Максим Цыганков: «Арктическая госполитика в нефтегазовой отрасли имеет институциональную гибкость»
Госполитика в нефтяной отрасли трансформируется от налогообложения валового дохода к налогообложению финансового результата проектов, подчеркнул представитель ПОРА
О действующей архитектуре мер поддержки нефтегазовой отрасли в России и путях их развития рассказал на Ямальском нефтегазовом форуме – 2026 руководитель аналитического направления ПОРА Максим Цыганков. Он выступил с докладом в ходе панельной сессии «Развитие Арктики в рамках комплексного проекта «Арктика и арктический транспортный коридор» 12 марта 2026 года в Новом Уренгое.
В России сформирована многоуровневая система налоговых стимулов, включающая специальные режимы НДД (налог на дополнительный доход), систему коэффициентов НДПИ и другие инструменты налоговой политики, направленные на запуск капиталоёмких проектов и формирование новой ресурсной базы страны, отметил Цыганков.
Основные инструменты поддержки нефтегазовой отрасли сосредоточены именно в налоговом законодательстве, тогда как режимы АЗРФ и ТОР изначально проектировались как универсальные инструменты развития территорий и используются нефтегазовыми компаниями преимущественно для инфраструктурных и сервисных проектов.
Государственная политика в отрасли постепенно трансформируется от налогообложения валового дохода к налогообложению финансового результата проектов, что особенно важно для разработки трудноизвлекаемых запасов и новых месторождений в Арктике и характеризует новый фискальных отношений, на котором государство разделяет с бизнесом риски по нефтегазовым проектам. Эксперты оценивают долю трудноизвлекаемых запасов в ресурсной базе российской нефти как превышающую половину, что требует дальнейшей адаптации налоговой системы, подчеркнул Цыганков.
Ключевым этапом в разработке трудноизвлекаемых месторождений является финансирование геологоразведочных работ. Цикл геологоразведки может достигать 10 лет при затратах более 10 млрд рублей на одну скважину и вероятности геологического успеха около 30%, что делает развитие специальных механизмов поддержки ранних стадий проектов одной из ключевых задач отраслевой политики.
Существующая система льгот в большей степени стимулирует добычу, чем переработку углеводородов. В этой связи перспективным направлением развития является расширение стимулов для более глубоких переделов, включая проекты СПГ, нефтегазохимии и переработки углеводородного сырья.
Арктическая госполитика в нефтегазовой отрасли имеет институциональную гибкость, подчеркнул Цыганков. В качестве примера представитель ПОРА привёл проект создания территории опережающего развития в Мурманске для реализации проекта «Новатэк Мурманск», который продемонстрировал способность государства адаптировать правовые режимы под стратегические инвестиционные проекты. Это стратегический проект в Белокаменке, включающий Центр строительства крупнотоннажных морских сооружений, который производит основания гравитационного типа для СПГ-заводов (в т.ч. для «Арктик СПГ-2»). Кроме того, в Мурманске после 2030–2032 гг. планируется создание собственного предприятия «Мурманский СПГ».
Участники форума также обсудили вопросы применения дистанционного зондирования Земли, информационного обеспечения морских операций в Арктике, развития технологий мониторинга Северного морского пути и использования искусственного интеллекта и беспилотных систем в нефтегазовой отрасли.
Ямальский нефтегазовый форум является одной из ключевых площадок обсуждения вопросов развития ТЭК в Арктике и формирования новых инфраструктурных и технологических решений для освоения северных территорий.
