, прикладная, когда экономистов готовят для конкретных предприятий.

Возьмём в качестве примера Чувашский государственный университет. В регионе есть крупный центр машиностроения – тракторный завод, и вуз готовит специалистов именно для этой отрасли. В других регионах вузы готовят специалистов по другим направлениям, например, для энергетики. Специфика в том, что здесь основную ставку делают на экономистов-прикладников, а не экономистов-фундаменталистов, которые хорошо разбираются, прежде всего, в макроэкономических аспектах.


– А есть вузы, которые готовят экономистов именно для работы в Арктике? И в чём тут должна быть особая специфика подготовки?

– Тут есть один очень важный аспект. Экономистов готовят и в Петрозаводском, и в Мурманском государственных университетах, и в других арктических вузах. Но специфика подготовки специалистов должна основываться на том, что и экономика арктическая довольно специфическая. И сейчас нет смысла готовить их к обычной индустриальной экономике, которая уже ушла или, по крайней мере, уходит. То есть, надо готовить экономистов для будущего.

Если же мы готовим их пока для экономики XX века, нужна нам такая экономика в Арктической зоне Российской Федерации? Наверное, нет. Её сегодня там нет, на сегодняшний день экономика-то поменялась. Мы живём уже в XXI веке, причём в 21-м году XXI века. То есть, 2021 год определяет новые цели и задачи, и вот это-то и является краеугольным камнем сегодня, камнем преткновения. Потому образовательная сфера в таких прикладных, отраслевых университетах и должна очень здорово поменяться и поменять вектор.

А когда мы спрашиваем наших коллег из различных университетов, как их выпускники устраиваются, главный критерий там очень простой: главное, чтобы они на бирже труда не стояли. А где они и как работают – это вопрос второй. Тут возникает резонный вопрос: а зачем они тогда учились «на экономиста»?


– Как раз в этой связи один из самых важных вопросов. Получив диплом экономиста, где и в каких сферах можно найти интересную и хорошо оплачиваемую работу, в том числе в Арктике?

– У нас бытует два основных представления о том, кто такой экономист, где он работает и чем конкретно занимается.

Одни говорят: «Это банки, это какие-то финансовые компании, корпорации, финансовые учреждения. Вот вам – туда. Вы экономист – вам туда и дорога». И чем лучше бренд, имидж твоего университета, вуза, тем в лучший банк ты и устроишься.

Другие говорят: «А кто такой экономист? Наверное, это где-то планово-финансовый отдел при каком-то предприятии какой-то сферы, где сидит человек. Либо он плановик, либо он ценами занимается...»


– И в том, и в другом случае это, скорее, устаревшие представления?

– Несомненно. Поясню на примере своих студентов. Тут прослеживаются довольно интересные тенденции. «Чистых» экономистов, как я заметил, в большей степени интересует именно работа управленца, причём необязательно топ-менеджера, а именно управленца среднего уровня, и они говорят: «Мы учимся здесь, чтобы быть классными специалистами. То есть мы ими должны быть». А те студенты (не все, конечно), которые учатся на менеджменте, они больше заинтересованы в организации собственного дела, как его открыть, как стать предпринимателем.

И здесь, как мне кажется, и надо сконцентрировать усилия преподавателей. То есть, не просто читать всё для всех, да ещё и используя устаревшую терминологию, понятия, а давать студентам именно то, что они предполагают использовать потом в своей работе, специализации. После, конечно, усвоения базового курса.

 

– То есть мы говорим о максимально ранней специализации?

– Именно. Надо ещё на первом курсе проводить со студентами тестирование, в том числе, привлекая психологов. Важно ведь понять и тип темперамента – сангвиник ты или холерик, интроверт или экстраверт, и определить твоё внутреннее содержание, кто ты по сути – ты предприниматель, либо ты классный специалист? Если ты классный специалист, то где, в какой сфере, и что тебя по-настоящему интересует?

С другой стороны, необходим чётко сформированный запрос от работодателей, своего рода ТЗ: в ком именно они сейчас нуждаются или будут нуждаться в ближайшем будущем. А пока тем же производственникам приходится выпускников переучивать на собственных многомесячных курсах. Но ведь это колоссальная потеря времени?

Мы у себя в этом направлении движемся, плотно работаем с бизнесом, создаём новые, современные программы, которые изначально могут объединить интересы и бизнеса, и наших студентов ещё в процессе обучения в вузе. В реализации таких программ в Арктике должна быть заинтересована и местная власть, как региональная, так и муниципальная.

Я на своих курсах максимально широко стараюсь знакомить студентов с нашими арктическими проектами, с «Полярным индексом», то есть рейтингом компаний, работающих в АЗРФ, с проблемами моногородов, с устойчивым развитием именно арктических городов в целом. Мы организуем различные проектные группы, где у каждого студента своя функция, стараемся «пересекать» эти проектные группы между собой, и ставить перед ними не абстрактно-научные, а совершенно реальные задачи, решения которых требует современная арктическая экономика. И я студентам всегда говорю: «Представьте себе, что вы представляете проект не Сергею Михайловичу, как вашему профессору, а реальным инвесторам, представителям общества – общественных организаций (их достаточно много сейчас), представителям бизнеса, компаний, которые могут быть для вас как партнёрами, так и работодателями».

На этих примерах я вижу, что вполне в наших силах – создавать максимально востребованную современной экономикой систему образования. Даже не создавать её надо, а просто видоизменить, немножечко поменять, не забывая фундаментальных основ. Именно за таким подходом будущее.

далее в рубрике