Сергей Никоноров. ЭКГ вместо ESG: как Россия формирует собственную систему оценки ответственного бизнеса

Обновленный национальный стандарт ГОСТ Р 71198–2026 «Индекс деловой репутации субъектов предпринимательской деятельности (ЭКГ-рейтинг)» вступает в силу с 13 июня 2026 года. Расширенная методика направлена на то, чтобы охватить более масштабный спектр данных о бизнесе и учесть его соответствие национальным целям развития. При этом действующей сейчас версией ГОСТ на ЭКГ-рейтинг уже пользуются более 7,6 млн субъектов предпринимательской деятельности, сообщил руководитель Росстандарта Антон Шалаев на ПМЭФ–2026 – этот документ стал самым востребованным российским стандартом по итогам 2025 года. Комментирует эксперт ПОРА Сергей Никоноров, доктор экономических наук, профессор кафедры экономики устойчивого развития и природопользования, директор Центра исследования экономических проблем развития Арктики Экономического факультета МГУ и руководитель рабочей группы рейтинга устойчивого развития компаний и регионов российской Арктики «Полярный индекс».

Принятие национального стандарта ЭКГ-рейтинга (ГОСТ Р 71198-2026) стало одним из наиболее заметных событий в сфере регулирования корпоративной ответственности последних лет. По сути, речь идет не просто о новом рейтинге компаний, а о попытке сформировать российскую модель оценки ответственного бизнеса, которая опирается на национальные приоритеты и государственные данные, а не на международные подходы и добровольную отчетность.

На протяжении последних десяти лет глобальным ориентиром для оценки устойчивого развития оставались ESG-рейтинги. Они позволяли инвесторам, банкам и партнерам оценивать экологическую, социальную и управленческую зрелость компаний. Однако изменение геополитической ситуации, санкционные ограничения и сокращение участия российского бизнеса в международных финансовых рынках поставили вопрос о создании собственной системы оценки, учитывающей особенности национальной экономики.

Именно таким инструментом становится ЭКГ-рейтинг, в основе которого лежат три ключевых компонента: экология, кадры и государство. В отличие от ESG-модели, основанной преимущественно на корпоративной отчетности и оценках внешних агентств, новая система использует данные государственных информационных ресурсов – ФНС, Федерального казначейства, ФАС, Росфинмониторинга, ФССП и других ведомств. Это позволяет минимизировать субъективность оценки и существенно повысить достоверность результатов.

Еще одно важное отличие заключается в масштабе охвата. Если ESG-рейтинги традиционно ориентированы прежде всего на крупный бизнес и публичные компании, то ЭКГ распространяется практически на весь российский предпринимательский сектор – от индивидуальных предпринимателей до крупнейших корпораций. Фактически впервые появляется инструмент, позволяющий в единой логике оценивать уровень благонадежности и социальной ответственности большинства участников экономики.

Особое значение ЭКГ приобретает благодаря его практической связи с механизмами государственной поддержки. Высокие позиции в рейтинге уже сегодня становятся основанием для получения различных преференций: льгот при участии в государственных закупках, снижения размера обеспечения контрактов, ускоренного подключения к инфраструктуре и иных мер стимулирования. По данным разработчиков стандарта, подобные механизмы уже действуют более чем в пятидесяти российских регионах.

Примечательно и то, что обновленная версия стандарта расширяет перечень оцениваемых критериев. В фокус внимания попадают вопросы кадровой стабильности, поддержки семей с детьми, участия работодателей в реализации демографической политики, корпоративных социальных программ и проектов по укреплению семейных ценностей. Одновременно усиливается блок оценки деловой репутации и благонадежности компаний, что делает рейтинг полезным не только для государства, но и для бизнеса при выборе контрагентов и поставщиков.

Вместе с тем говорить о том, что ЭКГ способен полностью заменить ESG, пока преждевременно. Для компаний, работающих на международных рынках, привлекающих иностранный капитал или развивающих экспортные направления, ESG-рейтинги сохраняют свою актуальность. Именно они остаются понятным и признанным языком общения с глобальными инвесторами и международными финансовыми институтами.

Наиболее вероятным сценарием выглядит сосуществование двух систем. ЭКГ будет использоваться как инструмент взаимодействия бизнеса и государства внутри страны, тогда как ESG сохранит значение для международной деятельности. Однако такая модель неизбежно создает дополнительные издержки для компаний, которым придется учитывать требования сразу двух подходов и поддерживать параллельные системы отчетности.

Есть и содержательные ограничения новой методологии. В частности, в нынешней редакции стандарта недостаточно полно отражены вопросы климатической повестки и развития зеленой экономики. Отдельного внимания требуют показатели охраны труда, обучения и профессионального развития персонала. Кроме того, методика пока слабо учитывает отраслевую специфику бизнеса и уровень его экспортной активности.

Тем не менее появление ЭКГ-рейтинга можно рассматривать как важный этап формирования российской инфраструктуры ответственного предпринимательства. В условиях структурной трансформации экономики государство получает инструмент, позволяющий стимулировать социально ориентированное поведение компаний и связывать меры поддержки с конкретными критериями деловой репутации.

Главный вопрос сегодня заключается не в том, заменит ли ЭКГ систему ESG, а в том, сможет ли новая модель стать полноценным стандартом доверия внутри страны. Если разработчикам удастся устранить существующие методологические ограничения и обеспечить стабильность правил игры, ЭКГ имеет все шансы превратиться в один из ключевых инструментов государственной экономической политики на ближайшие годы.

Проектный офис развития Арктики и редакция GoArctic.ru не всегда разделяют публикуемые мнения экспертов.

Представителям СМИ: редакция GoArctic.ru приветствует републикацию комментариев при условии указания активной ссылки на первоисточник и статуса колумниста как эксперта Проектного офиса развития Арктики.