Екатерина Серова. Не только базы: как США закрепляют свое присутствие в Гренландии

22 сентября 2026 года на полях Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке США, Дания и автономные власти Гренландии подписали масштабное соглашение о безопасности и расширении американского военного присутствия в Арктике, сообщает «Интерфакс». США получат право провести модернизацию космической базы Питуффик на северо-западе Гренландии, смогут создавать «оборонительные районы» в Нарсарсуаке на юге и в Местерс-Виге на востоке острова. Также Соединенные Штаты смогут организовывать дополнительные «оборонительные районы», активизировать военные операции и усиливать работу военных объектов. Комментирует директор департамента международных связей Экспертного центра ПОРА Екатерина Серова. 

Подписанное соглашение на первый взгляд можно принять за очередное обновление американского военного присутствия в Северной Европе. Но если сравнить его архитектуру с действующими соглашениями США об оборонном сотрудничестве с союзниками в Скандинавии и Прибалтике (так называемые соглашения DCA) , а также с историческим соглашением США и Исландии 1951 года, становится заметно другое.

Соглашение следует воспринимать как переход от собственно модели американского присутствия на территории союзника к особому режиму совместного использования и управления территорией.

Быть врагом США опасно, а быть другом?

В традиционных DCA американское военное присутствие привязано к перечню согласованных объектов. В Финляндии речь идет о 15-ти таких объектах, в Швеции – о 17 армейских, военно-воздушных и военно-морских базах и полигонах, в Норвегии к 2024 году число согласованных объектов было расширено до 12.

Гренландская модель устроена иначе. 

США получают право свободного пролета, посадки и передвижения военных воздушных и морских судов по всей территории Гренландии, включая территориальные воды. По сути, территория Гренландии целиком становится зоной операционного доступа зеленых беретов.

Кроме того, документ ограничивает возможность инвесторов из государств, не входящих в НАТО, не являющихся партнерами НАТО или странами ЕС, получать и контролировать информацию в секторах, связанных с развитием критической инфраструктуры и добычей природных ресурсов. Фактически Вашингтон добился создания институционального барьера, ограничивающего, прежде всего, возможности Китая получить доступ к стратегическим активам и ресурсам Гренландии.

Если формулировать это в терминах Г.Киссинджера, то речь идет не о проигрыше союзника из-за «дружбы» с США, а скорее о том, что чем важнее территория для Вашингтона, тем жестче условия самого союзничества. В случае Гренландии эти условия уже вышли за рамки обычного соглашения о базировании американских сил.

Самоопределение – да, но с оговоркой о НАТО

Наиболее чувствительный вопрос связан с будущим статусом Гренландии.

Соглашение предусматривает, что в случае реализации Гренландией права на самоопределение и провозглашения независимости «новая Гренландия» обязана остаться в НАТО или подать заявку на членство, автоматически приняв на себя все обязательства Дании по этому и связанным соглашениям.

Если бы независимая Гренландия получила возможность выбирать между различными моделями безопасности, мог бы возникнуть период неопределенности: сохранится ли американская инфраструктура, останутся ли американские военные, будет ли остров продолжать участвовать в НАТОвской системе наблюдения и обороны?

Безапелляционно.

Гренландия в предлагаемой архитектуре должна оставаться частью западной системы безопасности. И новое соглашение исключает неопределенность заранее.

США покупают легитимность в Гренландии

Есть еще один аспект, который, на наш взгляд, важно учитывать при анализе американской позиции по вопросу Гренландии. США обязуются предоставлять гренландским предприятиям контракты на товары и услуги, связанные с созданием, обслуживанием и эксплуатацией военных зон. Это касается как существующей базы Питуффик, так и новых объектов.

У классического соглашения об оборонном сотрудничестве основная задача – юридически обеспечить условия эффективного присутствия американских вооруженных сил. А в Гренландии одновременно решается задача легитимации этого присутствия внутри гренландского общества через экономические выгоды и формальное признание местных интересов. 

Вопрос теперь заключается не в том, будет ли американское присутствие в Гренландии расширяться. Правовая рамка для этого уже создана. Важнее понять, насколько устойчивой окажется договоренность между тремя сторонами, особенно если политический статус Гренландии в будущем начнет меняться.