Морские коровы, ледяные архипелаги, неустаревающие идеи

Наука
21 Мая, 2021, 12:23
Морские коровы, ледяные архипелаги, неустаревающие идеи
Фото Леонида Круглова.


Аура Койвисто «Человек и его корова». – Москва: Паулсен, 2021


Отправляясь в свою последнюю в жизни экспедицию, капитан-командор Витус Беринг назначил геологом экспедиции Георга Вильгельма Стеллера, немца по рождению, поступившего на русскую императорскую службу. Геологом – но также и зоологом, ботаником, этнографом и врачом. Энциклопедическая образованность была не такой уж редкостью для учёных XVIII века ещё до того, как Дидро и д'Аламбер написали свою "Энциклопедию". Но и на фоне того времени Стеллер был выдающимся естествоиспытателем. И самой известной его находкой стала «стеллерова корова».

«Гиганты, качавшиеся на волнах бескрайнего океана, вес их достигал нескольких тонн. Они выглядели необычайно крупными тюленями, хотя на самом деле принадлежали к виду сирен. У них была маленькая голова и круглое туловище, одетое в толстую и шершавую, словно кора дуба, кожу – она оберегала их во льдах и на мелководье. Своими тупоносыми усатыми мордами они объедали в изобилии растущие на побережье водоросли и этим кормились. Семейство морских коров всегда передвигалось сообща, а пары хранили верность друг другу. По природе своей они были дружелюбными и удивительно добрыми. Если кто-то из семейства был ранен, то остальные собирались вокруг него и не покидали, несмотря на приближение охотников».

Эти добродушные, безобидные и беспомощные млекопитающие были беспощадно уничтожены людьми. Но в этом мало вины Стеллера. Он сам после их открытия прожил всего четыре года, умерев в Тюмени от лихорадки, тридцати семи лет от роду; его богатейшие коллекции будут подробно описывать и систематизировать преимущественно другие люди, от Кювье до Миддендорфа, -- находок хватит на всех! То, что он за это время успел сделать, нынче кажется просто невероятным. На одном только острове Каяк, где он пробыл всего шесть часов, Стеллер успел собрать и описать 143 вида растений, а на острове, где умер командор Беринг и который позднее назовут его именем, -- около двухсот.


Остров Беринга, место, где умер Витус Беринг и была открыта "стеллерова корова".


Стеллеровы коровы вымерли, поскольку Командорские острова оставались их единственным пристанищем, и с тех пор, как там появились люди, это место больше не было безопасным. "Коровы" не могли давать отпор, слишком долго приспосабливались к быстро изменившимся обстоятельствам (в отличие от каланов, на которых тоже велась активная охота). Мясо питавшихся водорослями морских млекопитающих казалось оголодавшим людям очень вкусным и питательным. Если сорок шесть членов экипажа Беринга сумели выжить, построить новый корабль, покинуть остров – то это во многом благодаря «стеллеровой корове» и самому Стеллеру, лечившему людей от цинги.

«Ещё больших похвал удостаивается жир стеллеровой коровы. Белый жир, побыв несколько дней на солнце, становится жёлтым, «словно лучшее голландское масло», не говоря уже о том, каким вкусным он делается после варки, на вкус «как миндальное масло», лучше любого другого животного жира, рассыпается в похвалах Стеллер. Его в буквальном смысле пьют кружками, что показывает, насколько сильно люди нуждались в энергии. Вдобавок маслом, вытопленным из этого жира, можно было заправлять лампы, и они горели ясно и без копоти».

Финская исследовательница Аура Койвисто, по собственному признанию, не сразу смогла полюбить своего героя. Ей пришлось «принимать» Стеллера, его мировосприятие XVIII века с прагматичным отношением и к животным, и к аборигенным народностям, его нелёгкий и обидчивый характер. Судя по книге, ей это явно удалось: рассказ о несчастливой экспедиции читается как приключенческий роман, в котором есть и непростые взаимоотношения главных героев, и окружавшие путешествие интриги, и роковое стечение обстоятельств, и, наконец, самая настоящая робинзонада на необитаемом острове.

12 августа 1742 года на могиле Беринга поставлен деревянный крест. Командорские острова отныне становятся формальной частью России, фактически же открытой для всех, кто решается промышлять в этих водах. Арктическому млекопитающему, которое было открыто Георгом Стеллером, осталось жить на свете всего лишь около четверти века.


Полный скелет стеллеровой коровы в Музее естествознания в Хельсинки. Вид вымер около 1768 года. В наши дни в этом семействе остался лишь один вид – дюгонь, но он не встречается севернее Японского моря.


Архипелаги Арктики: панорама высоких широт / Текст, фото Круглов Л.Л. – М.: Паулсен, 2021. – 176 с.: илл.

До арктических архипелагов мало кто доберётся – это и сложно, и дорого – а потому каждый, кто добирается,  исполнен энтузиазма. У туристов главная цель – напитаться впечатлениями, но туристов на ледоколах в российской Арктике по-прежнему немного, да и нет у них времени разгадывать загадки Ледовитого океана…

В июне 2019 года на ледоколе «Сомов» отправилась в заполярное плавание большая исследовательская компания представителей Росгидромета и Газпром-нефти. Посетить предполагалось не просто Землю Франца-Иосифа (самый северный архипелаг), а его самые отдалённые районы – «от острова Виктория на крайнем западе архипелага до острова Рудольфа на крайнем севере». Именно здесь могли выращивать детёнышей единороги-нарвалы. И экспедицию ждала удача: нарвалов удалось найти!


 Нарвалы.


Режиссёр Леонид Круглов видит в Арктике колоссальную сцену, где среди непривычных, иногда – почти космических декораций разворачиваются приключенческие сюжеты. И сюжеты эти в Арктике реальные,  будь то поиски редких животных или новые географические открытия.

Такое, например, сделала совсем недавно – в 2016 году – студентка Марина Мигунова. Изучая спутниковые снимки, она добавила к архипелагу Новая Земля пять маленьких островов! Они образовались в результате отступления соседнего ледника более чем на двести метров.

Есть в Арктике до сих пор неразгаданные загадки, разменявшие второе столетие: это и гибель экспедиции Русанова, и судьба большей части группы штурмана Альбанова. Чем хороши льды: разгадку они могут хранить чуть ли не вечно и каждый, кто пойдёт тем же маршрутом, имеет шансы на открытие. Вот только мало кому удаётся добраться до тех же мест и увидеть то, что видели мореплаватели прошлого… Круглов видит те же ледники, что видел Альбанов, колоссальную скалу с птичьим базаром на мысе Гранта, которую тот называл «Собором», ледяные поля с расщелинами – в одну из них, предположительно, провалились трое членов группы штурмана… Вот только сейчас экспедиция гораздо лучше оснащена, она не выбивается из сил и есть возможность вести фото- и видеолетопись.


Ледяное поле с расщелинами, где могли погибнуть члены группы Альбанова.


«Архипелаги Арктики: панорама высоких широт» -- это не только книга, но и, в первую очередь, фотоальбом. Созданный вот только что – но в той точке, где настоящее и прошлое кажутся нераздельными. Человека-исследователя, пришедшего в Арктику, по-прежнему может поджидать опасность в виде таранящих лодку моржей и голодных белых медведей, он может рассчитывать на исторические находки: застывшая Арктика на поверку оказывается замершей, но живой:

«Американская экспедиция Циглера 1903–1905 годов безуспешно пыталась покорить Северный полюс. Потрясают оборудование и сохранность строений базового лагеря на Земле Вильчека и большой базы на острове Алджера. Здесь много предметов быта: ложек, бочек, даже ящиков с зёрнами кофе. Мы обнаружили лодки, самодельную сковородку для разогрева консервов, большое количество консервных банок. Кофе пахнет, будто его только что распечатали, а значит, его можно пить».

А промысловую избушку на мысе Ефремов Камень первоначально построили ещё в XVII веке – но «достраивали как матрёшку: слоями» -- и те немногие смельчаки, которые сюда добираются, используют её и поныне.

Какие открытия и прорывы в историю могут ожидать исследователей Арктики? В книге Леонида Круглова они намечены пунктиром: это и затонувший в 1918 году знаменитый пароход «Вайгач» (место, где он лежит, -- известно, судно на тридцатиметровой глубине уже можно считать обнаруженным, но водолазные работы только предстоят); это и следы пропавшей русановской экспедиции на «Геркулесе», которые могут быть найдены на Северной Земле;  и исследование хребта Бырранга – самой северной материковой горной системы на планете, простирающейся от Енисейского залива до моря Лаптевых и, по оценке геологов, очень богатой полезными ископаемыми…

Круглов пишет о дубель-шлюпке «Якутск» и месте гибели шхуны «Адмирал Тегетхофф», о зимовье на острове Фаддея, где найдены украшения аж XV века, – всё это, потенциально, открытия, некоторые из них даже могут изменить наше представление об истории освоения Севера! Арктика в описании Круглова предстаёт «порталом в прошлое», сотни лет сохраняющим в себе многие тайны, и читатель может приобщиться к этим тайнам даже в том случае, если сам не имеет возможности отправиться в Заполярье.


«Арктика за гранью фантастики. Будущее Севера глазами советских инженеров, изобретателей и писателей /Павел Филин, Маргарита Емелина, Михаил Савинов»: Паулсен; Москва; 2018


«Эта книга посвящена тем российским и советским арктическим проектам, которым не суждено было сбыться». 

Казалось бы: зачем вспоминать о том, что не сбылось? Не сбылось – значит, стало неактуальным? А вот и нет. Большинство арктических проектов прошлого актуальности нисколько не утратили. В некоторых случаях причина неустаревания очевидна: к примеру, заманчивая близость Чукотки и Аляски, вдобавок знание о том, что когда-то в древности континенты уже были связаны перешейком, рождает проекты нового преодоления этих, всего-то, 86 километров!  В начале 1970-х годов архитектор Казимир Луческой представлял проект города будущего в Беринговом проливе таким образом:

«Он состоит из одной главной улицы и её небольших ответвлений «на два-три дома»: «Здесь невысокие дома располагаются ступенчато, амфитеатром, так что отовсюду виден всё тот же прекрасный морской пейзаж. На главной улице уютные магазины, приветливые кофейни, выставочные салоны. Сквозь зеркальные стёкла видны картины и скульптуры. В иных витринах – какие-то диковинные цветы и аквариумы с фиолетово-золотистыми и красно-зелёными рыбками». По главной улице проложены три ленты тротуара, движущиеся с разными скоростями. В качестве транспорта местные жители используют электромобили и электромопеды». 

Но город – это уже апогей объединения континентов. Чаще Берингов пролив предлагали преодолеть железнодорожным туннелем или хоть построить железнодорожную ветку с паромной переправой. В конце 20-х годов советский инженер Воронин предлагал вовсе засыпать пролив и протянуть железную дорогу от Амура. С технической точки зрения этот проект признавался чрезвычайно дорогим, но выполнимым.

В наши дни «изменение климата, особенно в Арктике», с которым «надо бороться», стало общим местом. Но и в минувшее столетие люди не раз замахивались на изменение климата, причём совсем в иную сторону, нежели сейчас. Тот же Берингов пролив, перекрытый дамбой или плотиной, должен был положить конец поступлению холодных вод из Ледовитого океана в Тихий, после чего Чукотка должны была стать чем-то на манер Ленинградской области. Были предложения перекачивать воду из Тихого океана в Ледовитый, после чего Арктика растает (а это значит – круглогодичное судоходство!) и даже оттянуть Гольфстрим к востоку… А предложение геофизика и климатолога академика М.И. Будыко распылить над Арктикой сажу (последующее быстрое потемнение поверхности льда и снега приведёт к резкому увеличению количества поглощённой солнечной радиации и значительно ускорит таяние морских льдов) – в сущности, не принципиально отличается от предложения миллиардера Билла Гейтса распылить в стратосфере тонны мела, чтобы охладить планету. Вот только цели у Будыко и Гейтса, как видим, противоположные и благо им представляется по-разному. 

Чтение книги «Арктика за гранью фантастики» (её, кстати, написали авторы портала GoArctic) то и дело рождает ощущение дежавю. Почти ничего не устарело. Даже те проекты, которые, как мёртвая сталинская железная дорога, были брошены уже в разгаре реализации, как бы не оправдав себя, то и дело вспоминаются и реанимируются. «Мёртвая дорога» ещё может стать частью Северного широтного хода: мечте о железной дороге на Севере уже больше века.

Из того, что не оправдалось (и то: навсегда ли?) можно упомянуть разве что отказ от развития гидроэлектрэнергетики в нижем теченье великих сибирских рек: Оби, Енисея, Лены. Огромные территории могли бы оказаться затопленными – но на них нашли углеводороды, и это было признано более рентабельным, чем перегораживать реки.

А идеи альтернативной энергетики с использованием силы ветра, более щадящих способов передвижения по уязвимой тундре, экономичного и комфортного обустройства северной жизни – разве они устарели? Напротив: с годами даже кажутся всё более актуальными. Можно поблагодарить М.А. Емелину, М.А. Савинова и П.А. Филина за то, что не оставили интереснейшие арктические проекты достоянием редких учёных-энтузиастов, а легко и доступно рассказали о них широкой публике. 


 Иллюстрация К. Арцеулова к статье В. Егорова «Электростанция в воздухе» Техника – молодёжи. 1938. № 12


Подготовила Татьяна Шабаева

далее в рубрике