Сейчас в Арктике:
Грибы/ягоды

Сохранение тепла в крестьянском доме

Сохранение тепла в крестьянском доме
19 Августа, 2019, 08:35
Комментарии
Поделиться в соцсетях
Зимняя изба дома-двора В.Я. Клокотова в музее Малые Корелы


«Не гостеприимен этот край по своей природе, но много в нём богатства в пушном и морском звере и рыбе. Немудрено поэтому, что, несмотря на суровый климат, он манил к себе с давних времен наших предков».[1] 

Природные богатства Русского Севера издавна притягивали к себе переселенцев из центральной и южной России, а климатические условия привели к появлению способов защиты жилища от мороза, ветра и высокой влажности. Это было одним из важных факторов в преобразовании крестьянской усадьбы с разрозненными строениями в северный комплекс дом-двор, который окончательно сложился в регионе к концу XVII века.[2]

На проблему сохранения тепла в домах исследователи начали обращать внимание уже в конце XIX – начале ХХ века. Например, в опросник этнографического бюро князя В.Н. Тенишева были включены пункты «защита от холода» и «отопление и освещение». Корреспондент общества в Олонецкой губернии А.И. Сенин в 1899 году включил следующее описание в вопрос «защита от холода»: 

«У зажиточного мужика и изба тепла, а дров и всех воля, жарят печи на славу: в поземке делают маленькую печку и топят её зимою по несколько раз на день короткими поленцами. Средняя температура зимою от 16 до 20 градусов и больше. К утру обыкновенно проносит. Бедные мужики обкладывают на зиму свои неражие избёнки снопами, оставляя открытыми одни окна, да и те в морозную ночь закрывают соломенными щитами. Двойные рамы – редкость и роскошь».[3]

Дерево – самый распространённый материал для крестьянских построек. Главной причиной его использования, конечно же, была его доступность. Северные губернии были богаты лесом, пригодным для строительства.

Среди достоинств древесины выделяются сравнительная лёгкость её обработки, прочность и низкая теплопроводность. Древесина, благодаря пористому строению, плохо проводит тепло. В связи с этим толщина стен деревянных зданий может быть значительно меньше, чем каменных. Например, по теплоотдаче венец[4] северной избы толщиной в 20 см эквивалентен стене в 3 кирпича 77 см. Коэффициент теплопроводности зависит от температуры воздуха, влажности древесины, породы дерева, направления теплового потока. В деревянных домах наблюдается и лучший обмен воздухом между внутренними помещениями и внешней средой – своеобразная естественная вентиляция.[5]

Тем не менее, не каждое дерево было пригодно для строительства. Чаще всего для этого использовали сосну и лиственницу. Благодаря плотной и смолистой древесине они плохо впитывают влагу.

Сосна           Лиственница


Не менее важной частью в процессе сохранения тепла в доме был подбор подходящего инструмента и способа рубки. Плотники в своём распоряжении имели разнообразный инструмент, но основным и любимым орудием на протяжении многих веков оставался топор: во время рубки он рассекает древесину и заминает волокна, благодаря чему влага не проникает в поры. Отметив эту особенность, плотники предпочитали дом рубить топором. Отсюда и название основного элемента постройки – сруб.

С древних времён плотники врубали одно бревно в другое, отступая от концов брёвен, так что их концы выступали за стены сруба. Примером такой рубки «с остатком» служит распространённая на Севере рубка «в обло» (или «в чашу»). При этом методе в бревне на расстоянии примерно 20 см от конца вырубалось полуцилиндрическое углубление («чаша»), которая является местом соединения с другим бревном. Получавшийся остаток на концах брёвен был ещё одним способом сохранения тепла в доме в условиях сурового северного климата. Дело в том, что 

«со стороны среза брёвна промерзают вдоль волокон древесины быстро и глубоко, а поперёк ствола – гораздо слабее. Поэтому промерзают выпущенные наружу концы бревён, а угол дома остаётся теплым; иначе дом начал бы промерзать прежде всего с углов».[6]

Рубка в обло.jpg
Рубка в обло


Для сохранения тепла и защиты от ветра продольные пазы в брёвнах прокладывали куделью (вычесанными волокнами льна или конопли), на которую укладывали высушенный мох, а затем накладывали верхнее бревно.

Во время укладки венцов настилали пол, но для сохранения тепла он был поднят над землёй. Получившееся пространство между землёй и полом избы называли подклетом. Его могли использовать для обустройства погреба или ледника, а также перестраивали в зимнюю избу.

Для защиты от продувания снизу делали пол двойным – чёрный и чистый, с земляной засыпкой между ними. Двойной пол – очень древняя особенность жилища на Севере. Такая конструкция была обнаружена в жилищах Старой Ладоги VIII – IX веков.[7]

Доведя избу до нужной высоты, в верхний венец параллельно переводам пола врубали матицу, служащую опорой для потолка. На неё настилали потолочины – толстые доски или горбыли. Набранный потолок оставляли сохнуть, после чего сдвигали разошедшиеся потолочины. Щели между ними густо промазывали глиной, а сверху заливали глиной с песком. Затем создавалась прослойка из высушенных листьев, мха, льняной кострики, которую сверху засыпали землёй. Следующим этапом собирался чистый потолок. Он подшивался гвоздями снизу к стенам и матице. Воздушная прослойка между двумя потолками защищала избу от остывания.[8]

Низкие двери и маленькие окна также служили для сохранения тепла в доме. Однако уникальным конструкторским решением стала крыша, надёжно защищавшая от дождя и способная выдержать толстый слой снега.

Торцевые стены завершали треугольными самцами, на которые укладывали продольные брёвна слеги. На слегах закрепляли деревянные крючья – курицы. Их главной задачей было удержать потоки – выдолбленные изнутри брёвна, служащие для водоотведения. В потоки в два ряда выстилался тёс. Для лучшей гидроизоляции между рядами тёса прокладывали берёсту. 

Поток на курицах. Дом-двор Н.Е. Шестакова в музее Малые Корелы.jpg

Поток на курицах. Дом-двор Н.Е. Шестакова в музее Малые Корелы


Сверху тесовая кровля фиксировалась охлупнем – бревном с вырубленным глубоким пазом. Торцы слег от влаги защищали полотенце и причелины – доски под скатами кровли, которые часто украшали резьбой.[9]

Причелины и полотенце. Крыша дома-двора Русиновых в музее Малые Корелы.jpg
Причелины и полотенце. Крыша дома-двора Русиновых в музее Малые Корелы


В северных и центральных губерниях Европейской России и на большей части территории Сибири все хозяйственные помещения двора объединялись в единый комплекс под общей крышей. Крестьяне, имея такой дом-двор, чувствовали себя защищёнными от погодных условий. Однако отапливались в таком доме только жилые помещения.

Древний способ топки печи – «по-чёрному» можно считать наиболее эффективным с точки зрения сохранения тепла в доме. Тем не менее, уже к середине ХIХ века такие дома, которые называли «курными» или «рудными» (Каргопольский уезд), сохранились только в отдалённых уголках Русского Севера. Самое большое их число исследователи встречали в бывшей Ошевенской волости Каргопольского уезда. Дома жителей этих деревень были переделаны на топку «по-белому» только в начале ХХ века.

Крестьяне Ошевенска выделяли ряд преимуществ «рудных» печей перед «белыми»:[10]

·        Для отопления изб «по-чёрному» затрачивалось значительно меньше дров, и после топки в них было очень тепло.

·        В «рудных» избах был сухой воздух, поэтому в них удобно сушить одежду, обувь, сети, полозья для саней и т.д.

·        Дым помогал сохранять древесину, и дома меньше гнили.

Важным фактором сохранения «рудных» домов в Каргопольском уезде была традиция: придерживаясь строгого старообрядческого уклада, консервативная часть населения препятствовала переделке изб.

Картину древнего северного дома ярко изобразил один из крупнейших исследователей деревянного зодчества А.В. Ополовников: 

«Курная изба поражает. Прежде всего рушатся привычные и, надо сказать, весьма поверхностные представления о том, что в такой избе всегда темно и грязно, что повсюду зола, сажа, копоть. Ничего похожего! Полы, гладко обтёсанные бревенчатые стены, широкие лавки, печь – всё сверкает чистотой, столь обычной для изб северных крестьян. На чистом столе – белая скатерть, на стенах вышитые полотенца и одежда, в «красном» углу – традиционный иконостас с начищенными до блеска окладами икон. И лишь несколько выше человеческого роста проходит граница, за которой царит чернота закопчённых верхних венцов сруба и потолка – блестящая, отливающая синевой как вороново крыло. Дым, расстилаясь по потолку, опускается всегда до определённого постоянного уровня. По этому уровню проходят вдоль стен широкие полки воронцы, которые чётко и, можно сказать, архитектурно отделяют светлую, чистую нижнюю часть избы от её чёрного верха».[11]
Потолок в избе дома М.А. Третьякова.jpg
Потолок в избе дома М.А. Третьякова


Центром «рудной» избы была большая глинобитная печь, почти примыкающая к внутренней стене избы и повёрнутая устьем к фасаду (на Русском Севере). Над печью чуть сбоку в стене делали волоковое окно с задвижкой. Над ним устраивали длинную вытяжную трубу из дерева – дымник. 

Дымник

Дымник на крыше дома Ф.А. Полуянова


Ставили печь на высокий рубленный опечек. Считалось, что, чем выше печь, тем выше стелился дым при топке. В большинстве случаев, когда топили печь, приходилось, кроме волокового окна, открывать дверь. В этом случае в избе был сквозняк, который даже при высокой температуре часто приводил к простудным заболеваниям. При высоком же опечке для вытяжки дыма было достаточно одного волокового окна. В стенах печи делали небольшие ниши – печурки, благодаря которым печь давала больше тепла. Также них сушили рукавицы и обувь. В сильные морозы некоторые крестьяне обедали в устье печи, мылись, предварительно разложив солому. Для таких случаев устье делалось большим.[12]

Чёрная печь

Чёрная печь в избе дома М.А. Третьякова


К середине XIX века большая часть домов Русского Севера уже была перестроена на топку «по-белому». Белая печь предполагала наличие трубы, соединённой с печью, для выхода дыма. Над шестком из кирпича выкладывался патрубок, собирающий дым, который выходил из устья печи. Из патрубка он поступал в горизонтально выложенный на чердаке боров, а оттуда в вертикальную дымовую трубу. Устройство борова защищало печь от дождя и снега, позволяло задерживать тепло, ослабляя тягу и замедляя горение, не давало возможности вылетать искрам наружу.

Такой тип топки был распространен также и в северных уездах Архангельской губернии – Мезенском и Лешуконском. Здесь, в отличие от каргопольских домов, отапливалась и горенка, которая зачастую устраивалась на повети дома. Делалось это в связи с тем, что дом могли начинать строить с хозяйственного двора для защиты домашнего скота от морозов. В таком случае семья проживала в поветной горнице, пока строилась изба.

Характерным признаком домов этих северных уездов являлась боковая или зимняя изба – это срубная пристройка к боковой части дома, поставленная прямо на землю. Она была предназначена для проживания в холодное время. Сюда же для обогрева приводили скот и держали молодняк.[13]

Зимняя изба отапливалась всегда. Она могла быть пристройкой к дому (например, в Мезенском уезде) или могла быть частью дома, чаще всего оборудовалась в подклете (например, в Каргопольском уезде). Основная изба также всегда имела печь. Но если в доме была устроена изба зимняя, то основная изба становилась летней. 

Горница -- парадное помещение в доме для приёма гостей, либо тут могли жить молодые после свадьбы, невеста перед замужеством. Горницы традиционно (до первой трети XX века) не отапливались только в Каргопольском уезде, на остальной территории там ставили печи. 

Все остальные помещения дома-двора (клети - кладовые, поветь - сеновал, хлева) не отапливались. А стены повети даже не конопатили паклей, потому что там всегда свободно должен ходить ветер, чтобы сено сохло и не гнило.

Климатические условия Русского Севера требовали как от местных жителей, так и от переселенцев особого отношения к сохранению тепла. Крепкий и тёплый дом стал необходимым условием выживания в северных землях. В такой постройке не было ни одной лишней детали, даже каждый декоративный элемент служил для защиты от холода или влаги. Формирование комплекса «дом-двор», в котором жилые и хозяйственные постройки объединены под одной крышей, стал ответом на суровые условия северного климата, он является единым производственным комплексом крестьянского хозяйства.

Дом-двор Я.А. Попова в музее Малые Корелы XIX век (д. Погост Каргопольского уезда Олонецкой губернии).jpg

Дом-двор Я.А. Попова в музее Малые Корелы  XIX век. 


Автор: Д.С. Вишняков, научный сотрудник научно-экспозиционного отдела музея «Малые Корелы».


[1] Архангельский край. Два чтения/ Издание пятое под ред. А.Ф. Соколова. – СПб.: Типография И.В. Леонтьева, 1904. – с.3.

[2] Шенников А.А. Длинный дом и крытый двор. Из истории строительной культуры крестьян лесной зоны Европы до конца XIX – начала ХХ веков. – СПб., 1992. – с. 130 – 136.

[3] Русские крестьяне. Жизнь. Быт. Нравы. Материалы «Этнографического бюро» князя В.Н. Тенишева. Т.6. Курская, Московская, Олонецкая, Псковская, Санкт-Петербургская и Тульская губернии. – СПб.: ООО «Деловая полиграфия», 2008. – с. 156.

[4] Венец – связь четырёх брёвен, соединённых врубками. Венцы образуют сруб – основу деревянной постройки.

[5] Лисенко Л.М. Дерево в архитектуре. – М.: Стройиздат, 1984. – с. 20.

[6] Бломквист Е.Э. Крестьянские постройки русских, украинцев и белорусов (поселения, жилища и хозяйственные строения) / Восточнославянский этнографический сборник. – М.: Издательство Академии наук СССР, 1956. – с. 68.

[7] Бломквист Е.Э. Крестьянские постройки русских, украинцев и белорусов (поселения, жилища и хозяйственные строения) / Восточнославянский этнографический сборник. – М.: Издательство Академии наук СССР, 1956. – с. 77.

[8] Бломквист Е.Э. Крестьянские постройки русских, украинцев и белорусов (поселения, жилища и хозяйственные строения) / Восточнославянский этнографический сборник. – М.: Издательство Академии наук СССР, 1956. – с. 78.

[9] Заручевская Е.Б. Про крестьянские хоромы. – М.: Арт-Волхонка, 2014.

[10] Власихина Н.Н. Интерьер курной (рудной) избы Каргополья. 1976. / Научный архив музея «Малые Корелы». Ф. 1, Оп. 1, Д. 2250, Л. 5-6.

[11] Ополовников А.В. Русский Север. – М.: Стройиздат, 1977. – с. 54.

[12] Власихина Н.Н. Интерьер курной (рудной) избы Каргополья. 1976. / Научный архив музея «Малые Корелы». Ф. 1, Оп. 1, Д. 2250, Л. 8-9.

[13] Пермиловская А.Б. Северный дом. Архитектурный каталог. – Петрозаводск: ПетроПресс, 2000. – с. 80.




Комментарии