Смерть в Арктике полярника и поэта А. Жохова стала темой арт-исследования в Норильске, а история его любви соединила прошлое с настоящим

Одна из работ триптиха Владимира Бекмеметьева. Фото: Галина Нодь / предоставлено пресс-службой Музея Норильска

В Полярной арт-резиденции Музея Норильска открылась итоговая выставка резидента – поэта, прозаика и художника из Перми Владимира Бекмеметьева: он представил художественный проект «Ни вплавь, ни впешь»*. Мифопоэтическое исследование Владимира Бекмеметьева посвящено эпизоду арктической истории – смерти в марте 1915 года 29-летнего русского полярника, лейтенанта Российского флота, гидрографа и поэта Алексея Жохова, одного из членов экспедиции на ледоколе «Таймыр», который участвовал в первом в истории сквозном переходе из Владивостока в Архангельск по Северному морскому пути. Проект исследует образ Жохова как поэта-мореплавателя и визуализирует его тексты, вписывая цитаты в композиции. В центре выставки – триптих, выполненный в технике бриколажа. При подготовке экспозиции казалось, что прямой связи между Алексеем Жоховым и Норильском нет, но её – как «последний штрих» художественной концепции – создала сама жизнь: на вернисаж пришел Александр Жохов, потомок рода Жоховых. Коренной норильчанин, сценарист и режиссер театра, телевидения и кино, ныне живущий в Санкт-Петербурге, Александр Жохов случайно оказался в этот период в Норильске и узнал о выставке. Так вышло, что Александр добавил к идее экспозиции не только арктическую связь, но и новый смысл, поделившись с гостями вернисажа трагической историей семьи – историей любви и мечты, которой не суждено было сбыться. Об этом сообщает пресс-служба Музея Норильска.

Триптих, выполненный в технике бриколажа, автор, резидент Владимир Бекмеметьев и куратор PolArt, директор Музея Норильска Наталья Федянина. Фото: Галина Нодь / предоставлено пресс-службой Музея Норильска

Алексей Жохов был участником Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана (ГЭСЛО, 1910–1915), организованной с целью освоения Северного морского пути. Как рассказывают искусствоведы музея, ГЭСЛО – одна из самых ярких и успешных, но при этом – самых «тихих» и неупоминаемых страниц истории русской Арктики. Хотя именно ее участники совершили последнее великое географическое открытие на планете – открыли Северную Землю в 1913-м году. В составе ГЭСЛО было два ледокольных парохода – «Вайгач» и «Таймыр». В 1910–13 гг. экспедицией руководил Иван Сергеев, потом, до 1915 года – Борис Вилькицкий. ГЭСЛО продвигалась с востока на запад, сделав описание северного побережья Восточной Сибири и многих островов, собрав большое количество данных о течениях, ледовой обстановке, климате и магнитных явлениях.

Фрагменты композиций триптиха. Фото: Галина Нодь / предоставлено пресс-службой Музея Норильска

С юности Алексей Жохов писал стихи, которые публиковались в литературных журналах и сборниках. Тяжело заболев во время зимовки ГЭСЛО, перед смертью сочинил сам себе стихотворную эпитафию. Она размещена на кресте над его могилой, который до сих пор стоит на мысе Могильном, на севере Таймыра.

Под глыбой льда холодного Таймыра,
Где лаем сумрачным испуганный песец
Один лишь говорит о тусклой жизни мира,
Найдет покой измученный певец.
Не кинет золотом луч утренней Авроры
На лиру чуткую забытого певца –
Могила глубока, как бездна Тускароры**,
Как милой женщины любимые глаза.
Когда б он мог на них молиться снова,
Глядеть на них хотя б издалека,
Сама бы смерть была не так сурова,
И не казалась бы могила глубока.

Строки эпитафии использованы Владимиром Бекмеметьевым в одной из работ экспозиции, и здесь же возникает новая связь и новый смысл: по рассказу потомка рода Жоховых, нашего современника Александра Жохова, трагизм истории любви полярника Алексея Жохова был в том, что его избранницей стала двоюродная сестра, Нина Жохова (Александр – правнук одного из её родных братьев). Молодые люди любили друг друга семь лет, но их родители были категорически против близкородственного брака. Тем не менее, Алексей Жохов перед экспедицией сделал предложение кузине. Смерть жениха изменила жизнь Нины навсегда. Она так и не вышла замуж, ушла сестрой милосердия на фронт Первой мировой войны, потом работала в больнице. Перед смертью попросила родственницу сжечь все письма Алексея – несколько сотен. Александр Жохов тоже был вдохновлён этой историей и в 2019 году сделал по ее следам документальный фильм «Последнее письмо».

Строки автоэпитафии Алексея Жохова в композиции Владимира Бекмеметьева. Фото: Галина Нодь / предоставлено пресс-службой Музея Норильска

Сейчас имя Жохова носит впервые увиденный им остров в составе Новосибирских островов, которые относятся к Республике Саха (Якутии). Как рассказал автор работ норильской экспозиции Владимир Бекмеметьев, вошедшие в неё работы – своеобразный атлас путешествия Алексея Жохова, который сочетает коллажи и текстуры, отсылающие к мореплаванию и северной природе, фрагменты текстов и образов, обрамляющих путь героя навстречу судьбе и гибели. Произведения Владимира Бекмеметьева содержит много элементов, которые нужно расшифровывать: по цифрам и кьюар-кодам можно найти источники и узнать больше, по-новому прочесть и интерпретировать цитаты из стихотворений не только Алексея Жохова, но и норильских поэтов – с их книгами резидент работал в научной библиотеке музея.

«Ни вплавь, ни впешь», по словам автора, – исследование не историческое, но мифопоэтическое: «не реконструкция биографии, а построение мира-грезы, северного краемирья, где поэту позволено существовать иначе».

*«Ни вплавь, ни впешь» – знаменитая строка древнегреческого поэта Пиндара, жившего в первой половине V века до нашей эры. Полная цитата в классическом переводе Михаила Гаспарова звучит так: «Но ни вплавь, ни впешь никто не вымерил дивного пути к сходу гипербореев...» («Пифийские песни», Ода 10, строфы 29–30). Пиндар говорит о мифической северной стране Гиперборее. Согласно представлениям древних греков, смертный человек не способен добраться туда обычными путями – ни по воде, ни по суше. По сюжету оды, попасть туда смог только герой Персей, но и его туда вела богиня Афина.

**«Бездна Тускароры» – впадина Тускарора, историческое название Курило-Камчатского жёлоба, глубоководной океанической впадины в северо-западной части Тихого океана. Название использовалось в географии и океанографии до начала 1950-х годов. Название было дано в честь американского океанографического судна «Тускарора» (USS Tuscarora), которое в 1874 году проводило серию глубоководных промеров в северной части Тихого океана (само слово «тускарора» обозначает индейское племя ирокезской языковой семьи).

Александр Жохов фотографирует строки Алексея Жохова на композиции Владимира Бекмеметьева. Фото: Галина Нодь / предоставлено пресс-службой Музея Норильска