Сейчас в Мурманске

23:47 ˚С
6+

Шпицберген: сохранить памятники

Нероссийская Арктика
Анжела Коляда
9 декабря, 2021, 05:41

Шпицберген: сохранить памятники
Фото: Christopher Michel / Flickr / CC BY 2.0


Сохранение памятников материальной культуры на Шпицбергене служит задачей для всех государств, когда-либо осуществлявших деятельность на уникальном арктическом архипелаге. Доктор исторических наук, доцент Мурманского государственного технического университета Александр Порцель обеспокоен, что этой работе мешают разночтения в норвежских и международных правовых актах. 

Парижский договор 1920 года закрепил суверенитет Норвегии на архипелаге Шпицберген (Свальбард). На королевстве обязательство обеспечивать равные права участников договора в осуществлении любой невоенной деятельности на архипелаге и в его акватории.

Доктор исторических наук Александр Порцель, посвятивший Шпицбергену ряд научных работ, отмечает, что на архипелаге осталось множество памятников материальной культуры, ведь на Свальбарде в разное время хозяйственную и научную деятельность вели представители разных стран.

– Участники Парижского договора вправе претендовать на то, чтобы здесь сохранилась память об их соотечественниках, строивших архипелаг. По смыслу договора сохранение национального наследия ряда культур на Шпицбергене ложится на Норвегию, – сказал Александр Константинович на научно-практической конференции «Арктические чтения: к 160-летию Фритьофа Нансена» в Мурманском арктическом государственном университете.


29313366145_7152a388c9_k.jpg

Фото: Christopher Michel / Flickr / CC BY 2.0


Он подчеркнул, что в Парижском договоре 1920 года не упоминаются памятники истории и культуры. Однако в Горном уставе 1925 года, который дополняет договор, есть параграф №24, который обговаривает необходимость сохранения памятников:

«В процессе эксплуатации, когда это не вызывает особых трудностей и расходов, надо принимать меры к тому, чтобы не допускать разрушения геологических и минералогических формаций или других природных участков и памятников, которые, по общему мнению, могут иметь научный или исторический интерес».

Однако, обратил внимание Порцель, параметры «общего мнения» не определены.

На полвека позже ЮНЕСКО приняла конвенцию об охране всемирного культурного и природного наследия, определив понятие культурного наследия и рекомендации по сохранению памятников. Позиция ЮНЕСКО заключается в необходимости охраны наследия для передачи следующим поколениям. Каждая страна-член организации должна сохранять свое археологическое наследие.

– Положения обеих конвенций ЮНЕСКО вполне коррелируют с положениями норвежского закона об охране окружающей природной среды на архипелаге Свальбард, принятого в 2001 году,  – сказал Александр Константинович. 

Сохранением памятников на Шпицбергене занимаются несколько структур. Это государственная служба охраны памятников Норвегии, музей Свальбарда в Лонгйире и администрация губернатора Свальбарда. Мурманский ученый подчеркивает, что любые действия в отношении памятников могут произойти только после согласования с государственной службой охраны памятников. Недвижимые памятники материальной культуры и археологические вопросы находятся в зоне ответственности администрации Свальбарда, движимые памятники передаются в музей.

– В законе 2001 года сказано, что каждая деятельность на Свальбарде должна оцениваться с точки зрения совокупной нагрузки, которой будут подвергнуты окружающая природная среда и памятники культуры в связи с ее осуществлением, это параграф №8. Механизм определения совокупной нагрузки вызывает очень много споров, отсутствие в законе четких критериев и механизма определения статуса того или иного объекта природной и материальной культуры открывает возможности для разночтений и произвольного толкования, – пояснил Порцель.


29076713513_67fd6b0861_k.jpg

Фото: Christopher Michel / Flickr / CC BY 2.0


По наблюдениям доктора исторических наук, разночтения между Парижским договором, Горным уставом и норвежскими природоохранными законами на Шпицбергене становились темой памятных записок от России к МИДу Норвегии.

– Хотя закон и декларирует охрану экологии, памятников культуры, на практике возникает противоречие: ведь если защита экологии препятствует изучению недвижимых памятников материальной культуры, то больше всего это касается археологов, – сказал мурманский ученый.

Порцель привел цитаты из отчета археолога Вадима Старкова от 1978 и 1980 годов, который возглавлял экспедицию института археологии академии наук СССР на Шпицберген. В 1978 году ученый писал: «Мы не почувствовали никакого раздражения или недовольства со стороны наших норвежских коллег нашей миссией на Шпицбергене». Но уже спустя два года в отчете Старкова есть строки: «Был проявлен особый интерес административного характера, чинились препятствия работам вплоть до их запрещения, начальник экспедиции имел беседу в канцелярии губернатора, по своему характеру более походимую на полицейский допрос». Порцель констатировал, что в 1986 администрация Свальбарда и вовсе запретила советским археологам вести работы на архипелаге, хотя норвежские археологи работали без ограничений.

– В дальнейшем такие же ограничения звучали. В 2015 году во время конференции на Шпицбергене в Баренцбурге советник губернатора в своем выступлении сообщил, что в дальнейшем объекты культурного наследия на Шпицбергене будут сохраняться в нетронутом виде и не могут быть задействованы в будущих исследованиях. На следующий год прозвучало, что исторические захоронения нужно в принципе оставить нетронутыми. Ограничения раскопок норвежская сторона объясняет необходимостью защиты природы Свальбарда от антропогенного воздействия. Существует явное противоречие между  интересами охраны природы и научным изучением археологического наследия, – сказал Александр Константинович.

По наблюдениям Порцеля, расхождения касаются, в том числе, охраны зданий на Шпицбергене. Ученый приводит примеры, на его взгляд, показывающие разный подход Норвегии к одинаковым вопросам на Шпицбергене по сохранению важной части истории архипелага – угольным шахтам.



Фото: Hylgeriak / Wikipedia / CC BY-SA 3.0


Так, в 1978 году был законсервирован рудник Пирамида. По согласованию с губернатором Шпицбергена было принято сохранить капитальные здания, а также школу, детский сад и детскую площадку, футбольное поле и каток, потому что они представляют собой историческую ценность. Спустя время Пирамиду начали превращать в туристический центр. Однако закрытый позже шведский рудник Свея постигла другая судьба – норвежские власти сочли, что нет смысла превращать старые промышленные объекты в памятники, и здания были демонтированы.

– Таким образом, мы видим, что здесь наблюдается вольный вариант оценки, что является памятником культуры или нет, – подчеркнул Порцель.

Мурманский ученый считает, что необходимо строго соблюдать положения Парижского договора и другие международные соглашения.

– Есть необходимость скорректировать норвежское природоохранное законодательство на Шпицбергене и выработать правовой акт, который учитывал бы весь мировой опыт защиты экологии и сохранения памятников, – считает доктор исторических наук.


***

Анжела Коляда, специально для GoArctic

далее в рубрике