Кандалакша: железная дорога, море и горы
Показывает и рассказывает фотограф Мика Петров
Задний маяк. Все фото автора
В новогодние каникулы мы с напарником вновь отправились в сердце Русской Лапландии. На этот раз решили отказаться от затеи арендовать дорогую (и не оправдавшую ожидания) горную хижину и вместо этого забронировали квартиру в Кандалакше.
Название этого небольшого заполярного города, являющегося важным транспортным узлом, произошло в результате слияния двух слов: Канда (от финского «kantaa» – «нести») – река, впадающая в одноимённую губу в северо-западной части Белого моря и «lakši» (от карельского – «залив»).
Первые упоминания о саамском поселении, обосновавшемся на юго-западе Кольского полуострова были обнаружены в Ростовской летописи, датированной 1517 годом. Главным занятием местных жителей был сельдяной промысел и солеварение.
Приморский район
С 1785 года Кандалакшская волость входила в состав Кемского уезда Олонецкого наместничества; с 1796 года – уже относилась к Архангельской губернии. В 1927 году был образован Кандалакшский район Автономной Карельской ССР. В 1938 году рабочий посёлок путейцев Кандалакша был преобразован в город, ставший административным центром района и составной частью Мурманской области.
Без сомнений, важнейшей вехой в истории Кандалакши является строительство участка «Сорока – Мурман» (1915-1916 гг.) стальной магистрали, связывающей Санкт-Петербург и Романов-на-Мурмане.
В 1915 году в Кандалакшском порту был введен в эксплуатацию 130-метровый причал, предназначенный для перевалки генеральных грузов. Летом того же года путейцы встречали первый пароход с партией импортных рельсов. Для обеспечения круглосуточной доставки строительных материалов в заливе были установлены освещаемые створные знаки и пять автоматических маяков.
В 1930 году было начато строительство гидроэлектростанции на реке Нива.
В 1939 году был полностью электрифицирован Мурманский участок Октябрьской железой дороги.
В 1951 году на металлургическом комбинате, ставшим впоследствии градообразующим предприятием, была получена первая партия алюминия.
Железнодорожная станция делит город на две части: верхнюю – «заводскую» и нижнюю – «приморскую». Роскошный деревянный пассажирский вокзал, автостанция и крупнейшее за Полярным кругом локомотивное депо (тяговым плечом которого является вся Мурманская область и бóльшая часть республики Карелия) располагаются в «заводской» части; центральная площадь, жилые кварталы и торговый порт – в «приморской». Попасть из одного района в другой можно по пешеходному мосту или через автомобильный путепровод.
Вокзал
Из-за отсутствия подходящих билетов нам пришлось добираться до Кандалакши сложносоставным маршрутом. Чередуя электрички и поезда дальнего следования, мы сперва оказались в Волховстрое, а затем в ожидании стыковки с «Арктикой» провели полночи в Петрозаводске. После длительного и утомительного путешествия очень хотелось размяться и подышать свежим воздухом, поэтому мы решили отказаться от услуг таксистов и отправились к нашему новому дому пешком.
Вокзальный термометр показывал вполне вменяемые –28, но из-за высокой влажности казалось, что на улице все 40. По ощущениям, Мурманская зима переносится значительно легче. (Главным образом, благодаря тёплому Нордкапскому течению, омывающему север области.) Она напоминает шоковую заморозку: нос обжигает и перехватывает дыхание. Организм удивляется, но продолжает работать в установленном режиме.
А здесь, ты как будто поверх обычной одежды облачаешься в заполненный холодным киселём скафандр, и каждое движение требует дополнительных энергозатрат.
Девятый причал
Но настоящую арктическую стужу мы познали на следующий день.
Мы заправили термосы, основательно утеплились и отправились на прогулку. К 12 часам мы добрались до морского берега. Огненно-красное солнце уже клонилось к горизонту и окрашивало вершины окрестных гор в нежные малиновые тона. По янтарному небу растекались пурпурные и тёмно-лиловые облака создавая драматичный контраст. Весь залив от края до края был покрыт прочным искрящимся припаем. И только над разбитым после ночной проводки судов фарватером колыхалась тонкая корка молодого льда.
Запечатлеть эту красоту оказалось не так-то и просто. Фототехника не желала функционировать при столь низких температурах. Мой аппарат перестал читать карту памяти, а у напарника заклинило шторку затвора. Пришлось расстёгивать куртку и прятать камеру за пазуху. Там она немного отогрелась и вскоре была готова к непродолжительной работе.
Ледовый променад
Обычно я фотографирую без рукавиц, чтобы иметь возможность не отводя взгляд от окошка видоискателя наощупь отыскать регуляторы управления. Но поскольку даже в толстых варежках пальцы замерзали до ощущения ломоты, от этой привычки пришлось временно отказаться.
Дыхание вырывалось белыми клубами пара. Шерстяной шарф, которым я замотал лицо одеревенел от инея, а упомянутый выше видоискатель мгновенно покрылся морозными узорами.
Здесь, впервые на моей практике, я почувствовал, как у меня замерзают белки глаз. Благо, на мне были горнолыжные очки. И несмотря на постоянное обледенение линз, они хотя бы немного защищали органы зрения.
Автопортрет
Целью нашего первого променада был каменный лабиринт «Вавилон». Он находится на одном из прибрежных островов, и мы пошли к нему прямо по ледяному полю залива. Нужный островок мы отыскали без труда, но вот лабиринт оказался погребён под метровыми сугробами. Сделав по глотку уже совсем остывшего чая, мы пустились в обратный путь. Для смены впечатлений решено было изменить маршрут и возвращаться к дому по горной тропе. С неё открывались невероятные виды, как на сам залив, так и на приморскую часть Кандалакши.
Вершина залива
С высоты птичьего полёта отлично читался створ маяков, ведущий на портовый рейд.
Передний маяк установлен на острове Малый. Он представляет собой семиметровую четырёхгранную металлическую ферму. Сторона маяка, обращённая к линии створа, обшита досками и окрашена в белый цвет с красной вертикальной полосой посередине. Задний маяк расположен в 1,5 милях к западу от переднего.
Остров Малый
Он стоит на скале под названием Малая Половинница и представляет собой 30-метровую ажурную металлическую башню, также обшитую в верхней части досками и идентично окрашенную. Примечательно, что возле современного навигационного ориентира до сих пор сохраняется железная пирамида старого маяка.
Учреждённые в знаменательном 1915 году Кандалакшские маяки по сей день не утратили своей стратегической важности.
На траверзе мыса Монастырский-наволок был обнаружен вернувшийся после ледокольной проводки «Новороссийск». Линейный дизель-электрический ледокол был построен на Выборгском судостроительном заводе, спущен на воду 29 октября 2015 года. Двухпалубное судно оснащено подруливающим устройством и двумя полноповоротными винторулевыми колонками, которые обеспечивают непрерывное движение при толщине льда до 1,5 метров.
Неожиданная встреча
Плавучий исполин сверкал как новогодняя ёлка! И он настолько меня впечатлил, что на все последующие дни стал главным героем съёмок. Я с упоением фотографировал его со всех возможных ракурсов на фоне потрясающих полярных пейзажей.
Краткие характеристики ледокола «Новороссийск»:
Водоизмещение: 14 000 тонн
Длина: 119,8 метров
Ширина: 27,5 метров
Осадка: 8,5 метров
Мощность: 4×6750 кВт
Скорость хода: 17 узлов (31,5 км/ч)
Автономность плавания: 40 суток
Экипаж: 35 человек
Новогодний ледокол
Вместо эпилога
Кандалакша – это типичный северный город, который очень сильно пострадал в девяностые годы. За последующую четверть века многие промышленные предприятия обанкротились и превратились в руины, а численность населения сократилась вдвое. Но город продолжает жить. Медленно, но верно развивается инфраструктура туристической отрасли, а на месте развалин и пустырей появляются современные общественные пространства. Хочется верить, что городские власти найдут правильный вектор развития, и когда-нибудь Кандалакша станет настоящим курортом Белого моря.
***
Мика Петров, специально для «ГоАрктик»
