Сейчас в Архангельске

07:28 2 ˚С Погода
18+

Что делать, если замолчал спутниковый телефон. Беспроводная связь у кочевников. Часть II

Готовность тундровиков участвовать в передаче сообщений помогла сохранить надёжность связи  

Связь в арктике Технологии
Кирилл Истомин
16 октября, 2023 | 13:40

Что делать, если замолчал спутниковый телефон. Беспроводная связь у кочевников. Часть II
Фото Кирилла Скоробогатько, GeoPhoto.ru



Продолжение. Начало здесь.


Спутниковая и мобильная. Приход в тундру новой связи

В кризисные 1990-е количество исправных раций в тундре стало стремительно уменьшаться, поскольку у оленеводческих предприятий перестало хватать денег на их замену. Тем не менее, вплоть до поздних 2000-х – а в ряде мест и до 2010-х – «Ангара» оставалась основным или, по крайне мере, значимым средством связи, и связанная с ней инфраструктура – система позывных, волновых диапазонов, периодов связи – сохранялась. Возродилась практика доставки сообщений «по цепочке», от групп, имевших средства связи, к адресатам и обратно. Более того, группы оленеводов, имевшие рабочие радиостанции («Ангару» для связи с «землёй» или даже просто «Карат» для связи со счастливыми обладателями «Ангары»), становились важными каналами связи с внешним миром для соседних групп кочевников и получали из-за этого важную прибавку в статусе. Вместе с тем уже с конца 1990-х – начала 2000-х в тундре появляется новый вид связи – спутниковая. Сначала она появилась на буровых и других объектах добывающей индустрии, причем пользоваться ею могли и оленеводы: информаторы вспоминают, что нефтяники и газовики никогда не отказывали им в звонке в случае нужды, такой была неофициальная (а возможно, в некоторых случаях и официальная) политика добывающих компаний. Во второй половине первого десятилетия нашего века начались эксперименты по распространению спутниковой связи непосредственно среди оленеводов. Спутниковые телефоны стоят достаточно дорого; недёшева и сама связь, всегда предоставляемая в рамках предоплаченного пакета минут. Поскольку оленеводы обычно себе позволить такие траты не могли – или, по крайне мере, предпочитали воздержаться от них – первые спутниковые телефоны закупались оленеводческими предприятиями и раздавались оленеводам взамен раций вместе с небольшим пакетом предоплаченных минут. Если оленеводы полностью растрачивали этот пакет, им приходилось покупать новый за свой счёт. Во втором десятилетии нашего века спутниковые телефоны в Ямало-Ненецком Автономном Округе вошли в список так называемых «этнических товаров», т.е. товаров, бесплатно выдаваемых через определённые интервалы времени администрацией округа тундровым домохозяйствам. Спутниковые телефоны, правда, выдавались домохозяйству всего один раз: в случае его утраты, оленеводы не могли рассчитывать на замену и должны были либо покупать его за свой счёт, либо использовать другие средства связи. Большой толчок к распространению спутниковой связи в тундре дало появление компании «Скайтел», предоставлявшей связь и телефоны дешевле, чем «Иридиум».

В то же время период второй половины 2000-х – 2010-х годов характеризовался масштабной экспансией мобильной связи в тундру, особенно в западной части страны: на территории Ямало-Ненецкого, Ненецкого автономных округов, Республики Коми и Мурманской области. В этот период мобильная связь появляется во многих тундровых посёлках, а в условиях открытой равнинной тундры это означает, что мобильные телефоны становится возможным использовать на значительной территории (до 20 км) вокруг них, хотя иногда для этого требуются возвышенные места или специальные тундровые «переговорные пункты» – вышки, обычно оставшиеся от геологов или иногда сооружённые оленеводами самостоятельно. В Ямало-Ненецком округе, помимо посёлков, мобильной связью в настоящее время оснащены многие объекты добычи и транспортировки нефти и газа, а также некоторые дороги, и вокруг них существуют зоны приёма, аналогичные поселковым. В тундрах северо-востока европейской части России зон приёма гораздо меньше, и во всех регионах существуют, разумеется, обширные территории, где мобильная связь недоступна. Тем не менее, мобильная связь к настоящему времени прочно вошла в жизнь оленеводов как Западной Сибири, так и европейской части России. Особенно привлекательна она благодаря своей дешевизне: как сами мобильные телефоны, так и услуги связи вполне доступны тундровикам самого скромного достатка, и даже владельцы спутниковых телефонов и солидных запасов предоплаченных минут для них предпочитают пользоваться мобильной связью там, где она доступна.

Одновременное распространение спутниковой и мобильной связи привело к тому, что связь в реальном времени с окружающим миром вновь появилась у всех (или, по крайне мере, подавляющего большинства) кочевых оленеводческих групп и даже отдельных кочевников. Более того, уже ко второй половине 2010-х годов новые виды связи полностью вытеснили из обихода рации. В настоящее время вряд ли у какой-либо группы оленеводов сохранилась работающая «Ангара». Что ещё более важно, ушла в прошлое сама инфраструктура радиосвязи с графиком выхода в эфир, позывными и назначенными частотами. Утрачены во-многом и связанные с нею навыки: не думаю, что много оленеводов сейчас сумеют выставить на рации нужную частоту и настроить антенну, а молодое поколение, пожалуй, ни разу не крутило «коня». Кроме того, мобильная и спутниковая связь имеет свойства, которых не было у прежних видов связи. Так, впервые тундровая связь стала конфиденциальной: содержание разговора по мобильному и спутниковому телефону, теоретически, недоступно третьим лицам. Более того, хотя предприятия по-прежнему используют эти виды связи для контроля над оленеводами (выяснение их местоположения, получение сведений о событиях, таких как рождения и смерти), оленеводы впервые стали независимы от предприятий в своём общении с третьими лицами. Теперь, чтобы поговорить с родственниками в посёлке, договориться о составе посылок в тундру, узнать, как живёт твой ребенок в интернате, не нужно приглашать их всех в «контору» совхоза и говорить с ними в присутствии, пусть и незримом, специалиста предприятия. Можно просто напрямую позвонить этим лицам. Всё это делает современную тундровую связь гораздо более похожей на связь вне тундры.

 

Когда исчезла связь

Уход провайдера спутниковой связи «Скайтел» по времени пришёлся на период выхода оленеводов с зимних пастбищ. Этот период, пожалуй, наиболее благоприятен для разъездов по тундре и лесотундре: ещё не начавший таять снежный покров даёт возможность эффективно использовать снегоходы, а уже достаточно длинный световой день позволяет совершать длинные поездки на дальние расстояния. Кроме того, оленеводы в этот период часто находятся в зоне мобильной связи, либо могут относительно быстро до неё добраться. Поэтому отказ спутниковых телефонов практически ни для кого не стал немедленно существенной проблемой: оленеводы смогли быстро задействовать альтернативные способы связи. Тем не менее, ощущение того, что этот год не будет «нормальным» в том числе в смысле тундрового быта – т.е. ощущение неопределённости, – судя по рассказам информаторов, распространилось практически сразу.


Мобильник в тундре: особенности использования

Надымская тундра, растянувшаяся по берегу Обской губы от устья Надыма до мыса Поворотный на северной оконечности полуострова Тазовский (Малый Ямал), – достаточно «насыщенное» связью место. Помимо посёлка Ныда – относительно старого населённого пункта и центра оленеводческого предприятия – по берегу Обской губы расположено несколько крупных объектов газовой промышленности, включая «город» Ямбург, – очень значительный по размерам вахтовый посёлок, принадлежащий «Газпрому». Все эти объекты оборудованы вышками мобильной связи и вокруг них создаются большие зоны, где возможно использование мобильников. Кроме того, мобильная связь существует в определённых местах вдоль дорог, соединяющих промышленные объекты. На побережье в северной части тундры – на полуострове Тазовский (Малый Ямал) – кое-где принимается сигнал мобильной связи из посёлков, расположенных на противоположном берегу Обской и Тазовской губ: Нового Порта и Антипаюты. Всё это делает возможным для местных оленеводов широко пользоваться мобильной связью.

Тем не менее, характер кочевания надымских оленеводов таков, что перейти полностью на этот вид связи для них затруднительно. В отличие от длинных «линейных» миграций оленеводов юга Ямальского полуострова и локализованных «круговых» миграций оленеводов юга Гыданского полуострова, кочевание Надымских оленеводов принадлежит к смешанному типу: по выходу с зимних пастбищ, местные оленеводы совершают ряд длинных «линейных» перекочёвок с таким расчётом, чтобы к моменту таянья снега оказаться на участках летнего выпаса; там, на месте летней стоянки, остаются зимние жилища (сейчас это в основном санные балки), нарты, а также женщины и дети оленеводов, в то время как мужчины с лёгким чумом или палаткой отправляются со стадом «кружить» по летнему участку. Летние участки бригад Ныдинского оленеводческого предприятия, объединяющего большую часть оленеводов Надымской тундры, располагаются цепочкой с юга на север по побережью Обской губы, и мужчины чаще всего кочуют «восьмёркой», т.е. описывают два круга, один – на запад, в сторону морского побережья, где оленям легче перенести комариный период, и второй – на восток, от побережья, где животные нагуливают вес перед зимой. Эти круги соединяются в точке летней стоянки, куда все мужчины, таким образом, возвращаются в середине лета. Кроме того, в течение всего лета мужчины по очереди совершают поездки на стоянку, чтобы повидаться со своими семьями, привезти им оленье мясо и добытую на охоте дичь, и взять продукты из хранящихся на стоянке запасов. После гона, с выпадением первого снега, оленеводы завершают период «кружения», откочёвывают с летних участков и линейными перекочёвками идут к зимним пастбищам. Такая система кочевания предполагает длительное пребывание оленеводов в одном районе или даже, в случае женщин, на одном месте, что иногда несовместимо с посещением мест с покрытием мобильной связи, а также существование проблемы связи между кочующей и некочующей частями бригады.

Если не считать пастбищные участки, расположенные в непосредственной близости к объектам нефтедобычи, где мобильное покрытие существует практически повсеместно (бригадам, использующим эти участки, спутниковая связь требуется лишь иногда во время кочевания между летними и зимними пастбищами и, в определённых случаях, на зимних пастбищах),   обеспеченность связью кочующих с «малым чумом» мужчин обычно хуже, чем остающихся на летней стоянке женщин, поскольку им обычно приходится проводить более или менее длительные периоды времени вне зоны мобильного покрытия. В случае, если у мужчин есть с собой спутниковый телефон, он часто используется для связи не только с посёлками, но и с оставшимися на летней стоянке семьями. Если же спутниковый телефон пришлось оставить на летней стоянке, то получить сведения от семьи и из посёлка становится возможно только посредством личных встреч – визитов на летнюю стоянку, в другие бригады, иногда на оленеводческий кораль и т. д.


В погоне за связью

Как видно из этих описаний, роль спутниковой связи среди оленеводов в летний период различается в зависимости от их пола и покрытия их летнего пастбищного участка мобильной связью. Соответственно, различной была и реакция оленеводов на исчезновение «Скайтела», хотя рост неопределённости ощутили даже те оленеводы, кто практически не пользуется спутниковой связью из-за хорошего мобильного покрытия. По словам одного из таких оленеводов, «мы уже готовимся, что после спутниковой начнёт отключаться и мобильная связь, поскольку она тоже идёт через спутник,»[1] и «мы уже прикидывали, кому куда можно будет ездить звонить, если мобильники перестанут работать». Последняя фраза подразумевает использование в качестве пунктов связи объектов газодобычи и посёлков, в том числе вахтовых, т.е. возвращение к моделям поддержания связи 1990-х годов или периода до появления радиотелефонов, хотя и не совсем понятно, почему оленеводы были уверены, что связь в этих пунктах сохранится. Однако если этого инофрманта возросшая неопределённость заставляла задумываться над возможными путями преодоления гипотетических проблем, члены менее удачливых в плане обеспеченности мобильной связью бригад оказались перед лицом проблем вполне реальных.

В отличие от остающихся на летней стоянке женщин и детей, кочующие со стадом мужчины обладают важным, в том числе и для компенсации «поломок» связи, преимуществом: мобильностью. Использовать это преимущество летом 2022 года стало особенно важным, поскольку во многих бригадах организовать летнее кочевание со стадом полностью в пределах территории покрытой мобильной связью оказалось невозможным, хотя попытки спланировать «кружение» так, чтобы максимально удлинить период пребывания на такой территории, судя по всему, предпринимались частью бригад. Из разговоров с оленеводами можно заключить, что существует, по крайне мере, два способа использования мобильности для поддержания связи. Во-первых, оленеводы могут активно «искать связь» (собственное выражение информаторов), т.е. совершать поездки к местам, где работает мобильный телефон. На территории без стабильного сотового покрытия такие места представляют собой обычно естественные или искусственные возвышения, где сигнал мобильной сети ловится на большем, чем обычно, удалении от передающей антенны; они прекрасно известны оленеводам, которые часто в шутку называют их «переговорными пунктами». «Переговорные пункты» обычно используются оленеводами (чаще всего молодого возраста), желающими соблюсти конфиденциальность своего разговора (спутниковый телефон, как «общую собственность», приходится использовать при других). При этом на переговорный пункт обычно едут только в том случае, если поездка туда занимает не более двух – двух с половиной часов. После поломки спутниковой связи, однако, на «переговорный пункт» стали ездить более регулярно и с заметно большего расстояния.


По живой цепочке

Вторым способом является передача сообщений непосредственно «из уст в уста» во время поездок. Примером такой передачи могут служить регулярные поездки мужчин-оленеводов на летнюю стоянку во время «кружения»: если между мужчинами и стоянкой нет регулярной телефонной связи, то из таких поездок обычно возвращаются с целым ворохом новостей не только о жизни на летней стоянке, но и о других бригадах, о жизни в посёлке и окружающем мире. После поломки спутниковой связи личные контакты превратились в важный способ передать сообщения тем группам, которые оказались лишены регулярной связи, и круг лиц, вовлечённых в передачу сообщений, расширился и стал чем-то напоминать «цепочки» из «эпохи до раций». Так, в августе 2022 года администрации совхоза понадобилось предупредить мужчин одной из бригад о необходимости срочно пригнать стадо на кораль, где его ждала ветеринарно-прививочная бригада. Зная, что мужчины находятся вне зоны покрытия мобильной связи, и их спутниковый телефон также не работает, представитель администрации прежде всего попыталась дозвониться (по мобильной связи) до летней стоянки бригады в надежде, что кто-то из мужчин находится там и сможет передать сообщение. Сделать этого по каким-то причинам ей не удалось, и она дозвонилась до летней стоянки соседней бригады, где сообщение принял один из оленеводов, как раз собиравшийся уезжать в «малый чум». Он доставил сообщение мужчинам своей бригады, один из которых на следующее утро отвёз его «по адресу». Таким образом сообщение было передано через третьи руки – вещь вполне обычная для прошлых эпох, но не для настоящего времени.

Необходимо отметить, впрочем, необычно высокую готовность тундровиков участвовать в сетях передачи сообщений и вкладывать силы и ресурсы в их поддержание, что сразу сформировало достаточно надёжную социальную сеть для передачи информации, ощущение присутствия которой сыграло огромную роль в преодолении чувства неопределённости, возникшего в связи с поломкой связи. По-видимому, той же цели – преодолению неопределённости – служила и некоторая стихийно возникшая «избыточность» каналов связи. Так, например, прежде чем покинуть зону покрытия мобильной связи, оленеводы специально звонили в администрацию оленеводческого предприятия, предупреждая об этом и спрашивая, нет ли каких-то известий или инструкций, которые они должны получить, прежде чем уйдут со связи. Как сообщил автору один из зоотехников предприятия, такое поведение для оленеводов совсем не характерно.[2]

Применение вышеописанных стратегий привело к тому, что исчезновение спутниковой связи в целом достаточно мало отразилось на способности оленеводов Надымского района получать и передавать информацию друг другу и на «большую землю». Передача сообщений стала требовать в ряде случаев больше времени и сил, стала задействовать большее количество лиц, и в этом смысле связь вновь стала «публичной». Однако обмен сообщениями остался возможным и не перестал быть достаточно эффективным. Такое сохранение эффективности имело свою цену: увеличение трат времени и сил, связанное с поездками для передачи сообщений или на «переговорные пункты», выбор менее удобных мест для летних стоянок и, возможно, для летнего «кружения» со стадом. Однако наиболее существенной была, по-видимому, цена психологическая, связанная с возросшим ощущением неопределённости. Впрочем, именно стремление преодолеть это чувство неопределённости, готовность работать индивидуально и совместно с другими для его преодоления позволили надымским оленеводам быстро и эффективно отреагировать на поломку и свести её последствия к минимуму.

 

Почему сохранилась связь. Выводы

В результате всего этого, в Надымском районе ЯНАО отказ значительной части спутниковых телефонов, связанный с уходом с российского рынка компании «Глобалстар» («Скайтел»), не привел к значительным перебоям со связью. Это, однако, не означает, что отказ не представлял собой крупной инфраструктурной поломки: учитывая роль спутниковой связи в жизни современных тундровиков, практически полное вытеснение ею радиотелефонов, вызвавшее распад задействованной под них инфраструктуры, а также популярность телефонов «Глобалстар», обусловленную умелой коммерческой политикой компании и удачным выбором ею модели архитектуры связи (что позволило держать цены на связь значительно ниже, чем у единственного конкурента), уход компании потенциально мог оставить без связи большие группы населения тундры. То, что в Надымской тундре этого не произошло, обусловлено, с одной стороны, широким распространением в районе мобильной связи, а с другой – действиями самих оленеводов по созданию и поддержанию дополнительных каналов коммуникации.

По крайне мере, некоторые из стратегий преодоления инфраструктурной поломки, применённых оленеводами и администрацией предприятий, – прежде всего, организация передачи сообщений по цепочке – судя по всему, воспроизводили стратегии связи, применявшиеся в тундре в 1950 – 1960-е годы (до введения радиосвязи) и в 1990-е годы (когда начались отказы радиосвязи). Следует особо отметить, что необходимые для осуществления этих стратегий социальные сети и нормы (готовность тратить время и силы на передачу сообщений, не требуя за это оплаты) не насаждались «сверху», а возникли среди оленеводов стихийно; более того, интервью показывают, что оленеводы были готовы расширить применение этих стратегий, если масштабы поломки расширятся и вслед за отказом спутниковой связи последует отказ мобильных сетей. Оставив в стороне вопрос о том, насколько такое расширение могло быть полезным (оно, как было упомянуто, основывалось на допущении, что по крайне мере в некоторых точках, связанных с нефтедобычей, связь сохранится), заметим, что готовность работать вместе над преодолением поломки и брать на себя обязательства в рамках обеспечивающих связь социальных сетей стали мощным фактором снижения неопределённости: оленеводы просто знали, что делать (и, что ещё более важно, что будут делать другие) не только в наличной ситуации, но и в случае её существенного ухудшения. Можно сказать, что сообщество оленеводов имеет социальные ресурсы, которые позволяют, в случае необходимости, вновь задействовать давно не использовавшиеся и создавать новые стратегии преодоления поломок такого сорта.

Было бы крайне интересно сравнить наблюдения в Надымской тундре с наблюдениями за реакцией оленеводов на поломку спутниковой связи в других регионах, особенно менее обеспеченных мобильной связью и имеющих иные модели миграций. Можно предположить, что в некоторых из них последствия поломки могли быть более серьёзными, а реакция тундровиков более разнообразной. Вполне возможно, что где-то пришлось даже «откатиться» к способам связи 1930-х годов, через пункты связи в посёлках. Мне, однако, пока не доводилось слышать, чтобы где-то отказ спутниковых телефонов привёл к крупным катастрофам, что означает, что тот или иной способ его преодоления был найден повсеместно. 


***

Кирилл Владимирович Истомин, Центр социальных исследований Арктики, Европейский университет в Санкт-Петербурге, специально для GoArctic.




[1] Возможность сокращения зон покрытия мобильной связи из-за невозможности экспортировать необходимое для неё оборудование и правда обсуждалась в новостных обзорах и соцсетях весной 2022 года.

[2] Следует напомнить читателю, что, даже кочуя вне зоны покрытия мобильной связи, надымские оленеводы остаются в большинстве случаев доступными для передачи сообщений через своих жён на летней стоянке.





далее в рубрике