Сейчас в Арктике:
Цветение тундры

Снег, солнце и море: путешествие к Лофотенским островам

Снег, солнце и море: путешествие к Лофотенским островам
15 Мая, 2019, 11:59
Комментарии
Поделиться в соцсетях


Лофотенские острова – архипелаг в Норвежском море у северо-западного побережья Норвегии. Он находится за Полярным кругом.

Его площадь 1220 квадратных километров, постоянное население – 24014 человек. Основные занятия местных жителей – рыболовство и овцеводство.

Википедия

 

«Как сладко и весело волновал сердце момент выхода в открытое море! Полощется, и трепещет, и хлопает парус, беспокойно отыскивая ветер. Нашёл – и мгновенно со звуком лопнувшей струны весь наполняется ветром и становится во всей своей белизне и благородной выпуклости похожим на божественную грудь молодой прекрасной женщины».
А.И. Куприн
 

                                                   

11 марта 2019

 

Отправляясь в странствие, беру с собой прошлое. Поезд идёт из Архангельска в Москву. Вагон потряхивает. Началось путешествие к Лофотенским островам в Норвежском море. В переводе на русский название островов означает «стопа рыси». Самые рыбные места в мире. Путь предстоит далёкий, на трёх самолётах, через две границы: Москва – Рига – Осло – Будё. Из Будё мы с товарищами выходим на яхте «Джульетта». Капитан – Евгений Шкаруба. Он обучает морским премудростям будущих яхтенных капитанов. Мне интересны морские промыслы, норвежские рыбаки и новые впечатления. 

За окном – стена чёрных елей с прожилками белых берёз. Деревья поднимаются из серого снега и упираются в белёсое без признаков солнца небо. Первый день Великого Поста.

Я наконец-то выспался. Не помню, когда спал более шести часов. Приснилась конференция в Вологде, слёзы молодой преподавательницы, у которой умерла мать, а отец был несправедливо обвинён в убийстве супруги и покончил собой. Откуда? Сон не из моего репертуара.

Как хорошо помолчать и посмотреть в окно! По мере приближения к Москве  пассажиров становится меньше. Вагон старый. Постукивает, скрипит, дребезжит. Сверху на лицо упало несколько капель воды.  Я спросонья не понял, в чём дело. Или дождь капал, или сосед плакал.

Приехали. Итак, Василий Николаевич, иди бестрепетно. Слава Богу за всё!

"Джульетта"

 

12 марта 2019

 

Думаю о том, что всё сущее обретает содержание одновременно с формой. Если материя – это концентрация потенциальной энергии, то бытие предполагает наличие смысла, реализуемого во времени и пространстве.

Когда человек отказывается от своего предназначения, провиденциальный сценарий его судьбы уступает место хаосу случайных событий.  Утрачивается власть над фактами. Торжествует иллюзорность, и тогда страдание становится единственной возможностью возвращения к реальности.

 

        Идёт весна по небу и земле –

Надежда на грядущее спасенье,

И капли солнца в воздухе весеннем

Смеются ярче, звонче, веселей.

И кажется: всё будет хорошо,

И верится в добро так безоглядно,

Как будто жизнь чудесна и нарядна,

А всё плохое было да прошло.

         На белый свет из чёрной глубины

Глядят судьбы бездонные глазницы.

Через асфальт просвечивают лица.

На стенах чьи-то контуры видны.

Так воплощенья жаждет немота.

Упругий ветер птицам подпевает.

Журчат ручьи. Сугробы тихо тают.

Жизнь убывает – талая вода.

 14 марта 2019.

 Лофотенские острова. Сёрваген.

 

Поздно вечером 12 марта прибыл в морской порт Будё. Он расположен на северо-западе Норвегии. В аэропорту меня встретили капитан Женя Шкаруба и Андрей, приехавший из Санкт-Петербурга на своём автомобиле. На яхте я познакомился с Кириллом и Вадимом. Выпил рюмку водки, поужинал вкуснейшей ухой из свежей трески и с благословения капитана упал на своё ложе в каюте с надеждой утром восстать живым и здоровым.

Капитан дал команду выходить в море. Вадим с Кириллом поставили зарифленный грот, и с попутным ветром лодка вылетела из фьорда. От континентальной Норвегии Лофотены отделены проливом Вест-фьорд. Скалистые острова разделены узкими проливами. Пейзаж напоминает картины Питера Брейгеля.

Из-за тёплых вод Гольфстрима море возле Лофотенских островов не замерзает. Трудно даже предположить, что мы находимся далеко за Полярным кругом. На южных островах архипелага температура даже самого холодного месяца выше нулевой отметки.

В девять утра встали у причала посёлка Сёрваген. Заправились водой. Подключили электричество. Осматривали окрестности. Как красиво и мудро здесь организована жизнь! Дома органично вписываются в береговой ландшафт. Хозяйственные постройки обихожены. На  деревянных треугольных вешалах внушительного размера сушится треска и отдельно – тресковые головы. Они вялятся в  больших связках, из которых таращатся удивлённые рыбьи глаза. 

Вешала


Непонятное сооружение возле цеха, где разделывают треску, оказалось приспособлением для извлечения тресковых язычков, которые считаются деликатесом. Неподалёку от берега установлены  круглые садки для форели.

Садки для форели


В акватории моря у Лофотенских островов промышляют рыбу с незапамятных времён. Её ловят на глубине 50-70 метров. Весной, когда атлантическая треска идёт на нерест, начинается путина. Рыбаки съезжаются на острова со всей северной Норвегии. У них есть  небольшие суда, дома для временного проживания, хозяйственная инфраструктура.

У русских поморов и норвежских рыбаков, которые промышляли рыбу и морского зверя в одних и тех же арктических водах, сформировалась уникальная морская культура. От жителей Поморского берега Белого моря в начале XX века можно было услышать поговорку  «Онега – та же Норвега». Современный  норвежский профессор Роал Христиансон сказал однажды на конференции, что между поморами и северными норвежцами больше сходства, нежели между южными и северными норвежцами, но есть и существенные различия: «В Норвегии земля поднимается к небу, а в России – небо опускается на землю».

В XVI веке жители Лофотенских островов спорили о том, как промышлять рыбу, и разделились на две партии. Одни считали, что треску надо ловить на леску с крючком, а другие предпочитали использовать сети и перемёты. В 1644 году король Кристиан IV запретил сети и перемёты, а с 1786 года этот запрет отменили.

Норвежцы продают треску в Италию, Испанию и Португалию.  Торговые связи с южной Европой у Норвегии настолько древние, что в Италии солёная норвежская треска стала итальянским национальным блюдом: бакалява (баба Клава, чтобы легче было запомнить название).

Недавно во время экономического кризиса, вызванного снижением цен на углеводороды, местные жители написали на склоне горы буквами, выложенными из солёной трески: «Не только нефть!».

Между тем, в «серых» водах (пограничных между Россией и Норвегией) есть и нефть, и рыба. Указом президента Дмитрия Медведева морская территория сопредельного нашему Отечеству государства (члена НАТО) увеличилась на одну треть. Безоговорочное, похожее на капитуляцию выравнивание морской границы в пользу Норвегии  северные соседи считают значительной дипломатической победой. Территориальные потери государства, созданного нашими предками, для русского человека очень болезненны. Возможно, это пережитки имперского сознания, или проявление «мистики земли». Поле, «куда рука ходила», и море, где поморы испокон веков рыбу да зверя промышляли, для нас были и остаются священными: «Наше море – наше поле».   

 

15 марта 2019       

 

Когда набирали воду из колонки на понтоне, кран плотно закрыли и заморозили. Пришлось его размораживать кипятком.

Вода здесь горная и вкусная. Небо низкое и многоярусное. Падает мелкий и чистый снег.

Вышли в море. Ловили рыбу. Вадим едва вытащил двух  рыбин, которые клюнули одновременно. Одна треска на тринадцать килограмм, а другая – на шесть.

Вадим

Встали в местечке Балльстад у стального борта старой рабочей лайбы.

Рыбацкие домики весёлого красного цвета, стоящие у воды, называются рорбу. Они стоят на деревянных сваях на фоне заснеженных гор и  естественно вписываются в ландшафт. Не портят картину тюки с сетями и неводами. Норвежцы умеют ценить уют и порядок. Жизнь у них спокойная, размеренная, красивая. Весной рыбаки напряжённо работают два-три месяца. Потом можно и отдохнуть под южным солнцем.

Рыбацкий дом на сваях 


 16 марта 2019

 

Заметили неисправность на лодке. Из топливного насоса в двигателе течёт масло. Поменяли фильтр, но проблему не решили. Заправились пресной водой.

Прогуливались по Балльстаду.

Вышли в Свольвер, но изменили маршрут и свернули в узкий фьорд, по берегам которого стояло множество рыболовных судов. Капитан заходил в залив на яхте как нитка в иголку: точно и красиво. Местечко, где мы пришвартовались к учебному рыболовному судну, называется Хеннингсвер. Здесь находится фабрика по разделке рыбы.

 

17 марта 2019

 

Познакомились с работниками фабрики. Среди них были украинец Ивар (Игорь на русский манер) и его братья. Они живут в Норвегии двадцать лет и были рады погутарить по-русски. Одарили нас  солёной треской и палтусами внушительных размеров.

У стенки причала мы увидели реконструированный дракар (корабль викингов). Летом он, возможно, придёт в Архангельск.

Дракар и ёлы


Строитель корабля и его капитан – светловолосый, высокий мореход с обветренным лицом и детской улыбкой. В норвежских рыбаках я нахожу те черты характера, которые были у русских поморов: неторопливость, спокойное мужество, наблюдательность, щедрость, честность, домашнее отношение к морю.

У норвежцев морская культура не знала трагических разломов. Здесь более тысячи лет при любой власти и различном миропорядке сохраняются деревянное судостроение, традиционное рыболовство. Всюду мы видим небольшие рыбацкие деревянные лодки – ёлы. У нас в Поморье говорили:

- С кем в море идёшь?

- Я, ёла, да третий – Никола.

У берега, возле причала и в море стоят кораблики, похожие на небольшие утюги.

Вышли в Свольвер. Это столица Лофотенского архипелага.

Свольвер

 

18 марта 2019

 

Стоим в Свольвере.  В море, неподалёку от берега, на  небольшом маяке нас встретила скульптура женщины, напоминающая рыбакам о том, что их всегда ждут дома.

Скульптура женщины на берегу


Вадим и Женя ремонтируют двигатель. Как выяснилось, лопнуло кольцо между мотором и охладителем масла.

Капитан заметил, что если на лодке появляется проблема, в команде всегда находится человек способный с ней справиться. Задача предопределяет решение.

Развесили на верёвках подаренную нам треску.

Андрей пил кофе в баре напротив причала, где мы стоим, и услышал разговор англичанки с норвежцем. Дама спрашивает, указывая на «Джульетту»:

- Как эта лодка лавируется с треской на верёвках?

- Поворот оверштаг делается очень плавно. Баковый матрос аккуратно переносит шкотовый угол вокруг рыбы – и всё в порядке. Так все норвежские яхты ходят.

Сходили в душ. Андрей пригласил в китайский ресторан. Пили кофе со сливками и виски.

Прогуливались по городу. Сосульки на крышах свайных домов, голубизна моря и неба свидетельствуют о том, что всё в жизни устроено хорошо и надёжно. Для тех, кто пережил зиму, наступит весна.

Вышли в море. Поймали зубатку («морского волка»). У неё несколько рядов хищных зубов и выпуклые круглые глаза. Она ухватилась за древко багра, на котором её подняли на борт, и едва не перекусила его. 

Зубатка


За бортом море, скалы, облака. Лавировались. Ставили и убирали шторм-стаксель. Я играю роль ретранслятора: передаю команды капитана с кормы на бак.

Пришли на остров Скрова.

 

19 марта 2019

 

Ожидается шторм. Надо прибиваться к материку. Там меньше ветра. Снова лавировались.

Пришли в местечко Морёйя. В прошлом году капитан здесь грибы собирал.

Я приготовил постный борщ и зубатку на молоке. Видел китобойную пушку, собачку в спасательном жилете, рыбаков, вернувшихся с моря. Даму и немолодого господина. Вызвался помочь им донести до дома ящик с уловом: треской и большим красным окунем.

Собачка в спасательном жилете


Над уличным фонарём висит большая круглая луна. Людей на улицах нет. Дома обихоженные, аккуратные, словно бы игрушечные. Покрашены в «весёлые» тёплые тона.

Через несколько дней на Лофотенских островах ожидается чемпионат мира по рыболовству.

Погода неустойчивая: то снег, то солнце. Ветер усиливается.

К синему, а местами чёрному морю  словно бы пришиты лоскутки зелёной воды. Редкие деревья напоминают соловецкие «танцующие берёзки». Замёрзшие водопады превратились в причудливые ледяные  скульптуры на фоне чёрной горы, имеющей форму огромного равнобедренного треугольника.

Гора-треугольник

На ужин Женя приготовил копчёного палтуса, а я – солёную треску.

 

20 марта 2019

 

Вадим, Кирилл и Женя перебирали лебёдку.

Вышли в море. Над горами вдоль берега летит облако, напоминающее ангела.

Облако, напоминающее ангела


Не заметили, как и когда потеряли кормовой кранец. Идём среди островов, прикрывающих нас от океанских волн. Лавируемся.

Пришвартовались в Хёльнисунде.

Затишье перед бурей. Закатное солнце рисует картины в стилистике Рокуэлла Кента. Прогуливались с Женей вдоль пустынного берега. Неплохо бы здесь устроить пикник.

Затишье перед бурей


Видели каменную дамбу непонятного назначения.

Уютные норвежские домики не для нашей зимы, но как разумно обустроено и обжито это безлюдное пространство! Присутствие человека отмечено  трудами  местных жителей, которые здесь всегда жили и намерены жить. Всё свидетельствует о постоянстве, о прочности оснований бытия.

Домики


Характер народа – это исторические уроки, благодаря которым люди сознают свою общность.

 

21 марта 2019

 

Вышли из Хёльнисунда.  Ожидается шторм. Налетел ветер и быстро усилился от крепкого до штормового.

Начинается шторм

До Будё идти пятнадцать миль. Короткие сильные волны подбрасывают лодку. Вода сверху и снизу. Женя отдал команду поставить штормовой стаксель. Выходить на бак опасно. Меня капитан не выпустил из укрытия. Вадим, Кирилл и Андрей работают на баке. Их захлёстывает волнами. Лодка летит вперёд, подпрыгивает на ухабах и падает с высоты. Поставленная задача решена. Команда вернулась в кубрик. С одежды течёт вода. Вадим и Кирилл смеются от счастья. У каждого из нас есть свои телесные и духовные немощи, трудно решаемые проблемы, но сейчас всё обнулилось. Можно начинать жизнь заново.

Я  впервые увидел Кирилла весёлым и  радостным. В обычном состоянии он печален и задумчив. Я спросил его:

- Кирилл, а ведь хорошо жить?

- Да, хорошо!

Наш капитан ходит в море «на грани разумного риска». Он не только обучает  команду работе с парусами и навигации, но, может быть, позволяет состояться приключению, событию, дающему возможность почувствовать радость и полноту бытия.

Прошли рядом с рифами. Ветер усилился с тридцати до сорока узлов.

Влетели в гавань города Будё. При отжимном ветре к причальной стенке встали с немалыми трудами и не с первой попытки. 

Шторм

 

22 марта 2019

 

Прибирали лодку, прощались. Сегодня я улетаю в Осло, потом – в Хельсинки. На автобусе (в «газели») предполагаю добраться до Санкт-Петербурга, поездом – до Москвы, где задержусь на неделю по служебным делам, и только потом вернусь в Архангельск.

 

Нет ни слов, ни пониманья,

Что, зачем и для чего?

Есть реальность как страданье,

Иль предчувствие его.

Постепенно расширяя

Горизонта рубежи,

Я опять дошёл до края

И желанья вечно жить.


В.Н. Матонин на яхте

.

Автор: Василий Николаевич Матонин, к.и.н., доктор культурологии, профессор Северного (Арктического) федерального университета им. М.В. Ломоносова.

Фотографии сделаны В.Н. Матониным.


Комментарии