Сейчас в Мурманске

01:28 15 ˚С Погода
6+

Венецианцы за полярным кругом. Часть I

Нероссийская Арктика
Андрей Епатко
1 Августа, 2022, 13:04

Венецианцы за полярным кругом. Часть I
Лофотенские острова. Современное фото.

Лофотены – оазис в Северном море


Однажды я просматривал указатель содержания «Русской Морской Библиотеки», составленный известным историком Русского Флота А. Соколовым, и мое внимание привлекла следующая запись: «Выписки из сочинения Дронтгеймского общества, касающиеся известия о кораблекрушении и прибытии Петра Квирина на остров Рёст в Норландии в 1432 году».

Кораблекрушения и робинзонады, – можно сказать, моя страсть: последние четыре десятилетия я собираю все, что касается экстремального поведения людей на море. А тут какое-то неизвестное мне кораблекрушение, да еще имевшее место в XV веке! Вот только где оно все-таки произошло?.. С Норландией все более-менее понятно. Norland – по-шведски «северная страна» - плоскогорье на северо-востоке Скандинавии, куда, собственно, входит и Норвегия. Но что за остров Рёст, упоминаемый в тексте? Именно туда и прибыли спасшиеся после кораблекрушения моряки…

Яндекс, хоть и не сразу, но все же выдал: речь шла об острове Röst, входящем группу Лофотенского архипелага (норв. – Lofoten), лежащего за Полярными кругом, к северу от побережья Норвегии. Поэтому прежде, чем перейти к истории, которую я хочу рассказать, «пробежимся» немного по архипелагу…

Лофотенский архипелаг растянулся почти на 300 км к западу от материковой Норвегии. Климат здесь крайне изменчив и непредсказуем: например, пасмурная погода легко перетекает в метель. Впрочем, несмотря на то, что острова находятся за полярным кругом, а также севернее полюсов холода – Верхоянска и Оймякона - благодаря воздействию Гольфстрима температура на южных островах Лофотен всегда держится выше нулевой отметки (это относится и к самым холодными месяцам года). В период с июня по август, температура может превысить 15º. Октябрь – самый дождливый и ненастный на островах месяц. За всю историю наблюдений на Лофотенах прошли два смертоносных ливня, которые вызвали сход опаснейших лавин. Температура моря, омывающего архипелаг, + 3º. По данным на 2013 год, население Лофотенских островов составляло немногим более 24 000 человек.

Археологи полагают, что люди попали на Лофотены 6000 лет назад. Здесь они охотились на оленей, медведей и бобров, а также занимались рыболовством и промыслом кита и тюленя. Пшеницу на архипелаге стали возделывать 4000 лет назад. Относительно недавно на одном из островов (Вествоге) были найдены следы викингов… В 1970-х годах местный фермер, вспахивая поле трактором, обнаружил какие-то срубы и среди них - кольчугу, несколько шлемов, двуручные мечи и монеты. Благодаря найденным рунам ученые выяснили, что дом принадлежал семье опального вождя викингов, который противился принятию христианства и, в конце концов, отправился искать счастья в Исландию… Теперь здесь очень популярный музей, именуемый в туристических проспектах как «Дом вождя». За 17 € турист почувствует себя настоящим варягом: подержит меч, проверит комфортность тогдашнего снаряжения, научится ткать и вырезать свое имя рунами на дереве и много чего еще. В летнее время во дворе музея преподнесут урок владения мечом и навык работы в кузне.

Нельзя не упомянуть, что Лофотены попали в мировую литературу: между островами Москенесей и Фере бушует знаменитый водоворот Мальстрём, наводивший страх на моряков с незапамятных времен. Его даже можно найти на морских картах XVI века. Все капитаны знали о нем, но скверные погодные условия с сильным ветром и плохой видимостью вкупе были причиной того, что многие парусные суда исчезали в этом крупнейшем в мире водовороте. Его красочно описывают в своих книгах Жюль Верн («20 000 лье под водой») и Эдгар По в рассказе «Низвержение в Мальстрём». 


Водоворот Мальстрём. Лофотенские острова. Современное фото.

Но вернемся к истории Лофотенских островов…

Уже с XII века архипелаг торговал с Европой сушеной треской – в то время эти северные острова зависели от шведского Бергена и немецкой Ганзы[1]. Рыбалка в районе Лофотенов и ныне занимает важную статью дохода: она составляет до 80 % импорта Норвегии. Каждую зиму рыбаки приезжают на архипелаг, чтобы выловить огромное количество рыбы, которое затем засаливают и сушат.

Летом здесь высаживаются туристы: их привлекает оторванность от мира и фантастические пейзажи архипелага. Геологи говорят, что Лофотенские острова – одна из старейших горных систем мира. Возможно поэтому эти отвесные скалы, вырывающиеся прямо из океана, горные ущелья и рудники так потрясают туристов. Несомненно, главная особенность архипелага – его удаленность от туристических маршрутов. Трудно поверить, что еще какие-то лет 15 назад Лофотены были забытые богом местом, - куда, как, говорится, ворон своих костей не доносит. Но все изменилось в 2007 году, когда была проложена автомобильная трасса, связавшая острова с материком. Правительство Норвегии решило быстро окупить расходы на постройку трассы и занялось настоящей пиар-компанией Лофотенов как главной туристической приманки и, в общем-то, не прогадало. Половина жителей архипелага теперь заняты в сфере услуг, многие сдают свои дома туристам и охотно показывают местные достопримечательности.

Добраться до Лофотен можно несколькими способами: самолетом, паромом или на автомобиле. На архипелаге расположены два аэропорта – Лекнес и Эвенес, которые связаны с Осло и другими крупными городами Норвегии. Паром идет сюда из Нарвика. И, наконец, - если вы заядлый автомобилист, - в Тромсе можете арендовать авто и проехать с ветерком 500 км до островов, по прекрасной горной трассе E6, прозванной «дорогой северного сияния».

Размещение на Лофотенах достаточно оригинальное: туристов ждут не 5-ти звездочные отели с прозрачными лифтами, а красные рыбацкие домики, стоящие прямо у воды. Главное, чтобы близ вашего «отеля» не было настила для сушки рыбы. В норвежском языке есть даже отдельное слово, обозначающее тот самый запах трески…


«Квирина» поднимает паруса


Обратимся же к острову Рёст, ставший, благодаря кораблекрушению венецианцев, главной достопримечательностью Лофотенов.

Ныне Рёст входит в муниципалитет графства Нордланд (Норвегия). Центр муниципалитета находится в деревне Рёстланд. Полагают, что название острова произошло от старонорвежского Röst, которое означает мальстрем (водоворот между Лофотенскими островами). В зимний период население Рёста удваивается за счет прибывающих на остров лодок и катеров: рыбаки приезжают сюда со всей Северной Норвегии. Кто же хочет упустить треску, которая мигрирует на юг от Баренцева моря и собирается на Лофотенах на нерест? Вообще лов и заготовка (вяление) рыбы, главным образом, трески – основное и круглогодичное занятие местных жителей. Маленькие острова Рёст производят рыбы и рыбных продуктов на сумму более 40 000 000 $ ежегодно. Помимо рыболовства здесь также развито овцеводство.

Рёст известен метеорологам всего мира, как некая аномалия: это - самый северный регион в мире со средней температурой около нуля градусов в течении всей зимы, что не характерно для местностей, расположенных выше полярного круга. Зима здесь достаточно мягкая: сказывается влияние Гольфстрима. Лето, хотя и прохладное, но сухое. Летом солнце не заходит за горизонт (на Рёсте это явление можно наблюдать с 25 мая по 17 июля). Вода в океане летом прогревается до +17º, что – большая редкость для полярных широт. Рёст также является одним из нескольких мест наблюдений за птицами, известное всем орнитологам мира: на острове делают промежуточную остановку птицы (множество видов), мигрирующие на север.

Но самую большую славу Рёсту, да и всем Лофотенам, принесла удивительная история, связанная с прибытием на остров венецианцев, которые, потеряв корабль, сумели добраться на спасательном боте до этих островов, где, можно сказать, обрели жизнь заново…

Вкратце эта история такова: богатый венецианский купец Пьетро Кверини происходил из могущественного рода Querini, члены которого не только входили в узкий круг правителей Венецианской республики, но и владели великолепными дворцами в самой Венеции, а также богатыми земельными угодьями на греческом острове Крит. Последний славился своим вином Мальвазия[2],  которое прекрасно продавалось в северных странах, особенно во Фландрии[3]. И вот предприимчивый коммерсант – 28-летний Пьетро Кверини, в 1431 году решил организовать торговое плавание во Фландрию. В путешествие он отправился на трехмачтовом когге (предтече каравеллы) «Кверина», построенном из кипарисового дерева. Выйдя из Венеции, судно направилось к греческим островам, где на борт были подняты 800 баррелей вина Мальвазии, а также специи, хлопок, воск и еще 450 тонн ценного груза. Экипаж судна составлял 68 человек.

25 апреля 1431 года «Кверина» покинула порт Канди (современный Ираклион; Крит). План путешествия был, на первый взгляд, незамысловатым: коггу предстояло пройти значительную часть Средиземного моря, выйти через Гибралтар в Атлантику, посетить Фландрию, Брюгге и Антверпен, где герой нашего повествования надеялся добыть славу и увеличить свое богатство… Но самое начало пути уже ознаменовалось целой чередой дурных предзнаменований: вблизи Сардинии из-за ошибки шкипера судно получило повреждения руля и киля, на ремонт которых ушло три недели. Когда же к середине июля «Кверина» была готова отплыть, пришла новость о возобновлении войны с Генуей, главной соперницей Венеции за владение морскими торговыми путями. Чтобы избежать столкновений с генуэзцами, судно дало большой крюк на юг, где сильный шторм подхватил «Кверину» и отнес к Канарским островам, около которых ей пришлось болтаться еще полтора месяца. Наконец, 29 августа, корабль зашел в Лиссабон, откуда, ожидая попутного ветра, смог выйти только 14 сентября. Проложенный в вахтенном журнале курс вел когг через испанский порт Мурос во Фландрию, куда «Кверина» так никогда и не пришла…


Рукопись Пьетро Кверини «Известие о кораблекрушении и прибытии Пьетро Квирини на остров Рёст в Норландии в 1432 году». 1433 год. Апостольская библиотека Ватикана.

Обратимся же к первоисточникам этой примечательной северной «Одиссеи». Один из них – это доклад самого Пьетро Кверини, представленный им Сенату Венецианской республики (ныне хранится в Апостольской библиотеке Ватикана). Доклад был написан с целью оправдания гибели людей, но в итоге получилось цельное этнографическое свидетельство, а также первое сообщение о посещении венецианцами Скандинавии. Этот удивительный документ XV века незамысловато повествует, как спасение горстки венецианцев создало связь между Италией и Норвегией в 1432 году…

Итальянская журналистка Валентина Тамборра – одна из немногих, кто имела счастье ознакомиться с оригиналом дневника Кверини. Дело в том, что библиотека Ватикана, где иногда работает сам Папа Римский, закрыта для публики, но исключения бывают…

Прежде чем прикоснуться к старинной рукописи, читательницу попросили вымыть руки, так как документу почти 600 лет. «Страницы желтые, но шрифт все равно выглядит хорошо», - пишет Тамборра и добавляет, что непривычно видеть целую книгу, написанную от руки.

Второй источник - это «Записки», которые были написаны спутниками Кверини – двумя из трех спасшихся офицеров - Кристофом Фьерванти и Николо де Микьелем. Обе версии написаны на древнеитальянском языке. Впервые эти тексты были переведены на современный итальянский язык и опубликованы венецианским ученым Джованни Баттистой Рамузио в его работе «Плавания и путешествия» (1559 г.).

Что касается первой и единственной публикации на русском языке – перевод фрагментов обоих текстов (Кверини и его офицеров) - был осуществлен в петербургском журнале «Новые ежемесячные сочинения» в 1791-1792 годах. Автор публикации – Евграф Воронцов - признавался, что перевел с немецкого только те события, в которых упомянуто кораблекрушение и зимовка Кверини и его товарищей на острове Рёст «в Норландии». Во вступлении Воронцов замечает, что «о северном землеописании», как и об обычаях и нравах норвежцев эпохи Средневековья редко что можно найти достоверное, между тем как сообщение Кверини дает такую уникальную возможность. Публикатор добавляет, что, хотя место, о котором пойдет речь, лежит далеко к северу и является «маловажным» для Европы, однако оно заслуживает внимания, так как описано иностранцами, прибывшими из Италии.

«Описание этого места, - продолжает Воронцов, - заключает в себе различные и редкие известия о тогдашнем простом и невинном образе жизни древних жителей Норландии, а наипаче на острове Рёст»


Дрейф на Север


Записки Кверини повествуют, что его судно – неповоротливый когг - оказалось в северных широтах в самый опасный сезон: непрекращающиеся шторма разорвали паруса, окончательно сломали руль, разбили мачту. По сути, корабль с экипажем был отдан на волю ветров и течений и, подхваченный Гольфстримом, вместо берегов Фландрии дрейфовал все дальше на север, мимо Ирландии в открытый океан…

В начале декабря, после трехнедельного болтания по Атлантике, измученный экипаж решил не ждать окончательного затопления беспомощной «Кверины». С борта были спущены небольшая одномачтовая галера и корабельный, по-видимому, достаточно крупный бот, снабженный веслами, парусами и запасом провизии. 18 моряков сели на галеру, а остальные 47, включая самого Кверини и трех офицеров, отчалили на боте, оставив корабль на волю стихии. До ближайшего берега по расчетам (ошибочным) было около 700 морских миль. Судьба восемнадцати моряков так и осталась неизвестна, а вот что было с остальными, нам поведали дневники Кверини…

Последний сообщает, что из всей команды спаслись только 16. Очевидно, большая часть моряков погибла во время дрейфа бота к полярному кругу. Впрочем, это не удивительно: Кверини пишет, что к незнакомой земле они подошли после «многих опасностей, великого голода и жажды».

Итак, 4 января 1432 года венецианцы заметили на горизонте верхушку горы, покрытую снегом[4]. Вид земли возбудил в несчастных жажду к жизни. Несмотря на слабость, люди села за весла, но встречный ветер не давал достигнуть земли. Ночью же, несмотря на усилия гребцов, гора пропала из виду. Наконец, на рассвете 5 января Кверини и его спутники увидели другую землю, состоящую из высоких скал, которая была ближе, чем первая.

…Снова нескончаемая гребля, и снова измученные люди надеются на спасение. В пятом часу пополуночи бот подошел к берегу. С трудом нашли долину между двумя горами, где можно пристать… Неожиданно судно село на мель; тогда пятеро из моряков поспешили на берег, где они, буквально умирая от жажды, глотали снег. Один из них наполнил снегом котелок и отнес его в лодку, в которой лежали ослабшие товарищи. Жажда была столь велика, что Кверини утверждает, что «он сам более бы съел онаго [снега], нежели сколько мог нести на плечах своих». Впрочем, после этого многие матросы заболели. Особенно плохо было тем, кто прежде всех выскочил на берег.

Сколько матросов сошло на берег? Здесь источники разнятся. Кверини пишет о 16, а Фьерванти и Микьель называют 12 спасенных. По-видимому, все-таки прав Кверини: на берег высадилось 16 моряков, из которых четверо умерли на первом острове, именуемом Санти. Тем более известно, что в Венецию вернулось 12 человек из экипажа «Кверины».


Ганзейский когг. Реконструкция. Современное фото. 

…Всю ночь ослабшие люди провели в боте, так как был риск, что он разобьется о камни: у матросов не было ни якоря, ни каната… На рассвете моряки сошли на берег, оставив в боте лишь двух человек. Кверини пишет, что перед тем, как упасть в изнеможении на снег, они воздали благодарение богу за свое чудесное спасение.

Тогда еще венецианцы не осознавали, что оказались пленниками этого ледяного острова, покрытого зимним мраком. Надо думать, если бы Кверини узнал, что они находятся за полярным кругом – его изумлению не было бы предела.

В своем отчете последний упоминает, что они развели костер из досок и двух весел. По-видимому, люди Кверини, чтобы спастись от холода, стали буквально разламывать судно, которое, впрочем, могло им еще пригодиться, - и об этом они скоро пожалеют.

Итак, из остатков обшивки и весел матросы развели небольшой огонь, обогреваясь около которого, медленно возвращались к жизни. После того, как они отогрелись и вышли из состояния шока, люди почувствовали нестерпимый голод. Обшарив все вокруг, матросы обнаружили, что из съестных припасов, которые они наспех кинули в бот, остались лишь мешок с корабельными сухарями, окорок ветчины и кусок сыра. Все это было тотчас разогрето на огне и съедено…

Ночью полярный остров принял первые жертвы: трое из моряков умерли. Это были те самые, которые первыми выскочили на землю. Кверини упоминает, что, мучимые жаждой, помимо употребления снега, они пили морскую воду…

Как уже упоминалось, люди быстро осознали, что попали на необитаемый заснеженный остров, и шансы выжить здесь минимальные. Но тут кто-то из моряков заметил шлейф дыма, который вился над соседним островом. Остров находился на расстоянии 5 итальянских миль[5]. Едва рассвело, люди погрузились в бот, чтобы идти к своим невидимым соседям. Однако за ночь бот зажало между камнями и сильно потрепало. Теперь в нем было полно воды: судно изрядно текло. Кверини приказал законопатить бот.

Увы, несмотря на все старания конопатчиков, между обшивочными досками текла морская вода. Предположив, что пять миль они пройдут за короткое время, решили было отчалить. Однако едва люди взошли на бот, вода хлынула в него и судно осело на дно… Вымокшие матросы вылезли на берег. Кверини признается, что все были объяты ужасом и страхом, так как им ничего не оставалось, кроме как погибнуть на этой пустынной и холодной земле.





[1] Ганза- средневековый союз немецких свободных городов.

[2] Мальвазия – винный сорт винограда, распространенный в Средиземноморском регионе. Возделывается в Италии, Испании, Португалии, Хорватии, Франции и на о. Мадейра. Происходит из Древней Греции, где был распространен на островах Эгейского моря.

[3] Фландрия - историческая область на территории современных Франции, Бельгии и Голландии. 

[4] Кверини сообщает, что последние 16 или 18 дней они не видели никакой земли. 

[5] Итальянская миля традиционно считается продолжением римской мили, равной 1000 шагам.

далее в рубрике