Петроглифы Беломорья – наследники Онежской наскальной традиции. Часть II

Культура и искусство
2 Июня, 2021, 12:48
Петроглифы Беломорья – наследники Онежской наскальной традиции. Часть II
На фото: петроглифы мыса Пери Нос


Продолжение. Начало здесь


О хронологии и периодизации петроглифов Карелии

Конечно, всех исследователей интересовал возраст уникальных наскальных галерей Карелии. В XX веке начало традиции определённо связывалось с Беломорьем. Самой ранней группой петроглифов здесь единодушно признавались Бесовы Следки, чуть позже были освоены малые Безымянные острова, большой остров Ерпин Пудас и потом Залавруга с её совершенными многофигурными и экспрессивными композициями охоты на морских и лесных животных. Онежские петроглифы, по мнению В.И. Равдоникаса, Халльстрема и др., появились явно позже Беломорских, так как последние отражают охотничье искусство неолита, а на Онежском озере широко представленные мотивы, связанные с развитым космическим культом, которые говорят о существовании петроглифов в эпоху бронзы, т.е. произошли от наскального искусства скотоводов и земледельцев Скандинавии. Ю.А. Савватеев и ряд других исследователей (А.М. Жульников, Л. Яник, Я-М Гъярде), признавая петроглифы Карелии в основном неолитическими, всё же допускали существование некоторых наскальных групп в эпоху раннего металла, в частности, Старую Залавругу.

Развитие наскального творчества на Онежском озере по А.Д. Столяру началось с гигантских фигур знаменитой Триады (Бес, Налим и Выдра), затем появились многочисленные изображения крупных лебедей на этом же мысе. Позднее петроглифы (более мелкие по размерам и более схематичные) стали выбивать на соседних мысах и островах.

Вышеизложенные взгляды на датировку и эволюцию памятников наскального искусства Карелии не аргументированы, основаны на давних умозрительных представлениях о развитии наскального искусства Северной Фенноскандии, кроме того, входят в явное противоречие с имеющимися современными археологическими, геологическими и палеогеографическими данными.

В Карелии имеются большие возможности для установления датировки наскального искусства, особенно в сравнении с другими объектами первобытного наскального искусства. Так, многие группы петроглифов Залавруги и часть наскального полотна Ерпин Пудас I были перекрыты культурными слоями с довольно точно датированными находками, что дало возможность установить верхнюю границу существования петроглифической традиции в этом районе. Полученные за последние время научные данные о культурном и природном контексте Онежских и Беломорских петроглифов, накопленный обширный фактический материал по археологии, палеоботанике и палеогеографии позволяют поместить их в реальные временные рамки. Классификация и анализ самих изображений, находки новых групп и скоплений, в том числе самых ранних фигур, помогают наметить общие контуры и тенденции в эволюции данного наскального искусства.

Сегодня можно считать доказанным, что петроглифическая традиция Карелии берёт своё начало на плоских, далеко выступающих в воду скалах восточного берега Онежского озера. 

Пери Нос Мыс Пери Нос

Через несколько сотен лет она, по всей очевидности, не без прямого влияния Онежской, появилась и в 300 км севернее – в Юго-Западном Беломорье. Несмотря на то, что Онежские и Беломорские петроглифы отделяет друг от друга значительное расстояние, пройти его на лодках даже в древности не представляло серьёзных трудностей. От Онежского озера к побережью Белого моря издавна существовал водный путь, по которому по рекам и озёрам, местами волоком путешествовало местное население. В начале XX в. здесь появился знаменитый Беломорско-Балтийский канал.

Наскальное искусство Карелии возникло примерно около семи тысяч лет назад на Онежском озере и спустя несколько столетий -- у берегов Белого моря, в самый тёплый период атлантического времени. Общее время его существования менее одного тысячелетия в рамках ранней, развитой и поздней фаз эпохи неолита на Онежском озере и на развитом и позднем этапах в Беломорье. Это обстоятельство резко отличает их от аналогичных крупных памятников Северной Европы (Альта, Немфорсен, Канозеро и др.), создававшихся на протяжении многих тысячелетий и относящихся к разным эпохам. Петроглифы перестали выбивать более 5,5 тысяч лет назад вследствие похолодания, значительного подъёма уровня воды и затопления всех наскальных полотен. Спустя несколько сотен лет, когда уровень водоёмов снизился до прежних уровней, создание и почитание петроглифов вряд ли возобновилось по причине того, что новому населению наскальная культура была уже непонятной и чужой.       

В последнее десятилетие получены новые данные, которые позволяют наметить последовательность появления наскальных изображений, проследить их эволюцию. Совокупность полевых наблюдений, археологических и палеогеографических данных позволяет предположить, что низко расположенные над урезом воды рисунки относятся к числу наиболее древних как на Онежском озере, так и на реке Выг. В Онежском наскальном комплексе около десяти лет назад открыта группа петроглифов в устье реки Чёрной, которая отражает начальную стадию петроглифической традиции в Карелии. Здесь на низком прибрежном участке скалы находится группа едва заметных небольших по размеру наскальных изображений: водоплавающих птиц, лодки, знака простейших форм. Они выбиты неумело, с грубым и очень слабым рельефом, некоторые из фигур не завершены. В дальнейшем сильно расширяется территория с петроглифами, осваиваются острова, центр святилища перемещается на мысы Бесов Нос и Пери Носы. На средней стадии совершенствуется техника пикетажа и растёт число мотивов, размеры выбивок увеличиваются, но ведущим на всём протяжении традиции остаётся образ лебедя и других водоплавающих птиц, популярны также абстрактные знаки, антропоморфные и зооморфные фигуры. На позднем этапе (полуостров Кочковнаволок) петроглифы становятся огромными по размерам – от 1 до 4 м длиной, число мотивов и сюжетов резко сокращается, около 80% падает на долю орнитоморфных образов – лебедей. Эволюцию образов птиц наглядно демонстрирует следующая иллюстрация:

Петроглифы

В Беломорье самые первые петроглифы появляются на Безымянных островках, на крупном острове Ерпин Пудас, чаще всего одиночные изображения простых очертаний – лодки без пассажиров, олени, белухи, линейные лодки, напоминающие онежские образы, и лебеди с длинными шеями, каких много на мысах и островах в Онежском наскальном комплексе.


Вершина и завершение наскального творчества отражена на крупнейшей в Европейской части России группе петроглифов – на Залавруге.

Таким образом, петроглифы Карелии отражают уникальную культурную традицию населения, которая в целом развивалась от простых по очертаниям и небольших по размерам фигур до более крупных и сложных, мифологического характера на Онежском озере и реалистических многофигурных повествовательного содержания охотничьих сцен Залавруги.

В соответствии с современными сведениями, продолжительность функционирования Онежского наскального святилища можно оценить примерно в тысячу лет (не исключено, что и меньше), в отличие от большинства аналогичных памятников Северной Фенноскандии и др. территорий, где длительность традиции -- три и более тысячелетия. Скорее всего, носители неолитической культуры с ямочно-гребенчатой керамикой всех фаз её развития стали авторами и почитателями петроглифов, которые относятся, по радиоуглеродным и споро-пыльцевым датировкам, к концу V-IV тыс. до н.э. Время существования наскальных изображений низовьев реки Выг также в целом можно соотнести с Онежскими петроглифами, но здесь эта традиция зародилась на несколько сотен лет позже. Круг сюжетов, представленных в обоих комплексах, близок, отмечены случаи взаимовлияния и явных контактов создателей наскальных полотен (Лобанова, 2007, 2014,2015). Эти и ряд других признаков (общий природный и культурный контекст) позволяют говорить об общей мировоззренческой основе и культуре населения, а также об их хронологической близости.

 

Образы и сюжеты Онежских и Беломорских петроглифов: черты различия и сходства, заимствования и инновации     

Онежские и Беломорские петроглифы находятся в одном регионе Северо-Запада, отдалены друг от друга на 300 км, но между ними с древности существовал водный путь (система озёр и рек), на месте которого, как уже говорилось, сейчас проложен Беломорско-Балтийский канал. Неолитические находки, происходящие из поселений близ петроглифов, принадлежат одной и той же археологической культуре ямочно-гребенчатой керамики, с той лишь разницей, что на Онежском озере представлены все её фазы -ранняя, развитая и поздняя, а в Беломорье -- только развитая и поздняя фазы. Образ жизни и хозяйственный уклад также были во многом сходными (исключая возможность морских промыслов на Онежском озере). Но наличие на озере изображений белух и сцен охоты на них говорит, что и жители восточного берега Онего определённо были знакомы с этими животными. Близки также базовые наскальные образы обоих комплексов, но соотношение их неодинаково, что свидетельствует о локальных предпочтениях творцов петроглифов. Отсутствие знаков солнца и луны (за одним исключением) в Беломорье можно объяснить природными особенностями территорий: на островах реки Выг восходы и закаты солнца не видны, а на берегу огромного озера люди могли их видеть часто, они не могли не вызывать сильные человеческие эмоции, которые воплощались на онежских скалах.

Интересен факт отсутствия изображений лука и стрел в онежских петроглифах, есть только одно изображение лыжника, тогда как на реке Выг это очень частые сюжеты. Чем это можно объяснить? Возможно, тем, что это не особо интересовало древних художников, как и показ охотничьих сцен, которые встречены всего в четырёх случаях.

В Беломорье фигуры высечены сплошь, по всей площади силуэта. На Онежском озере нередко выбит лишь контур изображения, а изредка -- часть фигуры контурная, а другая -- силуэтная. Выбивка, особенно по всему силуэту, создает эффект полихромии благодаря контрасту естественной поверхности скалы (красной или серой) и белёсого силуэта. Совпадение Онежских и Беломорских изображений наблюдается и в размерах: от крошечных, длиной в несколько сантиметров, до "гигантских" от 2,5 до 4,1 м. Правда, таких фигур единицы, в обоих памятниках преобладают размеры от 15 до 50 см. Манера изображений в целом натуралистическая, с некоторой схематизацией и условностью в передаче образов, что особенно свойственно Онежскому наскальному искусству. Некоторые образы наделены сверхъестественными чертами и деталями, встречаются и уникальные загадочные персонажи, не поддающиеся расшифровке.

Сходство двух петроглифических комплексов проявляется во многом: в технике выбивки (пикетаж глубиной 1-3 мм), размещении отдельными группами вблизи уреза воды на пологих, скальных выходах. В том и другом комплексе встречаются одиночные изображения. Онежские петроглифы выявлены на мысах и прибрежных островах. В дельте реки Выг ещё до последнего времени все группы изображений были сосредоточены на островах, но недавно открыто первое небольшое их скопление на материке. Есть примеры удивительного сходства мотивов и композиций – свидетельства длительных контактов и связей (не исключено, что брачных) населения обеих территорий. В нескольких случаях даже создается впечатление одной руки художника, выбившего изображения там и там. Сюда относятся сцены дефлорации, тема продолжения рода человеческого, фигуры лыжников, лебедей с ушами, близкие композиции охоты на морского зверя – белуху и лесных животных – лосей, медведей. Встречаются аналогичные антропоморфные фигуры, в том числе дуалистического содержания, когда в одном образе объединены человеческие и звериные черты.

Петроглифы

Петроглифы

Следует сказать, что в беломорской наскальной традиции черты заимствований с Онежского озера более многочисленны и явственны. Новая группа петроглифов, открытая в Беломорье на материке около бывшего порога Шойрукша вблизи Бесовых Следков, -- яркий показательный случай. Здесь выбиты четыре фигуры плывущих лебедей типично онежского облика, которые топографически и по поверхностному характеру выбивки, безусловно, следует отнести к начальному этапу беломорской петроглифической традиции. В группе петроглифов Ерпин Пудас IV, открытой в 2008 г., находится интересная серия онежских линейных лодок с лебедиными головами на форштевнях. Подобный сюжет отсутствует в других пунктах с петроглифами Беломорья. Солярные знаки, столь популярные на Онежском озере, в Беломорье представлены только в единственном числе на Старой Залавруге. Изображения деревьев – крайне редкий мотив наскального искусства -- имеются и в Онежском, и в Беломорском комплексе петроглифов (два и три изображения соответственно).

На Онежском озере влияние Беломорья прослеживается слабее. На мысе Бесов Нос, помимо четырёх сцен беломорского вида -- охоты на белуху (которая никогда не водилась в Онежском озере), есть изображение медведя с двумя его следами. Особо выделяется небольшая группа петроглифов (тринадцать) на крохотном островке Корюшкин вблизи устья реки Чёрной. Её яркая особенность – беломорский стиль всех выбитых фигур: мужчина-лыжник в профиль, в типичной для реки Выг позе и с выделенными чертами лица. Такой же стилистический характер имеют изображения птиц, медведей и медвежьих следов.


Памятники наскального искусства Карелии вместе с окружающим их ландшафтом образуют своего рода первобытные святилища под открытым небом, каждое со своими особенностями, сходством тематики и явными различиями, тем самым органично и зримо дополняя друг друга. Сходство обусловлено общей хронологией, единой культурно-хозяйственной средой, а различия связаны с определёнными локальными традициями и предпочтениями. Наличие близких, иногда даже тождественных изображений на берегу Онежского озера и в дельте реки Выг – яркое свидетельство прямых контактов, возможных брачных связей населения обеих территорий, а также некоторой преемственности и близких путей эволюции наскального творчества.   

Автор: Н.В. Лобанова, ст. научный сотрудник сектора археологии Карельского научного центра РАН.                        

Список литературы

Брюсов А.Я. Древняя история Карелии // Труды ГИМ, вып.9. М., 1940.

Девятова Э. И. 1976. Геология и палинология голоцена и хронология памятников первобытной эпохи в юго-западном Беломорье. Петрозаводск.

Девятова Э. И. 1986. Природная среда и ее изменения в голоцене. Петрозаводск.

Жульников А.М. 2006. К вопросу о датировке беломорских петроглифов // Первобытная и средневековая история и культура европейского Севера: проблемы изучения и научной реконструкции. С. 238-247.

Косменко М.Г. 2003. Проблемы датирования и хронология памятников Карелии (каменного, бронзового и железного века) // РА, № 4. С.25-35.

Линевский А.М. 1939. Петроглифы Карелии. Петрозаводск.

Лобанова Н.В. 2007. Петроглифы Старой Залавруги: новые данные – новый взгляд Археология, этнография и антропология Евразии, № 1(29). Новосибирск. С. 127-135.

Лобанова Н. В. 2010. Проблемы документирования петроглифов Карелии// Труды Карельского научного центра Российской академии наук. Серия Гуманитарные исследования. Выпуск 1. Петрозаводск. С.4-23.

Лобанова Н. В. К вопросу о хронологии и периодизации наскальных изображений Онежского озера // РА, №3. Москва, 2014а. С.98-110.

Лобанова Н.В. Петроглифы в низовьях р. Выг: проблемы хронологии и периодизации // РА, №4. Москва, 2015. С.16-34

Равдоникас В.И. 1936. Наскальные изображения Онежского озера. М.-Л.

Равдоникас В.И. 1938. Наскальные изображения Белого моря. М.-Л.

Савватеев Ю.А. Залавруга. Ч.1. Петроглифы. Л., 1970.

Столяр А.Д. Некоторые итоги источниковедческого изучения петроглифов Карелии // Проблемы отечественной и всеобщей истории. Л., 1976. С.110-126.

Столяр А.Д. Археология в пути или путь археолога. Ч.1. Спб, 2001

Формозов А.А. Очерки по первобытному искусству. М., 1969.

Шелехова Т.С., Лаврова Н.Б. 2008. Палеоэкологические условия развития юго-западного Беломорья в голоцене // Геология и полезные ископаемые Карелии. Вып.11. Петрозаводск. С.254-265.

Hallstrom G. Monumental Art of Northern Europe. Stockholm, 1960.

Janik L. 2010. The development and periodization of White Sea rock carvings. ACTA ARCHAEOLOGICA, 81(1). Р. 83-94.

 

 



далее в рубрике