Диана Киджи: Работа в плавсоставе – это образ жизни

Транспорт и логистика Северный морской путь
23 Октября, 2020 | 06:31
Диана Киджи: Работа в плавсоставе – это образ жизни

Фото предоставлено Д. Киджи

 

Она предпочитает печатные книги электронным, любит историю, восхищается Николаем I и Наполеоном Бонапартом, пишет диссертацию и слушает «Раммштайн». Но, прежде всего, она – второй помощник капитана атомного ледокола «50 лет Победы». Диана Киджи о себе и морской профессии специально для GoArctic.

 

Диана, уж простите, но первое, что привлекло моё внимание, когда я впервые о вас услышал… Это фамилия. Что вы знаете о её корнях?

– Семейная легенда гласит, что она берёт начало от древнего итальянского дворянского рода Киджи, прямые потомки которых до сих пор живут в Сиене. Однако специальных генеалогических исследований никто не проводил, и каких-либо документальных подтверждений наших «итальянских корней» нет.

 

В вольном переложении Антуана де Сент Экзюпери: «Все мы родом из детства». Каким оно было у вас? Уже тогда играли в кораблики?

– Нет, я начинала с плюшевых мишек, а романтику моря скорее познавала из книг приключенческого жанра – от Стивенсона до Джека Лондона. Книги вообще прошли через всё моё детство. А вот первый компьютер у меня появился только лет в тринадцать.

 

То есть были домоседкой?

– Совсем нет. Я попробовала себя во многих секциях и кружках. Больше всего меня увлекал спорт. Из того, что имело длительную историю и достижения – это детская автошкола спортивного (экстремального) вождения. Мы ездили на довольно простых «восьмёрках» и «девятках» с усиленным кузовом и двигателем, принадлежащих школе. Соревновались в гонках типа «ралли-спринт» на уровне города. Несколько раз выигрывала этапы – есть кубки, был получен второй юношеский разряд и сданы нормативы на второй взрослый…

 

Манили экстрим и ощущение скорости?

– Первый же закон, который нам тогда очень твёрдо вбили в головы – гонка должна быть только на трассе. А в принципе для успешного вождения автомобиля (и не только его) основополагающим качеством является наличие мозгов. Если же говорить о процессе вождения, то я действительно получаю от него удовольствие. И за рулём автомобиля, и на мостике ледокола. И даже на воздушном судне – несколько раз каталась за штурвалом легкомоторного самолёта и на авиасимуляторе «Боинга».

 

А когда наступило осознанное желание поступить в Макаровку?

– Почти до выпускного класса я достаточно серьёзно рассматривала возможность поступления в Первый медицинский на хирургическое отделение. Думаю, что из меня вышел бы неплохой хирург, поскольку это специфическая профессия, тоже требующая крепких нервов. Но всё же решила, что мне важнее история с формой, мне хотелось находиться в какой-то «погонной» структуре.

 

Не ощущали себя «белой вороной», тем более подавая документы на судоводительский факультет?

– Я сразу для себя определилась: «Если идти в Морскую академию, то однозначно в плавсостав, а если в плавсостав, то однозначно на судовождение». Макаровка начала приём девушек на эти специальности в 2008 году, а мы поступали в 2010-м. К тому моменту там уже учились девушки, и я не была какой-то избранной. Другое дело, что и тогда, и сейчас нас очень немного. Ещё меньше идут непосредственно в море. Обычно в первые 3-5 лет после выпуска у девушек складываются семьи, и они остаются на берегу. Но лично я в ближайшие 10 лет переход на берег не планирую.

 

Парусник «Мир». Фото: narujen, Flickr

 

А когда вы впервые по-настоящему почувствовали море?

– Первая большая практика у нас была после второго курса на паруснике «Мир». Практически весь состав нашей судоводительской роты вышел в море на 5,5 месяцев. Для нас это была отличная проверка правильности выбранной профессии. Заодно проверили себя на устойчивость к «морской болезни». Так или иначе ей болеют все, только в разных проявлениях. Кто-то хочет спать, кто-то много ест, ну а кто-то – наиболее известным путём. У меня с этим проблем не возникло.

 

Сравнивая ваш возраст и занимаемое положение, невольно хочется использовать выражение «карьерный взлёт». Чего в нем больше? Трудолюбия, везения или чего-то ещё?

– Здесь односложно не ответишь. Я разделяю мнение, что успех – это 99% труда и способности идти вперёд, даже несмотря на неудачи. Но и везение тоже нельзя сбрасывать со счетов. Например, на ледоколы я попала совершенно случайно, познакомившись на «Фестивале ледоколов» с капитаном «Ивана Крузенштерна», Александром Игоревичем Ефимовым. Тогда, пообщавшись со мной (а я как раз сдавала выпускные экзамены), он предложил мне занять место вахтенного помощника. И я до сих пор очень благодарна Александру Игоревичу, потому что именно он меня натаскивал, обучал всем азам профессии и допускал до работы «на ручках». Второе предложение, «от которого нельзя отказаться», я получила в 2018 году от Атомфлота. Причём это был отчасти уникальный случай, поскольку я перешла с повышением с должности 3-го помощника на должность 2-го помощника капитана. Без какой-либо протекции. Просто так сошлись звезды. Но одно я знаю точно – рано или поздно я бы оказалась в Арктике.

 

 с капитаном лед-ла И.Крузенштерн А.И. Ефимовым.jpg

Д. Киджи с капитаном ледокола «Иван Крузенштерн» А. И. Ефимовым. Фото предоставлено Д. Киджи

 

И всё же, полагаю, что разговоры в стиле «такая молодая, да ещё и женщина» вас не обошли стороной?

– Послушайте, сейчас жизнь и навигация очень изменились. На современном грузовом флоте старпом в 27 и капитан в 33-35 лет – это норма. А тем людям, которые в свои 45-50 перестают повышать квалификацию, предлагают задуматься о пенсии. Сейчас настало то время, когда больше ценятся не столько фундаментальные знания и опыт, сколько именно способность быстро научиться чему-то новому и начать применять это на практике.

 

Хорошо, с возрастом убедили, а как насчёт женщины? Не в смысле устаревшей поговорки про беду на корабле, а о разности психотипа и физиологии?

– Про умение учиться я уже сказала, и здесь разницы между полами точно нет. Если говорить о нагрузках, то сегодня работа в море стала намного легче физически, чем даже 30-40 лет назад, особенно если говорить про штурманскую часть. Хотя и палубная работа в должности вахтенного матроса по 6-7 месяцев мне знакома. Но всё-таки для судоводителя больше нужна готовность к нагрузкам моральным, и здесь уже многое зависит от конкретного человека. Человека, а не мужчины или женщины. Я, например, достаточно комфортно чувствую себя при графике работы «4 через 4» (то есть 4 месяца в море – 4 на берегу), а также «4 через 8» (4 часа вахты и 8 часов отдыха). Само собой, в рейсе, особенно под конец, устаёшь и начинаешь мечтать о семидневке и двух нормальных выходных в неделю. Но, с другой стороны, это же каждое утро надо в офис ехать. А здесь ты встал и через 15 минут можешь быть на мостике. Отработал – пошёл поел. Тебе еда приготовлена, посуду мыть не надо. Это очень удобно (улыбается).

 

Давайте будем честны до конца. Всё же работа на флоте не самая легкая, да ещё и в арктических условиях.

– Если серьёзно, то, конечно, высокую зарплату сегодня можно найти и на берегу. Чтобы путешествовать по миру и покупать заграничные товары, тоже не обязательно работать на судне. Сейчас в профессии остаются только те, кто её по-настоящему ценит и любит. Даже не столько работу, сколько этот образ жизни. Потому что работа в плавсоставе – это действительно образ жизни.

 

Вы представляете не только плавсостав, но и комсостав. Вернёмся к возрасту и гендерным стереотипам. Не тяжело руководить мужчинами, да ещё старше себя?

– В моей жизни так выходит, что я постоянно общаюсь с людьми, которые на 20, а то и 30 лет старше меня. И могу сказать, что, в основном, общаюсь на равных. Потому что в целом мы со старшим поколением примерно одинаково оцениваем текущую ситуацию, обстановку, перспективы. С другой стороны, это люди, которые могут меня чему-то научить, у которых я могу спросить совета. А что касается приказов, то давно известно: уж лучше принять неверное решение, чем не принять никакого.

 

А что вы делаете и как договариваетесь с собой, когда что- не идёт или идёт не так?

– Естественно, бывают моменты, когда собой недоволен. Когда должен что-то сделать – а у тебя не получается, раз, другой, третий. А сделать всё равно надо, и сделать должен именно ты. Все стоят, ждут и смотрят на тебя… Тогда просто сжимаешь зубы и делаешь и в четвёртый, и в пятый раз. Пока не получится. А что и как ты переживаешь в этот момент внутри – это другой вопрос.

 

IMG-20201022-WA0001.jpg 

Фото предоставлено Д. Киджи

 

Не могу не спросить… Диана Киджи готова примерить на себя капитанский мундир?

– С одной стороны, постепенное продвижение по карьерной лестнице – это совершенно нормальный процесс и в нём нет ничего странного или выдающегося. С другой, мне сейчас рассуждать об этом слишком самонадеянно... Отвечу по-другому. В моём понимании капитан – это нечто более глубокое, чем просто должность или человек с рабочим дипломом. Капитаном надо быть. Мне рассказывали, что когда на старую «Арктику» пришёл Дмитрий Викторович Лобусов (нынешний капитан ледокола «50 лет Победы» – В.Ю.), уже тогда команда шутила, что вот, мол, пришёл будущий капитан. То есть это то, что в человеке заложено на достаточно ранних этапах и что впоследствии просто проявляется или реализуется.

 

Будучи на берегу, вас можно часто увидеть на различных конференциях по Арктике. Вы пишете статьи и диссертацию, участвуете в различных исследовательских проектах. Скажите, как теоретик и практик, действительно ли ледокольная пальма первенства у нашей страны?

– Однозначно. Как минимум потому, что у нас отличные опыт и традиции. Особенно в атомном ледокольном флоте. Достаточно посмотреть на действующие атомные ледоколы, которые до сих пор в строю и у которых феноменальный запас прочности. А ведь не будем забывать, что на подходе 5 новых ледоколов проекта 22220 на «Балтийском заводе» и строительство ледокола «Лидер» на дальневосточной «Звезде». Впрочем, многое зависит не только от конструкторов и строителей, но и экипажей. В этом отношении у нас не только богатый ледовый опыт, но и наша, ещё советская, система закрепления команды за конкретным судном, что тоже сильно способствует успешной работе. Ты понимаешь свою ответственность за ледокол, знаешь, что на него же вернёшься и будешь сам разгребать, если что-то не доглядел. А на иностранном флоте сейчас происходит слишком большая ротация экипажей.

 

Кстати, мысль поработать под иностранным флагом не посещала?

– Мне всегда было очень важно работать именно под российским флагом. Для меня это вопрос принципа. Это то, что можно назвать патриотизмом. Я хочу работать в своей стране и для своей страны, поэтому, даже если предложат, для меня такого вопроса не возникнет.

 

На вашей странице «ВК» можно встретить немало ярких авторских постов об особенностях профессии. Мне особенно запомнился о морских суевериях. Сами в них верите?

– Неоднократно сталкивалась с тем, что они работают. Например, число 13 в моей жизни действительно играет большую роль. И я не закрываю вахту в судовом журнале раньше времени, потому что и у меня, и у коллег были «чудесные» совпадения. Кроме того, многие вещи прочно вошли в морскую культуру – например, не плевать за борт, не вставать и не садиться на кнехт (тумба для крепления тросов – В.Ю.) – и если я не буду их соблюдать, то проявлю неуважение и к моим коллегам, и к морской истории, морским традициям.

 

 img_0058.jpg

Фото предоставлено Д. Киджи

 

За долгое время в море, находясь в ограниченном пространстве, неизбежно накапливается психологическая усталость. Как с этим справляетесь?

– В целом, к концу рейса страсти у экипажа действительно могут кипеть нешуточные, и как раз задача руководителя сгладить острые углы, добиться какого-то конструктива. Что касается меня, то при плохом настроении стараюсь уединиться в каюте. Переключаюсь на книги, музыку, фильмы. Опять же, на борту есть спортзал и бассейн, или можно просто выйти на палубу и подышать свежим воздухом. Это всего лишь вопрос самодисциплины.

 

И какая музыка в вашем плейлисте?

– Очень разная. От эстрадных Лепса и Меладзе до такой классики рока, как «Ария», «Скорпионс» и «Раммштайн». С концертами последних у меня никак не складывается. Когда они в прошлый раз приезжали в Питер – я была в рейсе. Собиралась пойти в прошлом году, но, когда они зажигали на «Газпром Арене», я была в районе Земли Франца-Иосифа.

 

Если вас попросят объективно охарактеризовать себя, но только тремя словами, какой получится портрет?

– Возможно, не самый лестный. Я человек жёсткий, человек категоричный (что не всегда уместно), но, с другой стороны, целеустремленный.

 

А если бы довелось поработать над своим фамильным гербом, то какой девиз на нём оказался?

– Известное мудрое изречение, прошедшее через века: «Делай, что должно и будь, что будет».

 

***

Валентин Юшкевич, специально для GoArctic

далее в рубрике