Сейчас в Мурманске

00:12 6 ˚С Погода
6+

«Ненэй ненэця» и люди Лапландии

Коренные народы Севера
Василий Матонин
11 Апреля, 2022, 14:30
«Ненэй ненэця» и люди Лапландии
Мурман. Лопарские пастушки оленей. J. Soberg. 1911.



Дорогие читатели! Продолжаем знакомиться с открытками начала ХХ века из коллекции Александра Ивановича Сидорова.


«Ненэй ненэця» – настоящий человек

Ненец в переводе с ненецкого языка на русский означает «человек»[1]. «Ненэй ненэця» – настоящий человек. Русские промышленники и путешественники называли ненцев самоедами. По мнению известного северного художника Александра Борисова, слово самоед происходит от словосочетания «сам один», то есть «живущий особняком». В Мезенском уезде Архангельской губернии ненцев называли самодь, самоди, самоедин. Язык ненцев относится к самодийской языковой группе. Ненцев отличают способность с достоинством идти на уступки, надёжность, физическая сила, выносливость. Добродетели ненцев – вежливость и щедрость. Ареал расселения ненцев включает в себя арктическую тундру, типическую тундру, южную тундру и лесотундру[2]. Ненцы населяют побережье Северного Ледовитого океана от Кольского полуострова до Таймыра. Традиционное занятие ненцев – табунное оленеводство. Их культура, такая же хрупкая, как арктическая природа, несёт в себе богатый опыт жизни в суровых условиях крайнего севера. 


 Мезенские самоеды. Архангельская губерния. Архангельское общество изучения Русского Севера. Фото Я.И. Лейцингера.

Женская одежда ненецких женщин почти не отличается от мужской одежды, но украшается нашивками, разноцветными лоскутками, погремушками. Волосы женщины заплетают по-русски: в две косы, к которым могут быть привязаны разноцветные ленты или лоскутки. Ненцы – сильные коренастые люди с большой головой, плоским лицом и широким носом. Антропологический тип ненцев принадлежит к уральской расе, сочетая черты европеидов и монголоидов. На берегах реки Мезени («удачливой реки») жили ненцы и русские, зыряне мезенские и коми ижемские. У каждого народа был свой неповторимый уклад, совпадающий с природно-биологическими ритмами, опыт многовекового сосуществования и взаимодействия. Бобылева Мария Васильевна (1938 г.р., Азополье) вспоминает: «Ненцы заезжали в деревню по льду, по реки, оленину продавали, шерсть, рыбу суху»[3].

    

Масленица в Архангельске. Ненец в ожидании пассажира. Архангельское общество изучения Русского Севера. Фото И. Соберга.


На Масленичную ярмарку в Архангельск приезжали ненцы и катали местных жителей на оленях по Северной Двине.

    

Самоедский чум. J. Soberg . 1911 год.


Чум – жилище ненцев – представляет собой конус из жердей, покрытый полосами бересты или оленьими шкурами. В настоящее время для покрытия чума используют сукно и брезент. Установка и разбор чума – женское дело. Мужчина выбирает место для стоянки. Основа конструкции чума – три шеста. Дымовое отверстие находится сверху. Центр чума – очаг, в котором горит огонь. Над огнем вешают котёл, в котором готовят пищу. Семья рассаживается у огня, поджав ноги. У ненцев есть благопожелание: «Пусть не гаснет огонь в вашем чуме».

    

 В чуме. Печорский уезд Архангельской губернии. Архангельское общество изучения русского Севера. Фото Д.Д. Руднева.

 

Семья в переводе с ненецкого языка на русский – «живущие в одном чуме». Из мебели в чуме есть лишь небольшой столик и ларь, который используют для хранения и перевозки продуктов. Для освещения и обогрева чума предназначались светильники с рыбьим жиром или сало морского зверя. Основная пища ненцев – мясо оленя, рыба, чай или морс из ягод.


Сын и отец. Новая Земля. Фото путешественника З. Виноградова.


На отца и сына надеты малицы из оленьих шкур шерстью к телу. Белья не носили. Зимой и летом одежда была одинаковой. В холодную погоду поверх малицы надевали совик – рубаху из сермяжной непромокаемой ткани. Мужчины покрывали голову только зимой. Когда у ненца рождается ребёнок, отец дарит младенцу оленёнка. Из потомства этого оленёнка у ребёнка появлялось личное стадо. Когда ненец умирал, его личное имущество и любимый олень сопровождали покойного в иной мир.

 

 На оленях. Фото J. Soberg . 20 марта 1911 года.


Всё, что движется, у ненцев считается живым, неподвижное – мертвым. Ненцы отличаются выносливостью, способностью долго не есть и не спать, преодолевать большие расстояния, сидя на нартах. Почти каждый оленевод способен начертить схематический план своего местонахождения.

 

 На собаках. Новая Земля. 


Занятия оленеводством невозможно без использования собак – ненецких лаек. Основное средство передвижения ненцев летом и зимой – нарты. Для управления пользуются хореем – длинным шестом с металлическим или костяным наконечником. Ценность упряжки сопоставима с ценой жизни её хозяина. Когда стойбище в пути, место женщин в караване. Мужчины на лёгких нартах выбирают дорогу и гонят оленей. Достоинство оленевода определяется обилием осваиваемых тундр. Ритм кочевания задают олени. Во многих случаях пастухам предстоит быть быстрее своих стад. Кочевой образ жизни воспитывает предрасположенность ненцев к смене обстановки и минимализму в быту[4]


 Самоедка. Дальний Север. Фото J. Soberg . 20 марта 1911 года.


В ненецкой мифологии женщина – прародительница. От её поведения зависят судьбы людей и порождённого ею мира. Ненецкое общество построено на разделении «мужского» и «женского». Мужские виды деятельности связаны с неосвоенной природой. Женщины собирали и разбирали чум, воспитывали детей, готовили пищу[5]. Основная пища ненцев – оленина во всех видах, в том числе – сырое мясо и тёплая кровь. Запреты не унижали мужчину или женщину, а обозначали их различие. Когда жена нуждалась в помощи, мужчина мог взять вторую жену. Многоженство у ненцев было не общим правилом, а привилегией богатых мужчин. Рождение ребёнка разрушало сложившийся уклад. Для роженицы ставили специальный чум. Очистительным обрядом в обычном чуме, где происходили роды, занималась пожилая женщина. В течение восьми недель роженица считалась нечистой. Для очищения женщину окуривали вереском или салом, а чум переносили на новое место. Новорождённого ребёнка обёртывали в оленью шкуру и клали в колыбель, изготовленную из берёсты. Военной добычей ненцев были олени и женщины.

    Качели ненецких детей. Новая Земля. Издание Архангельского общества изучения русского Севера. Фото А.А. Поплавского.


Рыбацкие вешала для сушки сетей, подростки превратили в качели, привязав к перекладинам веревки. Маленькие дети любят играть в оленевода. Раскладывают цветные камушки или косточки. Это олени. Вертикально поставленный камушек – оленевод. У каждого из детей одно имя. Появление этого имени связано с обстоятельствами рождения. Второе имя будет дано в честь умершего предка, а третье – когда молодой человек сам станет отцом. 


Люди Лапландии

Саамы (русские их называли лопарями) –  народ финно-угорской языковой группы, населяющий Северную Европу. Саамы живут в Норвегии, в Швеции, в Финляндии, в России. Происхождение слова lapp восходит к финскому языку. Всех лесных жителей финны называли lappalainen. Самоназвание саамов – sami – по одной версии происходит от слова земля, по другой – от слов речной, водный. Ареал расселения саамов включает в себя  типическую тундру, южную тундру, лесотундру и лесную зону. Традиционные промыслы саамов – вольный летний выпас оленей с кочевьем на незначительные расстояния, охота и рыболовство.

     

Лопари.


Рисунок из атласа знаменитого римского картографа Антонио Лафрери (1512-1577). Антонио Лафрери и не менее известный фламандский картограф Абрахам Ортелиус (1527-1598) независимо друг от друга первыми начали издавать иллюстрированные атласы карт. В восприятии европейцев  Лапландия – страна холода и вечного мрака, населённая чародеями. Лопари отличаются невысоким ростом, чуть согнутыми коленями, белой кожей, широко посаженными светлыми яркими глазами, большим лбом. Лица у них круглые, почти без растительности. Вогнутый нос, широкие ноздри, волосы русые или рыжеватые. У мужчин – широкие плечи и грудь. Вид крепкий, коренастый. Антропологи относят саамов к лаплоидной группе уральского типа.

Первый алфавит для саамов был создан на основе латиницы. Православный священник и настоятель церкви Бориса и Глеба (на границе с Норвегией) отец Константин (Щеколдин) в 1894 году перевёл на язык саамов Евангелие от Матфея. В 1895 году создал и опубликовал для них азбуку на русском языке. По мнению известного этнографа Н. Харузина, современника о. Константина, просвещение лопарей христианством, их грамотность и улучшение образа жизни могут обеспечить лишь русские[6]. Из святых покровителей у коренных жителей Лапландии почитаются Николай Чудотворец, святые апостолы Пётр и Павел. Святитель Николай покровительствует рыбному лову. Насылает плохую или даёт хорошую погоду. Пётр и Павел являются покровителями весеннего лова. Когда начинается летний лов, саамы ставят свечку Илье Пророку. Святой Евстафий Плакида считается покровителем оленей. Более всего почитается просветитель преподобный Трифон. О нём сохраняются рассказы и предания. 


Лопари посада Иоканги.


Лопари жили территориальными общинами, состоящими из нескольких десятков человек во главе с выборным старейшиной. Важные вопросы решались собранием глав семей. Хозяйство было общим. Аборигены Кольского полуострова носили юпу – свободную суконную рубаху, сшитую из цельного отреза материи. У мужчин юпа была серого цвета, а у женщин – белая.  Летом поверх рубахи надевали суконный кафтан с высоким воротником и разрезом на груди. Длинная шуба со стоячим воротником, сшитая из оленьих шкур мехом наружу называется печок. Зимняя одежда, сшитая мехом внутрь, называется торк. Мужская и женская одежда во многом похожи, но женщины любят яркий цвет и украшения. Летняя мягкая обувь с заострёнными и приподнятыми вверх носками называется нюреньки. 

Для передвижения на оленях саамы использовали нарты в виде лодки. Без оленей невозможно представить жизнь саамов. Зимой саамы едят свежее, вяленое, солёное оленье мясо, летом – рыбу. Хлеба потребляют мало.  Мужчины занимались выпасом оленей и перевозками, а женщины воспитывали детей, ловили рыбу, охотились на куропаток. 

  Олени на пастбище.


Поселением саамов были зимние погосты, где они жили с декабря по апрель. В остальное время кочевали. Оленьи стада были небольшими –  несколько десятков голов. Саамский календарь предполагал разделение года на лето и зиму. Смена времен года ознаменована «медвежьим праздником» – обрядом перехода, знаменующим конец зимы и её начало. 


 Мурман. Временные жилища лопарей. Кувокса и вежа. J. Soberg. 1911.


Вежа – это традиционное жилище саамов. Это бревенчатая постройка в форме многоугольной усеченной пирамиды высотой немногим более двух метров и площадью около девяти квадратных метров с дымовым отверстием вверху и входом, обращенным к югу. Вежу покрывали оленьими шкурами или плотной тканью. Верхнюю часть прикрывали дёрном или корой. Пол вежи устилали оленьими шкурами, а в центре устраивали очаг из камней. На смену веже пришла иная форма жилища – тупа: сруб площадью около двенадцати квадратных метров и высотой около двух метров, с маленькими окнами и плоской крышей, покрытой дёрном.  Из глины и камней в углу тупы устраивали очаг. В тупе проживали одна-две семьи. Жилище для кочевья называли кувакса: каркас из шестов в виде конуса, соединённых вершинами. В центре куваксы раскладывали костёр.

Признаком родового союза являлся обычай называть друг друга по имени и отчеству. Женщин лопари именуют половинками. Жену называют по имени мужа, а в её присутствии – по имени или по отчеству. В песнях, рассказывающих о далёком прошлом, всех персонажей именуют по имени и отчеству. 

Женщины Кольского полуострова по праздникам надевали головной убор шамшура, а девушки – перевязку. Шамшура изготавливается в виде мягкой шапочки из красного сукна с подкладкой из хлопчатобумажной ткани. В шов у затылка вшивается каркас из берёсты, обтянутый материей и обшитый бисером. Девичьи перевязки имеют цилиндрическую форму, а по основанию – жёсткий каркас. Поверх шамшуры и перевязки повязывают шёлковые или ситцевые платки. Повседневный головной убор мужчин – колпак из овечьей шерсти. Зимний головной убор – глубокие шапки с небольшими наушниками. 


 Мурман. Лопарка. J. Soberg. 1911.


Выбирая невесту, русский лопарь никогда не останавливал выбор на лопарке скандинавской. Из-за интимных внебрачных отношений местных женщин с поморами дети в лопарских семьях всё более становились похожи на русских. В начале ХХ века от кочевого и полукочевого образа жизни происходил постепенный переход к оседлости. Русские промышленники подпаивали лопарей, выманивали у них дорогие меха за низкую цену. В употреблении водки лопарские женщины не уступали мужчинам. Местным жителям были необходимы соль, мука, сахар, чай. Цены в Коле на эти продукты были очень высокими сравнительно с ценами в Архангельске. Лопари говорили: «Спаси, Господи, оленя от волка, а нас, грешных, от купца Мартемьяна Базарова»[7]

В Лапландии широко известен женский шаманизм. Саамы Кольского полуострова считали, что у женщины более сильная душа, нежели у мужчины. Женщина могла иметь несколько мужей. От женщин зависело принятие важных решений в общине. Особое место в духовной жизни занимали почитание предков и промысловый культ. Священные места саамов отмечены зооморфными и антропоморфными сейдами – вертикальными каменными сооружениями. От сейда можно ждать как добра, так и зла. Каждая семья имела своего духа-покровителя, иногда – несколько духов. Они переходили по наследству. По народным лопарским преданиям, когда буря бушует, метёт снег, когда буря завывает по ущельям гор -- чудь выходит из могил и мстит за давние поражения. Северное сияние  – это восхождение духов на небо, где они сражаются друг с другом[8]


Автор:  Василий Николаевич Матонин, кандидат исторических наук, доктор культурологии, профессор кафедры культурологии и религиоведения Северного (Арктического) федерального университета имени М.В. Ломоносова. Главный редактор историко-литературного альманаха "Соловецкое море".



[1] Головнев А.В. Кочевники тундры. Ненцы и их фольклор. Екатеринбург:УрО РАН, 2004. С. 13.

[2] Головнев А.В. Говорящие культуры. Традиции самодийцев и угров. Екатеринбург:УрО РАН, 1995. С. 37.

[3] Матонин В.Н., Рапенкова С.В. Мезени живая вода. История края в судьбах его жителей. Соловецкие острова: Издательство ТСМ, 2017. С. 13 – 17.

[4] Головнев А.В. Кочевники тундры. Ненцы и их фольклор. Екатеринбург:УрО РАН, 2004. С. 37.

[5] Теребихин Н.М. Метафизика Севера. Архангельск: Поморский университет, 2004. С. 229-246.

[6] Харузин Н. Русские лопари (очерки прошлого и современного быта). М., 1890. С.88.

[7] Харузин Н. Там же. С. 128.

[8] Харузин Н. Там же. С. 4.



далее в рубрике