Сейчас в Архангельске

14:29 9 ˚С Погода
6+

Под флагом «креста и якоря». Спасение на водах в Российской Империи

Транспорт и логистика Русский Север
Ольга Чуракова
7 Сентября, 2022, 10:12

Под флагом «креста и якоря». Спасение на водах в Российской Империи
Териберка, спасательная станция. 


Продолжение. Начало здесь.


Под флагом «креста и якоря, флагом веры и надежды»

Стоит вернуться к истокам образования службы спасения на водах и обратиться к истории региональных отделений Общества, действовавшего под «флагом креста и якоря, флагом веры и надежды». 1872 год стал годом образования Архангельского отделения Общества подания помощи при кораблекрушениях – оно было образовано одним из первых. 6 апреля 1872 года в Архангельске состоялось торжественное заседание Общества, на котором присутствовали 87 действительных членов общества и 146 членов-соревнователей. Заседание открыл губернатор Николай Павлович Игнатьев, в своей речи подчеркнувший важность значения деятельности организации для Архангельской губернии, «омываемой на громадном протяжении Северным океаном и Белым морем, которые по свойствам своим нуждаются в устройстве спасательных станций». На собрании был выбран председатель Окружного правления Общества – им стал командир Архангельского порта капитан 1 ранга князь Леонид Алексеевич Ухтомский. Л.А. Ухтомский (1829-1909) был Командиром Архангельского порта с 1871 по 1875 гг., а затем директором Беломорских маяков с 1875 г., поэтому его профессиональная деятельность совпала с общественным служением в качестве главы регионального отделения Общества спасения на водах. «Безукоризненно честный, идеально благородный, скромный до детскости, застенчивый, всегда готовый помочь ближнему, рыцарь данного слова», – так отзывались о нём современники.

Архангельское отделение вело деятельность сразу в нескольких направлениях, но прежде всего – строило «спасательные избы» и открывало зимние спасательные станции для поморов-промысловиков на берегах «русских морей, в пунктах особенно опасных для мореплавания». Первая такая станция появилась на острове Мудьюг уже в 1872 году. Инструкция по работе станции предписывала гребцам, которые набирались из нижних чинов пограничной стражи, и атаману-старшине регулярно выходить в море – нести дозор и «для упражнений», причём в «бурную погоду». Для спасателей были закуплены «бахилы» и «непромокаемое платье». Последнее было выписано из Норвегии, так как спецодежда отечественного производства застывала на морозе и быстро приходила в негодность. Позднее всем служителям спасательных станций в России главным управлением Общества были переданы пробковые нагрудники Петерса. 


Важным было и то, какие «плавсредства» были в арсенале спасателей. Так, в 1876 году в распоряжение станции на Мудьюге был передан спасательный бот «Крейсер», что повысило эффективность спасательной службы. Ещё одна спасательная станция была оборудована на Соловецких островах (на о. Анзер в Троицкой губе), где в качестве гребцов служили монахи и наёмные моряки. Местоположение станции было выбрано неслучайно: в «Лоциях беломорских поморцев» Троицкий мыс упоминается как особенно опасное, «корожистое» место. В 1877 году архангельским окружным Обществом были открыты три зимних спасательных станции на берегах реки Северная Двина: в Лявлинской волости, на Кегострове и в Соломбале. А в 1879 году при участии онежского купца В.М. Телятьева, пожертвовавшего «Обществу подания помощи при кораблекрушениях» спасательный вельбот и «сарай для его хранения», была оборудована станция на мысе Летний Орлов.

В 1870-80-х гг. деятельность Общества по созданию спасательных станций на берегах Белого моря и Северного Ледовитого океана была весьма активна. Даже на Новой земле появилась станция-приют для промысловиков-поморов. Станция была оборудована лодками и необходимым спасательным оборудованием. В ходу у спасателей в Арктике были лодки, которые имели по днищу широкий киль (лыжу), а иногда и полозья, как у саней. Передвигаться такая лодка могла при помощи шестов по льду или снегу, а в воде использовались весла и гребки с оцинкованными лопастями и крюками, которыми цеплялись за льдины – и лодку можно было подтянуть. Пароходам, курсировавшим в Арктике в 1880-е годы, предписывалось посещать острова и, как писали тогда газеты, привозить всё необходимое «для удовлетворенія потребностей устроенной тамъ спасательной станціи для экипажей потерпѣвшихъ крушеніе». В период таких посещений над зданием станции поднимался флаг Общества спасения на водах. В 1895 году для станции на Новой Земле был утверждён такой флаг: белое полотнище с красным крестом, который шёл поверху двух скрещенных якорей. Вверху со стороны древка находились литеры «М.В.Д», так как данная станция курировалась Министерством внутренних дел.

Кроме обустройства станций, Общество снабжало «спасательными кругами и концами с буйками» становища Мурманского берега, знакомило промышленников с «полезным их употреблением». Подобными же приспособлениями были оборудованы пристани губернского города. На городских спасательных постах велась и профилактическая работа. Для ознакомления служащих, связанных с обеспечением безопасности на воде с навыками первой помощи выпускалась брошюра «Правила ухода за мнимоутопшими», а на стендах размещались «Наставления для спасения потонувших и возвращения к жизни утопленников». Подобные меры принимались и в других городах России. Например, в столице проводились мероприятия по популяризации знаний по оказанию первой медицинской помощи, а градоначальник Санкт-Петербурга пытался обязать городовых, околоточных надзирателей и даже дворников посещать лекции в доме Императорского общества спасания на водах. Выходил в России и специальный журнал «Спасение на водах», где описывались различные случаи спасения утопающих и рекламировались новейшие средства спасения. Поскольку одной рекламы было недостаточно, Общество старалось всеми способами воздействовать на хозяев судов, заставляя их оснащать корабли современными спасательными средствами. Статус «императорского» очень помогал им в этом. Однако, следует отменить, что к концу XIX века деятельность региональных отделений Общества спасения на водах поменяло свою направленность: от спасения моряков во время кораблекрушений организация перешла к предотвращению несчастных случаев при переправах, особенно в период ледостава и ледоходов. Изменилась и география службы спасения на северной окраине страны: от берегов Белого и Баренцева морей она сместилась к очертаниям Архангелогородского уезда.

 

Комитет для помощи поморам Русского Севера и организация спасательных станций на Мурмане

 

Новым импульсом в деле обеспечения безопасного плавания в Арктике стало появление ещё одной общественной организации – Комитета для помощи поморам Русского Севера (Комитета помощи поморам), созданной в 1894 году Обществом для содействия русскому торговому мореходству. Как известно, на Руси «пока гром не грянет – мужик не перекрестится». Гром грянул в 1894 году, когда за одну навигацию на Белом и Баренцевом морях погибло 25 поморских судов. На помощь семьям, оставшимся без кормильцев, пришли частные лица и общественные организации. Первыми откликнулись члены Санкт-Петербургского отделения Императорского общества для содействия русскому торговому мореходству. Данное Общество было создано в 1873 году и пользовалось покровительством влиятельных лиц и представителей правящей в России монаршей династии. Например, одним из патронов общества был великий князь Константин Николаевич, в своё время – куратор российского флота. Покровителями Комитета для помощи поморам Русского Севера стали великий князь Александр Михайлович и его супруга Ксения Александровна – сестра императора Николая II. Александр Михайлович был морским офицером, знавшим о бедствиях на море не понаслышке: к тому времени он уже побывал в кругосветках и морских походах. Ксения Александровна переняла эстафету помощи Обществу от своей матери – Марии Фёдоровны. 

Кроме того, многие члены комитета были многолетними «ревнителями» Общества спасения на водах. Поэтому, наряду с оказанием денежной помощи семьям погибших поморов, Комитет помощи поморам много внимание уделял мерам по «улучшению условий плавания в северных водах». Так, за время действия общества в морях Арктики появились дополнительные морские знаки и маяки, были изданы и розданы морские карты с обозначением фарватеров. Но главное, в 1896 году на Мурманском берегу, традиционном месте поморских промыслов, было начато устройство двух спасательных станции: в бухте Лодейной в Териберском заливе при фактории братьев Мерзлютиных и на острове Посьета ( до 1902 г. о. Могильный) в губе Рында. Деньги на строительство одной из станций и их оборудование были получены от Марии Фёдоровны, в то время уже вдовствующей императрицы. Поэтому пост в Териберке был назван в её честь: «Спасательная станция Августейшей покровительницы государыни императрицы Марии Фёдоровны». 


Второй станции было дано название «Спасательная станция К.Н. и Р.И. Посьет», так как она была устроена на средства адмирала Посьета и его жены Розалии Ипполитовны. Кроме того, в финансировании проекта принял участие Комитет помощи поморам. И в начале ХХ века в становищах Териберке и Рынде были возведены двухэтажные дома для спасательных станций, украшенные снаружи цветными щитами с изображениями эмблемы Общества спасения на водах. Строительство станций и их оснащение обошлось в кругленькую сумму. Если верить источникам, то в современном исчислении это около 16 миллионов рублей. Однако пока станции были снабжены только металлическими шлюпками, оказание помощи терпящим бедствия на море было малоэффективным. Небольшая по размеру шлюпка системы Френсиса не могла долго крейсировать на море.

Положение дел исправил заведующий станциями Леонид Брейтфус. Человек очень деятельный, он способствовал тому, чтобы станции были обустроены «по последнем слову техники», а кроме того, пытался организовать на Мурмане «промысловый телеграф», дабы на станции и в становища поморов приходили сведения по изменениям погоды, наличию рыболовецких судов в море и даже о наличии косяков рыбы. Он разработал инструкции по работе спасательных станций и промыслового телеграфа, подбирал персонал и пр. Из его отчётов видно, как была организована работа станции. Но главное, Леонид Людвигович заказал в Норвегии спасательные плавсредства новейшего образца. Возглавляя Мурманскую промысловую экспедицию, Брейтфус по долгу службы не раз бывал в Скандинавии и познакомился с опытом организации спасательной службы в Норвегии. Норвежское общество спасения на водах было создано лишь в 1894 году, однако организация помощи судам здесь была вполне успешной благодаря системе предотвращения кораблекрушений. Для этого вдоль берегов страны крейсировали специально созданные спасательные боты. Конструктором крейсеров был знаменитый кораблестроитель Колин Арчер, создатель легендарного нансеновского «Фрама». Яхты Арчера отличались исключительными мореходными качествами: они были остойчивы, манёвренны, не зарывались в волну и особенно подходили для использования их в Арктике. Двухмачтовые парусники-боты имели солидное водоизмещение, большую осадку, особенную обводку носа и кормы, которая и сейчас называется «а ля Колин Арчер». Кроме того, киль яхты позволял держаться на плаву даже в самый жестокий шторм. Более ста лет боты Арчера использовались в Европе на спасательных станциях, а самый первый бот был построен в 1893 году и носил имя создателя: «Colin Archer». В первую же навигацию бот в сильнейший шторм вышел в море и спас попавших в бурю тридцать шесть моряков.


Именно такие крейсеры были заказаны в Норвегии Колину Арчеру для спасательных станций в Териберке и Рынде. Корпус парусников был выполнен из дуба, а киль и кильсон – из американской сосны. Внутри судна находились четыре водонепроницаемых перегородки. Каждый из парусников был оснащён гребной шлюпкой с полным спасательным снаряжением, якорями с якорными цепями различной длинны и лебёдками для подъёма якорей, тросами, пушками для выбрасывания линя утопающим и пр. Бортовые фонари и палубный компас с лампой позволял пользоваться приборами и оказывать помощь во время темноты и непогоды, Для экипажа и спасённых моряков на яхтах были оборудованы камбузы и каюты, где находились чугунные печки, диваны с кожаными тюфяками, бочонки с водой и просто матрасы – то есть тех самых «мнимоутопших» можно было бы отогреть, накормить, дать отдохнуть. Интересно, что на борту ботов было предусмотрено размещение «двух цистерн с маслом». Согласно инструкции, масло выбрасывалось за борт специальной системой «с особой трубкой ... с целью ослабления волн». Вероятно, это была для того времени передовая методика спасательных служб.

Обошлись эти чудеса техники начала ХХ века (два парусника и оборудование к ним) России в 35 тысяч крон или 18500 рублей. Да и содержание таких спасательных ресурсов обходилось недёшево: годовой бюджет станций с крейсером составлял 8680 рублей – цифра по тем временам немалая! Но деньги нашлись: времена были вполне благополучные для России (два года спустя страну потрясёт кризис, вызванный Русско-японской войной и первой русской революцией, уровень благосостояния россиян снизится и членские взносы станут таять, а между тем, обе организации – и Общество Спасения на водах, и Комитет помощи поморам – были общественными, то есть зависели от частных средств. Но в самом начале ХХ века Обществам щедро помогали благотворители, прежде всего – августейшие филантропы. Неслучайно спасательные боты были названы в честь покровителей Комитета помощи поморам: «Великий князь Александр Михайлович» и «Великая княгиня Ксения Александровна».


В 1902 году боты вышли из Норвегии и направились к берегам России. В переходе к месту назначения суда попали в такой сильный шторм, что парусник «Великая княгиня Ксения Александровна» даже перевернуло волной. Однако за счёт балласта, находившегося в трюме, крейсер возвратился в нормальное положение и после небольшого ремонта в ближайшем порту благополучно прибыл к месту «жительства» в бухту Лодейная, становище Териберка. Вне сомнения, успех перехода зависел и от мастерства моряков. С августа 1902 года шкиперами легендарных крейсеров были: на яхте «Великий князь Александр Михайлович» – А.Е. Таратин, а на боте «Великая княгиня Ксения Александровна» – В.Е. Дикин. Команда каждого из ботов состояла из пяти матросов.

На мачтах ботов были подняты треугольные флаги с буквами, символизирующими места приписки судов: «Т» – Териберка и «Р» – Рында. Специальной инструкцией ботам было предписано крейсировать вдоль побережья Кольского полуострова с 1 апреля по 1 ноября. В первую же навигацию в 1903 году боты спасли четыре поморских судна с четырнадцатью промышленниками, и ещё двадцать два судна были отбуксированы в становища. Всего за восемь лет деятельности станций (с 1900 по 1908 гг.) помощь была оказана 347 судам, на которых находилось 1 297 человек. К сожалению, затем активность спасательных станций была снижена, так как финансирование Комитета помощи поморам Обществом прекратилось, да и страна переживала не лучшие времена.

 

Как «Князь Александр Михайлович» стал «Комсомольцем»

В период революций и Гражданской войны флот в Арктике переходил из «рук в руки» меняющихся властей (вспомним легендарную «гонку ледоколов» в Арктике). Тем не менее, спасательные боты продолжали крейсировать в водах Баренцева моря. В период советской власти судам дали новые имена: «Великая княгиня Ксения» стала называться «Шторм», а боту «Великий князь. Александр Михайлович» было дано название «Комсомолец». Известно, что данные суда достойно служили до 1941 года. Опыт по оказанию помощи «на водах», приобретённый в период деятельности Общества спасения на водах и Общества для содействия русскому торговому мореходству в XIX – начале ХХ века на берегах морей Арктики, был использован в советское время, в частности – в работе ОСВОД. Как и дореволюционное Общество спасения на водах, организация ОСВОД была общественной, к тому же массовой, и до «перестройки» конца ХХ века действовала слаженно и эффективно.

В нынешнем XXI веке структуры спасательных служб России меняются, оптимизируются. Но опыт деятельности спасательных станций на берегах Арктики не забыт. Например, в 2019 году по инициативе ГУ МЧС в Териберке была открыта памятная доска первому спасательному посту на Мурмане. Во втором и уже третьем десятилетиях XXI века, когда освоение Арктических просторов вновь является одним из приоритетных направлений национальной политики, МЧС России продолжает вести спасательные операции в морях Арктики. Однако всё чаще спасать приходится не людей от стихии моря, а само море от антропогенного фактора, «дела рук человеческих».


Автор: Ольга Владимировна Чуракова, историк, краевед (САФУ, Архангельск).

 

 

 

 



далее в рубрике