К саамам с писателем Топелиусом и художником Миннекаевым

Коренные народы Севера Культура и искусство
Михаил Бронштейн
30 Декабря, 2020 | 13:41
К саамам с писателем Топелиусом и художником Миннекаевым
Саамы Норвегии, 1900 г.


Саамы принадлежат к тем народам Крайнего Севера, о которых написаны сотни статей и книг. Не раз рассказывал о них и портал GoArctic. Удивляться этому не приходится. Живут саамы не только на Кольском полуострове, но также в северных районах Финляндии, Швеции и Норвегии. В России и в каждой из зарубежных стран существуют свои научные школы «саамоведения», свои центры по изучению истории и культуры этого арктического этноса.

Численность саамов составляет, по разным оценкам, от 50 до 90 тысяч человек. Согласно данным, которые, на мой взгляд, являются наиболее вероятными, саамов в настоящее время около 70 тысяч. Из них почти 40 тысяч человек проживают в Норвегии, 20 тысяч в Швеции, в Финляндии порядка восьми тысяч -- и немногим менее двух тысяч саамов живут в России. По «северным меркам», саамов достаточно много, однако где бы они ни жили, им приходится прилагать немало усилий для того чтобы сохранить родной язык и традиции предков. Особенно остро этот вопрос стоит перед российскими саамами как в силу их меньшей численности, так и по целому ряду других причин. Об этом говорилось, в частности, в недавно опубликованных в GoArctic статьях этнографов М.Г. Кучинского и П.В. Каменева. Вместе с тем, в тех же очерках приводятся сведения о том, что в последние годы растёт самосознание российских саамов, и в посёлке Ловозеро Мурманской области, где проживают многие из них, успешно работают краеведческий музей и саамский национальный культурный центр, а в местной библиотеке можно найти много книг, посвящённых саамам.

Уверен, что в ловозерской библиотеке есть и книга, о которой я хочу рассказать. Адресованная младшим школьникам, она содержит информацию, интересную, полагаю, далеко не только детям. Называется книга «Сампо-Лопарёнок». Напечатали её в Калининграде, в издательстве «Янтарный сказ». Автор текста – финский писатель Сакариас Топелиус, живший в XIX веке. Автор иллюстраций – книга вышла в серии «Мастера иллюстрации» – наш современник Азат Миннекаев.


Сампо – имя саамского мальчика, прозвище «Лопарёнок» – производное от названия «лопари», которое применительно к саамам встречалось ещё в новгородских летописях XIII века. Оно, в свою очередь, происходит от финского «лаппи», означающего «жители окраинной земли». В настоящее время слова «лаппи», «лопари» вышли из употребления, но память о них осталась на географических картах. Наши дети наверняка слышали о Лапландии, родине Санта-Клауса. В современном взрослом мире Лапландия – это и самая северная провинция Финляндии, и общее название для всех территорий в России, Финляндии, Швеции и Норвегии, где живут саамы. Прежде чем мы обратимся к сюжету «Сампо-Лопарёнка», два слова об авторах этой книги, а точнее -- книжки, поскольку история, рассказанная Топелиусом и Миннекаевым, – сказка.

Сакариас Топелиус, швед по национальности, родился и умер в Финляндии. Поскольку в те времена, когда он жил, Финляндия входила в состав Российского государства, мы, вероятно, можем считать Топелиуса нашим соотечественником. Автор «Сампо-Лопарёнка» был не только писателем, но также известным учёным, собирателем карело-финского и саамского фольклора, профессором и ректором Императорского Александровского университета в Гельсингфорсе (Хельсинки). Он хорошо знал быт и мифологию саамов, поэтому в истории о мальчике Сампо, придуманной им и пересказанной на русский язык Еленой Лестр, есть масса достоверных деталей, которые дают возможность читателю, независимо от его возраста, многое узнать о «жителях окраинной земли».

Живописец и график Азат Миннекаев живёт в Санкт-Петербурге. Его творческий путь начался на рубеже 1970-80-х годов на родине, в Уфе. Затем он работал в Магадане, на Чукотке, на Аляске. Вернувшись в середине 1990-х в центральную Россию, художник по-прежнему много путешествует, выбирая для своих маршрутов Хакасию и Тыву, Центральную Азию и Поволжье. Бывает он и за полярным кругом. Хорошо зная Север, его природу, животных и, разумеется, живущих в высоких широтах людей, Миннекаев дополнил словесный рассказ о саамах яркими, запоминающимися, тонкими по манере исполнения иллюстрациями. Созданные акварелью и гуашью на белоснежной или чуть голубоватой бумаге, наполненные воздухом и светом, они живут в книге собственной жизнью, погружая читателя в художественное пространство, в котором тесно сплелись фантазия и достоверность.

Писатель и художник приглашают нас в гости к саамам. Примем приглашение и посмотрим на одну из первых «картинок», украшающих книгу «Сампо-Лопарёнок». Перед нами санный «поезд» жителей Лапландии. Мы видим оленей, влекущих по тундре нарты необычной формы. Видим идущего на лыжах отца Сампо и главного героя сказки – мальчик сидит в санях и машет нам рукой:


На страницах, где помещён этот рисунок, речь идёт в основном об оленях. «Северный олень, – читаем у Топелиуса, – ростом с небольшую лошадку, шерсть у него серая, шея короткая, а его голову с большими ясными глазами венчают ветвистые рога». Многие саамы вплоть до недавнего прошлого не мыслили своего существования без оленей. Оленеводство и сегодня играет в их жизни заметную роль, а в те времена, когда в Лапландию приезжал Топелиус, эта роль была ещё существенней. Олени были основным «транспортным средством». Туда, куда нельзя добраться на лодках, люди добирались, как правило, только на оленях. Занимались саамы преимущественно охотой и рыбной ловлей и вели полукочевой образ жизни. Таким образом, в XIX веке у них сохранялись глубоко архаичные культурные традиции.

Одной из таких традиций было изготовление особых нарт, у которых был только один полоз и не было копыльев. Сани, как верно показано на иллюстрации, были совсем небольшими, и запрягали в них обычно одного оленя. По-видимому, это очень архаичный тип нарт, восходящий к волокушам, появившимся ещё в палеолите. Саамы называли свою нарту «кересь», а у архангелогородских поморов она именовалась «керёжа» или «керёжка». Два этих слова есть в «Толковом словаре живого великорусского языка». Владимир Даль, составивший в середине позапрошлого века этот знаменитый словарь, дал такое описание саамским нартам: «саночки в виде лодочки». Сообщил он и о том, что вместо оленя в керёжу могли запрячь собак, а «в непроезжих лесах и топях для провоза клади или полицейского чиновника в неё впрягаются два человека».

Есть на рисунке Азата Миннекаева ещё одна любопытная деталь: отец Сампо, как уже отмечалось, изображён идущим на лыжах. В книжке «Сампо-Лопарёнок» лыжи упоминаются мельком всего один раз, причём далеко не на первых страницах. Между тем, согласно одной из гипотез, название «саамы» происходит от близкого по звучанию древнескандинавского слова, означавшего «ходить на лыжах». Использование саамами лыж, полагают этнографы, было воспринято древними викингами как отличительный знак народа, с которым, продвигаясь на север, они встретились в IX веке. Позднее саамы заимствовали у скандинавов это слово, и оно, в конечном итоге, стало для них названием собственного этноса. Топелиус, будучи крупным лингвистом, был, вероятно, знаком с этой гипотезой. Известна ли она Миннекаеву -- не берусь утверждать, но художник нашёл верный ход, создавая образ одного из главных героев сказки.

А сейчас перед нами другая иллюстрация: Сампо, его родители, их жилище:


На первый взгляд кажется, что живут они в чуме. Чумом назван их дом и в книжке. Однако не будем забывать, что перед нами не оригинальный текст, а перевод, и Топелиус, скорее всего, имел в виду не чум, а саамскую «куваксу». Схожая с ненецким чумом она была меньше, а значит, легче. Такие постройки бытовали в Лапландии наряду с более массивными жилищами, как, например, вежа. Их использовали во время перекочёвок весной и летом. Cудя по одежде изображённых на рисунке людей, по тому, как ярок покрывающий тундру снег, действие происходит в начале весны. Таким образом, Азат Миннекаев, то ли зная, как выглядит кувакса, то ли опираясь на присущую ему как художнику особую интуицию, достоверно изобразил кочевое жилище саамов. (Замечу в скобках, что в 2019 году на портале GoArcric была опубликована посвящённая саамам статья П.В. Каменева, в которой отмечалось, что, называя куваксу чумом, мы проявляем неуважение к культуре этого народа).

Итак, что происходит в сказке «Сампо-Лопарёнок»?

Однажды мать рассказала мальчику страшную историю о злобном великане, горном короле Хийси, об огромных волках, находящихся в его подчинении, о добром Золоторогом Олене:


Родители сказали сыну, чтобы он никогда не искал встречи с горным королем, но, как всегда бывает в подобных случаях, мальчик не послушался взрослых и отправился на поиски Хийси. Прервём пересказ сюжета и обратимся к новым персонажам, появившимся на страницах книжки.

Горы в фольклоре многих народов, в том числе северян, окутаны ореолом таинственности. Обычно они являются обителью сил добра, но бывает, что в них находят приют и злые силы. Согласно саамским мифам, когда приблизится конец света, «горы извергнут огонь». Может быть, именно поэтому в сказке о Сампо злой великан Хийси – «горный король»? Топелиус так описывает его: «глаза как две полные луны, нос как горный утёс, рот словно расселина в скале». Таким и изобразил горного короля художник.

Полная противоположность страшному великану – Золоторогий Олень. В книжке «Сампо-Лопарёнок» он олицетворяет добро и готовность пожертвовать собой ради людей. Нет сомнений в том, что этот образ был создан Топелиусом на основе саамских мифов о Мяндаше – олене с золотыми рогами. Саамы считали его своим прародителем, а также посредником между мирами – небесным, земным и подземным.

Такие же представления об олене существовали и отчасти сохраняются до сих пор у многих народов Северной Азии, живущих за тысячи километров от «земли саамов». Случайное ли это сходство? По-видимому, нет. Лингвисты относят язык саамов к финно-угорским языкам. Он близок к языкам финнов, карелов, эстонцев. Прослеживается в нём и глубинная связь с самодийскими языками, на которых говорят ненцы, энцы, нганасаны и селькупы. Это означает, что далёкие предки саамов находились в контакте с древними самодийцами и пришли на Европейский Север с востока, скорее всего, из Западной Сибири. Пришли и принесли с собой мифы, сложившиеся в Зауралье за несколько тысячелетий до нашей эры.

Волк с оскаленной зубастой пастью, которого мы видим на рисунке Азата Миннекаева, тоже далеко не случайно появляется в сказке о маленьком Сампо. В саамском фольклоре волки упоминаются часто. Здесь мы, бесспорно, как в случае с оленем, встречаемся с реликтом далёкого прошлого, и, как мне представляется, так же можем рассматривать этот образ сквозь призму древней истории саамов. Вновь обратимся к исследованиям языковедов. Помимо финно-угорских и самодийских слов, они обнаружили у саамов слова, не имеющие ничего общего ни с одним из известных науке языков. Лингвисты назвали их «досаамскими» и высказали предположение, что эти слова были заимствованы саамами из языка, на котором говорили племена, населявшие Европейскую Арктику до того, как туда пришли саамы. Эти первые жители Скандинавского и Кольского полуостровов, установили археологи, пришли на Крайний Север около десяти тысяч лет назад из Центральной и Восточной Европы, а у народов этих ареалов был с далёкой древности широко распространён культ волка. Рискну предположить, что у волков из старинных саамских легенд и, соответственно, у волка из сказки «Сампо-Лопарёнок» был очень древний предок – волк из мифологии арктических племён, встреченных в Лапландии саамами. Будучи более многочисленными, саамы ассимилировали полярных первопроходцев и включили в свою культуру ряд компонентов их культурной традиции.

В работах фольклористов подробно описана двойственная роль волка в мифологии народов мира. Он выступает то врагом человека, то, напротив, помогает ему. Объясняется это тем, что волки, нападая на животных, на которых охотились люди – в Арктике это были северные олени, – становились для них врагами. В то же время, видя, как охотятся эти звери, люди брали с них пример. В глазах зверобоев далёкого прошлого волки олицетворяли силу, ловкость и храбрость.

В книжке «Сампо-Лопарёнок» волк тоже ведёт себя двойственным образом. Вначале он приходит на помощь Сампо и выражает готовность доставить его в горы, где будет проходить «великий праздник», но затем заявляет, что, если через час по окончании торжества мальчик всё ещё будет в горах, он первым набросится на него.


Сампо принимает вызов, и вот он уже во владениях горного короля. Спрятавшись за огромным камнем, мальчик видит и самого Хийси, и тех, кто пришёл к великану в гости. Здесь были волки, олени, медведи, а также – процитирую Тобелиуса – «миллионы горных троллей, гномов и прочего странного народа».


Миннекаев изобразил троллей и гномов такими, какими мы привыкли их видеть на иллюстрациях к сказкам скандинавских писателей. Удачное ли это решение? Основания для него у художника, несомненно, были. Саамы на протяжении столетий испытывали сильные культурные влияния со стороны норвежцев и шведов, и поэтому в XIX веке их представления о маленьких жителях подземного мира вполне могли быть такими, как у скандинавов. Не исключён, однако, и другой вариант. В фольклоре саамов фигурируют собственные духи-карлики – «чахкли». Согласно саамским легендам, они тоже, как гномы и тролли, жили под землёй и в горах, охотились, рыбачили и даже разводили оленей, но олени эти были очень маленького роста. В одних преданиях говорится о том, что чахкли одевались как саамы, в других -- что вообще не носили одежды.

Вернёмся во владения горного короля. Для чего он созвал гостей? Ещё по дороге в горы волк сказал Сампо, что каждый год, когда после полярной ночи солнце возвращается на небосвод, в его честь проводят праздник. Однако на этот раз, как узнал мальчик, оказавшись уже в горах, Хийси задумал совсем другое. Великан заявил столпившимся у трона, что солнце больше никогда не взойдёт: «Никакого солнца! Вечная зима и вечная ночь!». 

«Горный король тряхнул головой, – пишет Топелиус, – и с шапки его посыпался густой снег. Гром прокатился по горам, вызывая снежные обвалы и лавины, а эхо не раз повторило весь этот грохот в глубоких ущельях. И снова раздался громовой голос горного короля: «Знайте все: солнце погасло! Теперь всё живое будет поклоняться мне, королю вечной зимы и вечной ночи!».

Что было дальше? Сампо вспомнил о том, что говорил на днях о солнце отец, показывая в полдень заалевший на юге горизонт, и, поборов страх, закричал: «Ты лжёшь, горный король! Солнце не умерло! Я сам видел его предвестника!». Великан, говорится в сказке, «потемнел от гнева, словно чёрная туча, и протянул свою страшную ручищу, чтобы раздавить дерзкого мальчишку»:


«В этот миг, – читаем дальше в книжке, – на краю неба загорелась огненная полоса, и в лицо горному королю ударил красный луч солнца. Ослеплённый великан зажмурился и опустил руку».

Этот драматичный эпизод из «Сампо-Лопарёнка» перекликается, с моей точки зрения, со старинной традицией ряда арктических этносов устраивать коллективные жертвоприношения, когда в январе-феврале солнце впервые поднимается над горизонтом. (Столь популярный сегодня на Севере «Праздник солнца» тоже восходит к этим давним обрядам). Весьма вероятно, что ритуал принесения жертвы по случаю окончания полярной ночи существовал когда-то и у саамов. Что касается желания горного короля погасить солнце, здесь вспоминается древний саамский миф о борьбе света и тьмы, солнца и луны.

Дальше события в сказке развивались следующим образом. Хийси не оставил намерения расправиться с Сампо, но на помощь мальчику пришёл Золоторогий Олень. Сампо вскочил ему на спину, олень помчался вниз по склону, а медведи и волки бросились в погоню. Преследовал беглецов и сам горный король, и когда уже почти настиг их, Золоторогий Олень нашёл спасительный выход. Стрелой полетел он к берегу озера, где стоял дом христианского священника. Жестокий великан, говорит читателям Топелиус, оказался бессильным против креста, который держал в руках пастор.


На последних страницах книжки мы узнаём, что священник подарил Сампо нарты, а Золоторогий Олень привёз мальчика к его родителям. «И снова они зажили вместе, и Золоторогий олень с ними» – такими словами заканчивается книжка «Сампо-Лопарёнок».

В том, что в финале сказки на помощь саамскому мальчику приходит протестантский священник, ничего удивительного нет. Сакариас Топелиус как человек своего времени, был поборником христианизации саамов. Начатый в XV веке этот процесс растянулся на несколько столетий. Но что любопытно: даже когда саамы приняли на западе Лапландии лютеранство, а на востоке -- православие, соседние народы продолжали считать их могущественными шаманами. Свидетельствует это, по всей вероятности, о стойкости исконных верований в саамских сообществах, о том, что в сознании саамов христианство уживалось с их собственными представлениями о мире. Впрочем, подобная ситуация была характерна для большинства коренных народов Арктики.

Завершая путешествие в Лапландию с писателем Топелиусом и художником Миннекаевым, я хочу отдать должное авторам книжки. Текст сказки даёт повод для размышлений о происхождении самого северного народа Европы, об особенностях его традиционной культуры, а иллюстрации позволяют увидеть воочию героев волшебной истории о саамском мальчике Сампо.    


Автор: Михаил Бронштейн, кандидат исторических наук, главный научный сотрудник Государственного музея Востока.



далее в рубрике