В День работников заповедного дела арктические нацпарки рассказали интересные факты об обитателях заповедных территорий и о своих сотрудниках

Фото: Игорь Георгиевский / GeoPhoto

14 октября в стране отмечается День работников заповедного дела и GoArctic поздравляет всех сотрудников национальных парков, заповедников и заказников – людей, занимающихся одним из самых важных дел: сохраняющих природный мир в его первозданности. Арктические нацпарки «Берингия» (Чукотский автономный округ) и «Русская Арктика» (Архангельская область) отметили День работников заповедного дела рассказами о своих обитателях и о сотрудниках. В «Берингии» поделились интересными фактами из жизни птиц и китов, а в «Русской Арктике» сняли видео о предпочтениях сотрудников. К примеру – знали ли вы, что ближайшие родственники китов на нашей планете – бегемоты? И что до сих пор в теле каждого кита остались зачатки тазовых и бедренных костей, а в передних плавниках скрыта пятипалая «рука»? Или что морские птицы проводят в море весь год, только на время гнездования выходя на сушу? И что выбирают сотрудники заповедников – работу в офисе или в экспедициях?

В своё время эксперт ПОРА, заместитель директора Национального комитета экологической безопасности, кандидат биологических наук и старший научный сотрудник ФГБНУ «ВНИРО» Анна Ридигер публиковала на GoArctic мнение о том, что на территории Арктической зоны РФ очень велики резервы расширения системы разных форм ОПТ. Сейчас в арктических регионах доля заповедных территорий составляет от 2 до 8%, а должна – 20–40%. Эксперт считает, что нужно ориентироваться на практику и опыт крупных северных регионов: к примеру, в Республике Саха (Якутии) площадь ООПТ занимает более трети всей площади региона, а в Северной Америке охраняемые природные территории составляют около 55% площади арктической зоны. На это можно возразить – где взять столько работников заповедного дела, которых и сейчас не хватает. Ответ, как и в любых кадровых вопросах, комплексный – поднимать престиж профессий, связанных с заповедным делом, обучать, расширять сферу природоохранных мероприятий, продвигать ценности и значимость охраны природы, вывести экологию и природоохрану из круга «второстепенных» задач и многое другое.

Но деятельность национальных парков, заповедников и заказников длится независимо от того, сколько под них отведено территорий и сколько оформлено сотрудников, потому что их обитатели – птицы, животные, киты, растения – независимо от этого живут свою жизнь в своей естественной среде, ходят, плавают и летают вековыми маршрутами, расцветают и увядают по ежегодному циклу. И минимум, что мы можем – просто не мешать им, а максимум – в роли «заповедных» работников – наблюдать, изучать, спасать, охранять, планировать развитие и защиту на всех уровнях, положить свою жизнь на это – такое незаметное – и такое важное дело.

Фото: Сергей Карпухин / GeoPhoto

«Берингия»: птицы и киты

Птицы

В нацпарке рассказали, что в колониях на заповедных скалах Чукотки гнездятся сотни тысяч птиц и название «птичий базар» возникло из-за непрерывного гомона и суеты. На скалах гнездятся кайры, чайки, чистики, бакланы, ипатки, топорки, конюги. Шум птичьего базара – это голос только арктического лета, потому что многие морские птицы буквально «выходят из воды на сушу» только для создания потомства – все остальное время года они проводят в море (об этом в «Берингии» пообещали рассказать позже).

И скалы «Берингии» выбираются ими не случайно: глубинные течения у берегов Чукотки поднимают на поверхность массы питательных веществ, что привлекает огромное количество рыбы и планктона, и в свою очередь создаёт отличную «кормушку» для морских птиц. Самые крупные птичьи базары находятся в проливе Сенявина, на острове Колючин и на мысе Халюскин. За лето птицы выбирают из моря тысячи тонн корма, но «возвращают долг»: помет (гуано) сотен тысяч птиц удобряет прибрежные воды минеральными солями, что стимулирует рост водорослей и планктона и обеспечивает непрерывный круговорот жизни в Арктике.

При этом птичьи колонии – это хаос только на первый взгляд: на самом деле у каждого вида есть свой «этаж» на скале и своё меню в море. Некоторые виды гнездятся на узких карнизах, другие – в глубоких расщелинах или норах. Одни охотятся на рыбу, другие – на беспозвоночных, третьи – на планктон. А совместная жизнь многих видов дает преимущество при защите кладок яиц от хищников: сообща птицам гораздо легче их заметить хищника и дать коллективный отпор.

Некоторые птицы не строят гнёзд, а откладывают яйца прямо на голые узкие карнизы скал – например, кайры. GoArctic писал об особенностях кайр: птенцы кайр прыгают со скал в воду, не умея летать, их воспитывают отцы, а матери улетают линять и зимовать. Яйца кайр тоже особенные – по форме, которой нет больше ни у кого в орнитофауне: природа защитила их от падения со скалы, придав грушевидную форму – если задеть такое яйцо, оно не покатится вниз, а начнёт крутиться на месте вокруг своей оси.

Еще одна арктическая особенность, связанная с птицами – то, что коренные жители Чукотки традиционно собирают яйца морских птиц в начале лета, что является важной частью их ежегодного уклада. Как рассказали в «Берингии» – для такого неистощительного природопользования в нацпарке выделены специальные зоны, где коренным народам разрешено вести сбор, сохраняя связь времен и культур.

Фото: Денис Кабанов / GeoPhoto

Киты

В «Берингии» подчеркнули удивительное – ближайшие родственники китов – бегемоты: они имеют общего предка, который вел полуводный образ жизни около 50 миллионов лет назад. Пути потомков позже разошлись: одни остались в пресных водах рек, другие прижились в соленых водах океанов. Доказательства эволюции китов можно найти в египетской пустыне Вади-аль-Хитан (Долина китов), внесенной в список Всемирного наследия ЮНЕСКО: 40-50 миллионов лет назад это место занимал древний океан Тетис, и сейчас в песке находят сотни окаменелых скелетов древних китов – разных стадий их превращения из сухопутных существ в морских обитателей.

До сих пор в теле каждого кита остались крошечные зачатки тазовых и бедренных костей. В редчайших случаях атавизма из-за генетического сбоя у эмбриона активируются «спящие» древние гены и китообразные рождаются с настоящими внешними ножками или дополнительными задними плавниками, внутри которых развиты суставы. А в передних плавниках скрыта пятипалая «рука», почти идентичная человеческой кисти. Кит тоже обладает плечевыми костями, предплечьями и костяшками пальцев – облачённых эволюцией в форму плавника для жизни в воде.

По способу питания китообразных делят на две группы: первая – усатые, они фильтруют воду с планктоном сквозь «сито» специальных роговых пластин – «китового уса»; вторая – зубатые, это активные хищники, которые хватают добычу зубами.

Киты спят в воде только «наполовину»: одно полушарие мозга отключается, а второе бодрствует – чтобы контролировать дыхание (каждый вдох кита – это осознанное действие) и зрение – один глаз животного всегда открыт для отслеживания опасности и положения тела.

Из-за масштабного и глобального китобойного промысла, продолжающегося вплоть до второй половины XX века, киты оказались на грани исчезновения. Только законодательное введение запретов на международном уровне спасло многие виды от полного истребления. Сейчас в России право охоты на китов имеют только коренные народы и только для обеспечения арктического населения.

Как отметили в нацпарке, заповедные воды «Берингии» – это гигантская «столовая» для китов, которые приплывают на лето и осень в богатые пищей воды Чукотки из акваторий Мексики и Гавайев, откармливаются и накапливают жир, запаса энергии от которого им должно хватить на весь следующий год.

«Русская Арктика»: работники заповедного дела