Сейчас в Арктике:
Ледостав

Борис Вилькицкий: судьба первооткрывателя

Борис Вилькицкий: судьба первооткрывателя
2 Сентября, 2019, 11:48
Комментарии
Поделиться в соцсетях

Ледокольные транспорты «Таймыр» и «Вайгач» в устье реки Анадырь, около Ново-Мариинска, 1913 г.


Гидрографическая экспедиция Северного Ледовитого океана (1910 – 1915 гг.) навсегда вошла в историю российской науки и мореплавания. Всемирную известность обрёл и её начальник в 1913 – 1915 гг. – Борис Андреевич Вилькицкий. В предлагаемой вниманию читателей статье хотелось бы осветить его биографию до и после «экспедиции века», затронув историю полярных экспедиций, в которых он принимал участие после 1917 г. Об этом немного уже рассказывалось в статье «1919-й год: Белое движение в Арктике».

Прежде чем перейти непосредственно к биографии Б.А. Вилькицкого, необходимо рассказать о его отце – А.И. Вилькицком. Он оказал влияние на выбор жизненного пути своего сына, который смог стать достойным продолжателем его трудов.

А.И. Вилькицкий

Андрей Ипполитович Вилькицкий -- отец Бориса Вилькицкого


Андрей Ипполитович Вилькицкий (1858 – 1913) был выдающимся русским гидрографом. Он занимался исследованиями на Онежском озере и в арктических морях. В 1894 – 1896 гг. возглавлял Гидрографическую экспедицию по изучению устьев Оби, Енисея и части Карского моря. В 1898 – 1901 гг. Вилькицкий-старший командовал Гидрографической экспедицией Северного Ледовитого океана, работавшей в западном секторе Арктики. С 1907 г. и до конца жизни А.И. Вилькицкий руководил Главным гидрографическим управлением. В одном из некрологов было отмечено:

«...из области деятельности А.И. Вилькицкого как начальника Гидрографического управления заслуживают внимания следующие факты. В 1910 г. был составлен систематический план гидрографических работ на много лет вперёд, обслуживающий все моря Империи, как в отношении военного, так и торгового флота. Идя навстречу нарастающей необходимости для штурманских офицеров иметь возможность освежать и пополнять свои знания, Главное гидрографическое управление организовало особый класс с теоретическими и практическими занятиями …Разработав план пересоставления карт Балтийского моря, управление в 1910 г. приступило уже к изданию этих карт». 
А.И. Вилькицкий (Некролог) // Русское судоходство. 1913. № 4. С. 45. 

К заслугам А.И. Вилькицкого также можно отнести учреждение специального Корпуса гидрографов, в который вошли офицеры соответствующей специальности, учреждение мастерской мореходных инструментов. Именно А.И. Вилькицкий был одним из главных инициаторов создания Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана, принёсшей мировую славу его сыну. В 1913 г. Андрей Ипполитович был зачислен в Корпус гидрографов со званием гидро­графа-геодезиста, произведён в полные генералы Корпуса гидрографов и уволен от службы по болезни. Умер А.И. Вилькицкий в Санкт-Петербурге, похоронен на Смоленском православном кладбище. Эпиграфом к воспоминаниям о нём стали слова, чётко отразившие всю жизнь этого человека: «Он беречь своих сил не умел».

Неудивительно, что оба сына А.И. Вилькицкого – Борис и Юрий (1888 – 1905; умер, будучи кадетом Морского корпуса) выбрали флотскую карьеру. Помимо двух сыновей у А.И. Вилькицкого были две дочери – Вера и Лидия.

1 сентября 1897 г. Борис Вилькицкий был принят воспитанником в Морской кадетский корпус. На судьбу Б.А. Вилькицкого с юности большое влияние оказало тесное знакомство его отца с известным деятелем Российского флота – Иваном Константиновичем Григоровичем (1853 – 1930), который в 1911 – 1917 гг. занимал пост морского министра. 

И.К. Григорович

Капитан 1 ранга И.К. Григорович – командир эскадренного броненосца «Цесаревич»


6 мая 1903 г. Б.А. Вилькицкий был произведён в мичманы и зачислен в 20-й флотский экипаж. С июня 1903 г. по март 1904 г. он находился во Франции, в Тулоне, куда отправился в качестве сопровождающего с командой нижних чинов, которым предстояло служить на эскадренном броненосце «Цесаревич», построенном на французском заводе фирмы «Форж и Шантье».

Броненосец "Цесаревич"Эскадренный броненосец «Цесаревич»


Вилькицкий-младший был назначен штурманским офицером «Цесаревича», участвовавшего в обороне Порт-Артура во время Русско-японской войны 1904 – 1905 гг. 27 января 1904 г. во время атаки японцев на Порт-Артур «Цесаревич» был торпедирован японским миноносцем. Броневая противоминная переборка хорошо выдержала взрыв торпеды. Несмотря на крен, «Цесаревич» остался на плаву и всю ночь отражал атаки японских миноносцев. Поскольку броненосец вышел из строя на долгое время (его ремонт продолжался до июня 1904 г.), за счёт его офицеров и команды частично пополнили некомплект на оставшихся боеспособных кораблях эскадры (часть же офицеров и матросов перевели на сухопутный фронт). Мичману Вилькицкому приходилось выполнять самые разные задачи – от участия в десантных операциях до рисования схематических чертежей и силуэтов японских кораблей. 

Капитан 1 ранга Григорович был 28 марта 1904 г. был произведён в контр-адмиралы и назначен командиром порта Порт-Артур. Через два месяца вслед за Григоровичем с «Цесаревича» был списан и Б.А. Вилькицкий, поступивший в распоряжение командира Порт-Артура. С июня 1904 г. Борис Андреевич был адъютантом командира порта. Через некоторое время, по воспоминаниям сослуживца - мичмана Д.И. Дарагана - «Бобка Вилькицкий побранился с Григоровичем, ушёл из его блиндажей на дачных местах и пошёл воевать». Можно лишь предположить, что молодой офицер рвался принять участие в боях, а его покровитель, возможно, стремился сберечь молодого человека от вражеской пули. Несмотря на некоторые трения, Григорович так характеризовал своего подчинённого за первый год службы: «Познания в морской и строевой службе прекрасные. Главное, видно любовь к службе и любознательность...».

Старший лейтенант Борис Вилькицкий

Старший лейтенант Борис Вилькицкий.


18 ноября 1904 г. в сражении за гору Высокую Вилькицкий был ранен пулей в грудь навылет. Чуть больше чем через месяц Порт-Артур был сдан, и Вилькицкий, как и многие другие моряки, оказался в японском плену. Там он пробыл недолго – уже 18 января 1905 г. его отпустили из города Нагасаки. За участие в Русско-японской войне Вилькицкий получил ряд боевых наград: ордена Святого Станислава 3 степени с мечами и бантом; Святого Владимира 4 степени с мечами и бантом; Святой Анны 4 степени с надписью «за храбрость»; серебряную медаль в память о Русско-японской войне 1904 – 1905 гг.; орден Святой Анны 3 степени с мечами и бантом; нагрудный знак для защитников крепости Порт-Артур.

После возвращения на Балтику, в августе 1905 г. Борис Андреевич был зачислен в штурманские офицеры 2-го разряда. 6 декабря 1905 г. Вилькицкий получил чин лейтенанта «за отличие по службе». В 1908 г. окончил Николаевскую морскую академию (гидрографический отдел). 

Выпускники академии

Преподаватели и выпускники гидрографического отдела Николаевской морской академии, 1908 г. Сидит третий слева в первом ряду – А.И. Вилькицкий, стоит второй справа во втором ряду – Б.А. Вилькицкий.

6 декабря того же года он был произведён в чин старшего лейтенанта и продолжил службу на Балтике. Современники отмечали его способности к штурманскому делу. Неудивительно, что 17 декабря 1912 г. капитана 2 ранга Б.А. Вилькицкого (в этот чин он был произведён несколькими днями ранее) назначили на должность флагманского штурманского офицера Штаба командующего Морскими силами Балтийского моря. 

«Тут он вводит много хорошего по организации штурманского дела, строит прекрасный оптический пеленгатор (монокуляр с призмой, приспособленный к нашим компасам), как-то между прочим создаёт рациональный тип девиационных таблиц и повсюду вносит оживление». 
Дараган Д. Памяти Бориса Андреевича Вилькицкого // Морские записки. 1961. № 3 – 4. С. 56. 

9 мая 1913 г. Б.А. Вилькицкий удостоился благодарности командующего флотом адмирала Н.О. Эссена за свои труды. 6 декабря 1912 г. произведён в чин капитана 2 ранга. В этот же период он принимал участие в гидрографических и геодезических работах на Балтике и на Дальнем Востоке.

С 1910 г. начала свою работу Гидрографическая экспедиция Северного Ледовитого океана (ГЭСЛО). Построенные в Санкт-Петербурге ледокольные транспорты «Таймыр» и «Вайгач» перешли во Владивосток и каждый год стирали «белые пятна» с карты Арктики. Борис Андреевич, будучи опытным штурманом и человеком, которого влекло к себе всё неизведанное, мечтал принять участие в экспедиции с момента её сформирования. Но против этого категорически выступил его отец, мотивируя тем, что ему неудобно будет активно заниматься поисками экспедиции в случае её исчезновения во льдах, если на борту одного из судов будет находиться его сын. Лишь после смерти отца, в 1913 г., Б.А. Вилькицкий стал командиром «Таймыра» и помощником начальника экспедиции генерал-майора И.С. Сергеева. После того, как из-за тяжёлой болезни Сергеев был вынужден покинуть экспедицию, Вилькицкий возглавил её. 

Не будем подробно останавливаться на ходе работ экспедиции – об этом написано немало. Её главными итогами стало открытие Земли Императора Николая II, островов Генерала Вилькицкого, Цесаревича Алексея, Старокадомского, Новопашенного, а также первое в истории сквозное плавание (с одной зимовкой) по Северному морскому пути в направлении с Востока на Запад. Помимо географических открытий, создания описаний и карт акваторий, ранее малоизученных мореплавателями, в ходе экспедиции была собрана обширная информация о течениях, льдах, атмосферных и магнитных явлениях. 

3 сентября 1915 г. «Таймыр» и «Вайгач» пришли в Архангельск. Первая Мировая война не дала возможности продолжать работы, и экспедиция была расформирована. Во время Первой мировой и последовавшей за ней Гражданской, часть офицеров погибла, а некоторые, во главе с Б.А. Вилькицким, оказались в эмиграции. Из-за этого научные результаты ГЭСЛО не были в должной форме обработаны и изданы. Не успел выпустить серьёзных работ и Б.А. Вилькицкий (он опубликовал ряд научно-популярных статей, как в России, так и в эмиграции). Впрочем, для мореплавателей данные, полученные в ходе работ ГЭСЛО, были доступны практически сразу после её завершения. Один из активных участников экспедиции А.М.Лавров писал в 1929 г. в рецензии на книгу Э.Е. Арнгольда – врача транспорта «Вайгач»: 

«Как известно, сразу же после работ экспедиции Гидрографическим управлением были составлены три карты […], охватывающие весь прибрежный район Сибирского моря от мыса Дежнёва на запад до Таймырского залива, по которым в настоящее время уже много лет осуществляется мореплавание из Тихого океана в реки Колыму и Лену.

Кроме этого, Гидрографическим управлением в 1922 г. были изданы „Материалы по лоции Сибирского моря”, составленные участником экспедиции К. К. Неупокоевым […].

Как карты, так и материал по лоции успели уже заслужить должную оценку как среди отечественных, так и иностранных мореплавателей.

Таково действительное положение с главнейшими материалами, добытыми экспедицией. Правда, иначе обстоит дело с материалами, характеризующими физико-географический режим района работ экспедиции, которые, помимо немалой научной ценности, играют существенную роль и для практических нужд мореплавания. Эти материалы, как-то: метеорологические наблюдения, приливно-отливные явления, наблюдения над высшими слоями атмосферы, наблюдения над состоянием льда, в большей своей части уже обработаны, и надо полагать, что они скоро будут изданы.

В несколько худшем положении находится общее описание всех работ и плавания экспедиции. В отсутствии такого полного отчета, очевидно, и кроется главная причина распространенного мнения, что никакие материалы Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана до сих пор не изданы. Этой же причиной обусловливается и вообще сравнительно малое знакомство с теми работами и открытиями, которые выпали на долю этой экспедиции. Но ведь полный отчет в значительной мере связан с общей обработкой всех материалов, собранных экспедицией, и если, как отмечалось выше, эта работа подвигается к концу, то тем самым приближается и срок возможной проработки и издания общего описания работ и плавания экспедиции».

Лавров А.М. Рец. на: Арнгольд Э. По заветному пути. Воспоминания о полярных плаваниях и открытиях на ледоколах «Таймыр» и «Вайгач» в экспедициях 1910 – 1915 гг. Под редакцией М.С. Бондарского. М.-Л., 1929 // Записки по гидрографии, издаваемые Гидрографическим управлением. Т. 58. Л., 1929. С. 103

Фундаментальный труд об истории экспедиции подготовил Н.И. Евгенов – помощник начальника ГЭСЛО и выдающийся советский учёный. Но издать его при жизни он не смог. Лишь в 1985 г., благодаря усилиям доктора географических наук В.Н. Купецкого в свет вышла работа, посвящённая научным результатам экспедиции. В полном же объёме труды Евгенова увидели свет лишь в год столетия открытия Земли Императора Николая II. 

Существует версия о том, что начальник экспедиции и офицеры судов изначально хотели дать вновь открытой земле название Тайвай (в честь «Таймыра» и «Вайгача»). Информация об этом была опубликована во Владивостокской газете «Далёкая окраина» вскоре после прибытия транспортов из исторического плавания. Но сам Вилькицкий в докладе, сделанном во Владивостоке (и опубликованном в той же газете), писал: 

«…может показаться странным, что докладывая об её [новой земли] открытии, я не назвал её каким-либо именем, но дело в том, что хотя географические традиции и сохраняют за землями те названия, которые даны людьми, впервые их увидевшими, но не всегда и не всеми именами могут распоряжаться самовольно путешественники. Имя эти земли получат тогда, когда доклад о них вместе с картой будет представлен на Высочайшее благовоззрение и когда Его Императорское Величество соблаговолит утвердить своим новым владениям такое имя, которое им приличествует».
Сообщение, сделанное капитаном 2 ранга Б. А. Вилькицким в Морском собрании // Плавание Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана в 1913 г. (Доклады участников). Владивосток, 1913. С. 11.

В 1914 г. приказом морского министра вновь открытый остров был назван Землёй Императора Николая II. Пролив между землёй и островом в 1916 г. получил название в честь Цесаревича Алексея (это название никогда не фигурировало на географических картах). Названия же островов, данные в честь представителей царствующего Дома Романовых, до середины 1920-х гг. наносились на карты, выпущенные уже в СССР.

В 1916 г. правительство России обратилось к иностранным государствам с посланием, в котором было официально заявлено о присоединении новых земель, открытых экспедицией Б.А. Вилькицкого к Российской Империи. Эта нота была подтверждена советским правительством в 1924 г.

Спустя тринадцать лет после открытия, в 1926 г., постановлением Президиума ВЦИК Земля Императора Николая II была переименована в Северную Землю, а остров Цесаревича Алексея – в Малый Таймыр. Имя Старокадомского сохранилось за открытой им частью суши.

Что интересно, ни в 1913, ни в 1926 гг. не были точно известны количество, расположение и площадь вновь открытых земель. Их комплексное и подробное исследование (включавшее нанесение на карту) провела в 1930 – 1932 гг. Североземельская экспедиция под руководством Г.А. Ушакова. Именно её начальник и участники стали авторами большинства современных топонимов архипелага.

За свои исследования в Арктике Вилькицкий был награжден Императорским Русским географическим обществом Константиновской медалью (1914 г.) и золотыми медалями французского Географического общества и Шведского общества антропологии и этнографии (эту награду он получил уже в эмиграции, в 1926 г.).

Естественно, что как боевой офицер он не мог оставаться в стороне от военных действий. В ноябре 1915 г. Борис Андреевич принял командование эсминцем «Летун». 

Эсминец "Летун"

Эскадренный миноносец "Летун".

Год спустя (7 ноября 1916 г.) корабль подорвался на мине, поставленной германской подводной лодкой в одиннадцати милях от Ревельской гавани. Во время катастрофы корабль получил серьёзные повреждения в кормовой части, пострадало девятнадцать человек, но при этом, как свидетельствуют документы, «личный состав корабля в течение всего времени после аварии сохранял полное спокойствие, мужество и самообладание».

В 1917 г. Вилькицкий удостоился одной из высших военных наград Российской Империи – Георгиевского оружия за участие в постановке важного по своему значению минного заграждения, поставленного в ночь с 4 на 5 октября 1916 г. в тылу неприятеля у мыса Стейнорт в восточной части Балтики. В представлении особо отмечено, что русские эсминцы «…во время постановки разошлись на близком расстоянии с неприятельскими миноносцами».

После Февральской революции 1917 г. началась «демократизация» (а фактически – развал) вооружённых сил. Во время трагических событий, которые произошли в Кронштадте в феврале-марте 1917 г. – массовых убийств офицеров своими же матросами -- опасность угрожала и Вилькицкому. По воспоминаниям его жены, в него стреляли с берега и пуля пробила ему шинель...


(Продолжение следует.)


Автор: Н.А. Кузнецов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Отдела военно-исторического наследия Дома Русского Зарубежья им. Александра Солженицына (Москва).



Комментарии